Выбор королевского дознавателя - Ульяна Муратова

Ничего не произошло.

— Ожидаем ответа от столицы, — со скучающим видом пояснил маг и уткнулся в свиток у себя на столе.

Аршес прошёлся по портальной комнате и размял плечи. Я села на одно из кресел рядом с аркой.

— А долго? — вздохнул дознаватель, вынимая из кармана шальвар хронометр — настоящий и́кис!

Мы про такие в свитках читали, да Аля свой мне показывала и давала подержать. А ещё хронометр был у директрисы, но она его не то что трогать — даже разглядывать не разрешала. Несмотря на то, что съесть икис было нельзя, я им заинтересовалась. Аршес, заметив мой любопытный взгляд, передал артефакт мне.

«Главное, слюнями не обкапать», — проворчал внутренний голос.

Ожидание затягивалось, Аршес мерил портальную комнату широкими шагами, служащий читал, а я гладила сокровище.

Золото — очень ценный металл. Во-первых, его очень мало. Во-вторых, оно имеет сродство с магией, не зря же у чар, как правило, именно такой цвет. В-третьих, золотые артефакты — самые надёжные и не разряжаются. Так что если где-то блеснуло цветом закатного солнца, значит, замешана магия. Ценнее золота — только урдин, и дело вовсе не в синем цвете. Этот металл накапливает энергию сам, его не нужно заряжать. Урдиновые артефакты работают вечно.

Именно урдиновый хронометр я сейчас и держала в руках.

Всё в этом хронометре было прекрасно, кроме того, что я совершенно не понимала, как определять по нему время. В приюте с временем вообще было просто — оно привязывалось к еде. Мы что-то делали до или после завтрака, обеда и ужина. Вот и вся точность. А карманный урдиновый икис — это что-то из области невозможного. Даже у Али такого не было, только золотой. Она показывала некоторые сокровища из бабушкиной сумки, и я всегда считала, что её хронометр — самая невероятная на свете вещь.

Ошибалась.

Пропасть между мной и Аршесом вдруг ощутилась так явственно, будто произошло землетрясение, и мы оказались по разные стороны гигантского разлома: он — с урдиновым хронометром в руках, а я — в окружении сомнительных жизненных перспектив. Стало горько и обидно. Похолодевшими пальцами я отдала ему артефакт и отвернулась к стене, чтобы не разрыдаться. Видимо, какая-то часть меня всё-таки надеялась на возможное развитие отношений между нами, но сейчас я явственно поняла: это нереально. Это Аля с собственным островом, пусть и проклятым, могла составить ему пару. Но не я.

Может, Аршес поэтому её и ищет?..

Эту мысль я додумать не успела, арка вдруг вспыхнула золотым.

— Проходите поскорее, — поторопил нас служащий.

Дознаватель подхватил меня за руку и втянул в сияющий золотом пространственный разрыв.

Портальная станция Нагуссы поразила бы размерами и количеством людей, но меня уже подкосил хронометр, поэтому сил удивляться не осталось. Я послушно шла за Аршесом, который тянул меня за руку. На огромной площади, мощёной разноцветной галькой, было шумно и суетно. Из-за обилия людей я даже не сразу поняла, что под ногами неизвестный художник выложил прекрасные цветы — ароссы, лореи, пионьяки и камамилы.

Наступая на чудесные бутоны разбитыми потёртыми сандалиями из самой дешёвой акульей кожи, я вдруг поняла, что приют остался позади. Что бы ни случилось дальше, я сама по себе. Али рядом нет. Распорядка больше нет. Ничего нет, только контракт, который Аршес может разорвать в любой момент.

Пусть с существенным опозданием, но я наконец осознала, что жизнь подарила мне удивительный шанс проявить себя. И я твёрдо решила ни за что его не упускать. Взять от короткой работы на Аршеса всё, что только можно.

По пути во дворец мы завернули в магазин готового платья, где очень нарядная девушка окинула меня профессиональным взглядом и лучисто улыбнулась.

— Добро пожаловать! Чем я могу помочь?

— Приветствую! Приличное платье для зайты. Два. Нет, три, — ответил Аршес и указал на меня. — И мы очень торопимся. Очень!

— Конечно! — продавщица кинула на меня быстрый взгляд и метнулась к вешалкам.

— Мне что-то для работы. Официальное, закрытое, — подсказала я.

— Вот! — выхватила она ярко-синее безобразие с открытыми плечами.

Работать в таком можно разве что в театре, играя ардану какого-нибудь знатного зайтана. Но мне ни играть ардану, ни быть ею не светило. Не берут таких, как я, в спутницы аристократов. Для этого нужно соответствующее образование и воспитание, такая девушка сама знает, что глаза у рыб, оказывается, нельзя есть. Ей об этом никто с шокированным видом не сообщает. Ардана — не просто любовница, а официальная возлюбленная, которую не стыдно и на королевский приём привести, и замуж взять, если захочется. А меня кто замуж может взять? Только такой же нищий рыбоглазоед, как я.

— Нет! Строгое! Рабочее!

— Тогда вот это! Оно изумительно подойдёт к вашим глазам!

Лиловое платье с рюшами изумительно подошло. Бы. Кукле.

Я оттеснила девушку от вешалок и быстро выбрала несколько платьев с закрытыми плечами, но без рукавов. Достаточно тёмных и формальных. И прихватила одну кофту, шерстяную.

Девица сначала поскучнела, но потом воспряла духом, когда я показала ей свои стоптанные сандалии.

— К этим нарядам обязательно нужна новая обувь! — воскликнула она и метнулась в другую часть магазина, откуда притащила несколько моделей и размеров кожаных ботиночек и две пары новых сандалий.

Выбор я сделала молниеносно, и уже несколько минут спустя стояла перед Аршесом одетая и обутая во всё новое, держа ворох остального в руках.

— И сумку, — распорядился зайтан дознаватель.

Я схватила первую попавшуюся повместительнее и запихала в неё вещи. Секунду спустя я уже снова стояла перед ним, моргая часто и подобострастно. Итого покупка новых вещей заняла меньше десяти минут.

— Прекрасно! — похвалил Аршес и расплатился не глядя.

Даже шерстяную кофту не заставил возвращать.

— Спасибо огромное, — на выходе из магазина я с трудом поймала его хмурый взгляд и добавила: — Вы очень добры.

— Я же обещал тебе новое платье, — пожал он плечами в ответ и быстрым шагом двинулся по улице, круто забирающей вверх.

Королевский замок — это нечто! Невероятно высокое здание — башни этажей по десять, основные постройки — по пять и шесть. И всё — на возвышении. Дворцовый комплекс словно короной венчал остров и величественно сиял облицованными белейшим известняком стенами. Остальной город был построен преимущественно из бежевого ракушечника, создавая контраст с главным зданием острова и всей Аберрии.

— Как красиво! — протянула я.

— Да, — равнодушно ответил Аршес, будто его не трогала красота дворца. — Канцелярия — второе здание слева. Вглубь комплекса, в резиденцию