Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

— Дайя? — мама с легкостью догадалась, о ком тогда были все мои мысли.

— Я не знаю… Да, его… Но, я ему не нравлюсь. После травмы, когда я выписалась из больницы, он перестал со мной общаться вообще.

— Дочка, Бальзак не зря говорил, что любовь равно велика и в болтовне, и в лаконичности. Виктор все говорил, говорил, так с разбитым сердцем и уехал в свой университет. А Дайя хоть с тобой все это время не разговаривал, зато в нужные моменты всегда был рядом. Не так ли?

— На его месте любой бы отвез меня в больницу.

— Конечно, и сидел бы целую ночь без сна у кровати. Потом навещал бы каждый день, приносил цветы, любимые шоколадные конфеты. Заходил бы спрашивать у меня, как твои дела.

— Что? Он к нам заходил? — о таких деталях я не знала.

— А я разве тебе не говорила? Я пару раз предлагала ему подняться в комнату тебя навестить, так постоянно отказывался. Говорил, что скорее всего смутит тебя. Он ещё твой скутер починил, кстати. Пока ты не могла ездить, мопед застоялся совсем.

Ох, так оказывается, я в огромном долгу перед своим соседом. Если бы не мама, то я так и не узнала, что Дая всё это время оберегал меня. Но почему он должен постоянно это скрывать? Что такого плохого в том, что он мне помогает? Неужели парень меня просто жалеет?

— Так что, дочка, ты несправедлива к нему. «Любовь — игра, в которой всегда плутуют».

— Мам, откуда ты столько афоризмов знаешь?

— Я тебе и не такое могу сказать. Вот послушай: «Тот, кто никогда не искал ни дружбы, ни любви, в тысячу раз беднее того, кто их обеих утратил». Это сказал Жан Поль. «Хорошо говоришь только о той любви, которой не чувствуешь». Этой мудростью поделился Карр. «Любовь возникает внезапно и безотчетно: нас толкает к ней страсть или слабость». А теперь скажи, что тебя натолкнуло на Дайя — страсть или слабость?

— Страсть? — после секундной задержки ответила я.

— Молодчина! У нас, Вердаль, только страсть! — одобрительно мама прижала меня к себе и поцеловала в щеку. — Страсть была и у нас с твоим папой.

Чувствуя себя безгранично счастливой в маминых объятьях, я невольно растворилась в атмосфере семейной жизни. Ах, а если бы и отец сейчас был рядом! Тогда моя жизнь превратилась бы в рай…

Мы ещё долго беседовали с мамой о всякой чепухе, о которой я редко даже задумывалась: почему небо голубое, каких сортов бывают розы, есть ли легенда о радуге… Разговор лился так непринужденно, что мы не сразу услышали пение, доносящееся с улицы:

We wish you a Merry Christmas

We wish you a Merry Christmas

We wish you a Merry Christmas and a Happy New Year.

Как ни странно, мама первая догадалась, кто мог к нам наведаться в столь поздний час.

— Ангелина, а твои друзья неплохо поют, — похвалила она, раскрывая дверь в сад.

Так и оказалось: у ворот толпились мою одноклассники, весело припевая рождественскую песню. Увидев нас на пороге, ребята замахали руками и ещё громче заголосили. Среди них я сразу же узнала НАФА, просто светившаяся от веселья.

— Шалуны. В наши-то годы такие дни даже не праздновались, — вздохнула мама.

Она точно жалеет, что не родилась чуть позднее, чтобы участвовать в подобных тусовках.

Я раскрыла ворота и впустила друзей в дом. Оказывается, на улице стояла как минимум ещё дюжина мопедов и скутеров, около которых терпеливо ждала остальная часть класса. Ребята выжидающе всматривались в глаза моей маме, но она продолжала непоколебимо молчать. Только я знала, что потребуется ещё всего лишь слово, чтобы она разрешила мне поехать на праздник. Но одноклассники явно об этом не знали, поэтому продолжили наступление.

Не выдержала мама:

— Всё, всё, ладно! Вы победили. — Ребята торжествующе визгнули и обнялись. — Только не поздно, договорились?

— Спасибо, тёть Антонин! — хором поблагодарили друзья и выбежали на улицу.

— Ну давай, дочка. Развлекайся, — мама обняла меня и вручила кофту, которую уже давно сняла с вешалки и собиралась передать мне.

— Мам, тебе же скучно одной будет. Может, с нами?

— Нет, что ты! Там одна молодежь будет. Что мне с вами делать? — сразу же отмахнулась мама, но я точно знала, что она была бы не прочь повеселиться этой ночью. Что и подтвердилось. — У меня свои сборища. Коллеги уже заждались.

— Я тебя люблю.

— Я тоже люблю тебя, дочка. Гляди, Дая уже ждёт. Что я говорила?

Я обернулась и увидела своего соседа на чёрном скутере. Дая помахал мне и завёл мотор. Я уже видела, как сажусь к нему и мы вместе едем на тусовку. Мы будем говорить также открыто и естественно, как делали на первой встрече. Ночной ветер будет развевать мои волосы, он опять расскажет какую-нибудь красивую легенду.

Поцеловав маму на прощание, я выбежала на улицу навстречу своей судьбе. Подруги одобрительно похлопали по плечу, каждым жестом давая понять, что ужасно рады меня видеть.

Сегодня нас никто не сможет остановить и…

— Эни, садись скорей.

Запоздало до меня дошёл смысл слов Дайя. Моя подруга была удивлена не меньше. На миг она замешкалась, посмотрела на меня, а затем виновато отвернулась и последовала к парню.

В тот момент мне показалось, что все те красочные картины, только возникшие в голове и чуть не превратившиеся в реальность, сначала треснули как стекло, а затем рухнули с диким шумом на землю и разлетелись на мелкие осколки. В ушах загудело, а сердце на миг остановилось. Оно продолжало стучать, но уже с частотой взмахов крыльев обессилевшей птицы.

Как он так мог? Как она так могла?

Я стояла истуканом и не обратила внимания, как одноклассники уже давно распределились по скутерам и сигналили, напоминая о поездке. Ника поехала с Манем, Фиона с Алексом, Эни с Дайя. Осталась только я.

«Я никому не нужна?!»

— Ангелина, не стой столбом. Залезай ко мне! — нажимая на гудок, ко мне подъехал Ким и протянул защитный шлем. — Давай, нас ждёт такая тусня!

— Да, конечно, — точно загипнотизированная я села на мопед и нахлобучила на голову экипировку.

— Поехали! — прокричали выпускники в предвкушении отличного отдыха. Рёв моторов разбудил заснувший район.

~*~

Поездка не доставила