Скверная - Екатерина Полянская

   К тому времени, как я выбралась наверх, выяснилось, что Холд уехал по одному из дел, которые сегодня надлежало закрыть и сдать. Без меня уехал. Проигнорировал прямой приказ начальника.

   Остальные никак не комментировали происходящее, но их лица без слов говорили о том, что ничего ему за эту выходку не будет.

   Неожиданно моя магия оказалась магу не нужна. Можно подумать, мы с ней не редкость и ценность, а ерунда какая-то. Чтоб он там споткнулся! Воображает о себе непонятно что.

   Гневно сопя и в мыслях костеря бессовестного мага на чем свет стоит, я сползла обратно в подземелье и так там весь день и провела. Закопалась в уборке. Вот как можно было развести такой кавардак?! Мало того, что документы валяются так, что надо сойти с ума, чтобы разобраться, что и куда относится, так ещё и крошки на столе, пыль на полках… а про содержимое ящиков даже думать не хочу, я пока туда не заглядывала. Лишь раз поднялась выпить кофе с Ири, и вроде бы мы не сильно заболтались, но мерзкий маг как-то успел проскочить именно в этот момент. Его пальто исчезло, и кое-какие другие вещи находились не там, где я видела их в последний раз.

   Мрак, у этого типа талант сеять хаос везде, где бы он ни появился хоть на миг!

   Но хуже всего, что он явно задался целью меня избегать. И пока вполне успешно следует намеченному плану.

   Хотелось скрипеть зубами от бессилия.

   И еще от боли, потому что место с узором болело. Нудно. Мучительно. Совершенно погано. В общем пространстве ещё ничего, а вот стоило спуститься в кабинет злобного буки… я несколько раз вслух начинала хныкать от боли. Может, и хорошо, что он где-то таскается. Потому что, подозреваю, в его присутствии будет хуже.

   Проклятый инкуб!

   К концу рабочего дня решила, что мне просто не везет с мужчинами. Такое чувство, что рядом со мной в них просыпаются все худшие черты личности. Не только просыпаются, но и активно проявляются.

   С этой нерадостной мыслью я и уходила домой. Мазнула взглядом по исступленно целующейся парочке, вздохнула с ноткой зависти и поспешила пробежать мимо, чтобы не мешать.

   На улице то и дело оглядывалась, опасаясь неприятной встречи. Однако на Регьярд смотрел пустующий замок, и никакие инкубы на моем пути появляться не спешили. И руку начало понемногу отпускать.

   Боль прошла почти совсем.

   Полегчало настолько, что я даже начала крутить головой по сторонам, любуясь красотами, и мечтать об ужине.

   Но одна неприятная встреча меня все же настигла.

   – Эй, конБаретт! – прилетел в спину окрик. – Стой, разговор есть.

   Я оглянулась, презрительно сузив глаза.

   Потому что Энрод Стэбб – опостылевший ведьмин муж – только презрения и заслужил.

   — Нам есть о чем говорить? – Слегка, но все же заметно дернула бровью.

   – Есть, – мрачно подтвердил он. - О ком.

   Ну-ну.

   Еще же наглости хватает!

   Безумие и отвага…

   Вот была бы я полноценным магом, я бы им всем устроила.

   – Верни мне мою жену. – Горе-муж подошел ко мне почти вплотную и уставился в упор.

   – Она тебе не нужна. Ты сам хотел сбагрить ее на каторгу, – припомнила ему я.

   Уголок рта стоящего напротив мужчины дернулся. Сразу видно, просить и договариваться он не привык, оттого внутренне бесился, но поделать с ситуацией больше ничего не мог.

   – Все было вполне невинно. Воспитательный момент, не более, – натужно-мягким тоном принялся объяснять этот лицемер. – Ты просто не разобралась и ничего не поняла.

   – И на каторгу ты ее отправлять не собирался? – Между прочим, нам в Академии даже краткий курс ведения допросов давали, учили сразу цепляться за суть, минуя словесную и эмоциональную шелуху.

   – Я бы ее сразу выкупил. Ну, почти сразу. – О, а вот это уже правда. Мне так показалось. – Просто Милли должна была понять, что ей не выжить без меня, и научиться благодарности.

   – А синяк во всю щеку тоже появился в процессе воспитания? – В этом конкретном случае я вгрызлась в суть маленькой, но очень злобной собачкой и выпускать ее из зубов не собиралась.

   У Стэбба опять уголок рта задергался.

   – Это дела семейные.

   — Ну так я теперь тоже в некотором роде причастна к вашей семье.

   Перспектива заиметь такую родственница Роди мало вдохновляла, вон как его перекосило.

   – Зачем тебе все это надо? - зашел с другой стороны он. – Просто верни мне жену и разойдемся.

   – Не могу. – Я насмешливо щелкнула языком, чувствуя, как нагрелись амулеты под кофтой. В случае чего, они меня защитят. – Она не хочет, да и я уже взяла на себя ответственность. Официально.

   Сегодня в Управлении, между перекладыванием бумажек и стиранием крошек со стола, подписала соответствующие документы. Так что все серьезно.

   – Ты можешь в любой момент отказаться, я узнавал. - С поверенным он все же проконсультировался, хоть и не совсем о том, о чем я советовала. - Что ты хочешь взамен? Ты конБаретт, полагаю, тебе не нужны деньги. Тогда что?

   – Всеобщее счастье и благоденствие? - неожиданно развеселилась я. - Чтобы мужья не изменяли, дети не болели и люди не воевали?

   Роди сообразил, что я над ним издеваюсь, и нахохлился, как воробей под дождем. Даже отступил на шаг. Я же решила, что разговор пора сворачивать, развернулась и пошла к дому.

   – Со мной лучше не ссориться. Милли тебе не говорила? - едва ли не прокричал мне в спину Стэбб.

   – Ты сам говорил, не помнишь? – Я решила не оставлять его выпад без ответа. – Но что-то от твоих угроз пока одни слова.

   И ускорила шаг, спеша домой к ужину.

   Гаденыш мне ещё что-нибудь устроит, тут к прорицательнице не ходи. Но ничего, разберемся как-нибудь. Проблемы лучше решать, когда они уже