Выбор королевского дознавателя - Ульяна Муратова

— Вам не кажется, что это уже слишком? — возмущённо спросила я.

— А ты лучше читай, что подписываешь, Виола. Это навык, который тебе очень в жизни пригодится. В общем, спать будешь со мной в любом случае. А будешь спорить — я лягу голым.

«Срочно спорим!» — заорал внутренний голос.

Я же благоразумно ретировалась в ванную, где с наслаждением искупалась и надела чистую ночнушку в пол. Очень целомудренную.

Тут, в гостинице, было куда теплее, чем в приюте. Интересно почему. У нас как ни холодный сезон — так такая стынь в комнатах, что хоть вой. А одеяла всегда влажные. Да и немного от них толку-то, они ж не шерстяные. Вот, говорят, шерстяные — это дело. Хильда рассказывала, что у себя дома только под такими и спала. Может, и врала, конечно. Сложно представить себе такой дом. Но чего только не бывает. Вот у зайтана дознавателя такой вполне может быть, почему нет? Он мне доблон отдал и ухом не повёл, глазом не покосил.

«Как приятно, оказывается, купаться в одиночестве и в горячей воде! Кто бы только знал…» — довольно протянул внутренний голос.

И правда, никто не подгонял, не причитал, а вода — чистое наслаждение, да и мышцы не сводит после купания. Можно даже не бояться заболеть! Вот это я понимаю — жизнь!

Закончив с банными процедурами, я вышла в комнату и никого в ней не обнаружила. Гайрон куда-то делся, ну и прекрасно. Может, я успею уснуть, пока он не вернулся. Села на постель и провела по ней рукой. Вот это да! Простыни совсем не скользкие и очень приятные на ощупь. Это тебе не шёлк!

Забралась под тяжёлое одеяло и блаженно растянулась. Ладно, за такое можно и гайрона рядом потерпеть. Тем более что в приюте мы иногда всё равно по двое спали: так теплее в холодный сезон. А кровати-то у нас узкие. На этой можно хоть всей старшей группой улечься.

Улыбнувшись, я понежилась в постели и хотела уже закрыть глаза, как из-за двери вышел Аршес, вытирающийся полотенцем. Тут что, две ванные? На одну комнату? Целых две ванные?

Я аж рот приоткрыла от удивления, шокированно следя, как за спиной гайрона гаснет свет именно в ванной. Нет, ну надо же!

— Приятно, конечно, производить на девушку такое впечатление, — довольно отозвался Аршес, глядя на моё ошеломлённое лицо, — но ты вроде уже видела меня раздетым.

Дар речи ко мне пока не вернулся, поэтому я просто ткнула в изумившее меня помещение пальцем, хотя Аля всегда говорила, что так делать нельзя. Зайтан дознаватель расправил широкие плечи и горделиво улыбнулся.

— Там вторая ванная! — наконец выдохнула я. — Тут что, две ванные? По одной ванной на человека?

Почему-то мой вопрос Аршеса расстроил. Он фыркнул и отошёл к шкафу, а я вылезла из постели и проверила: так и есть — вторая ванная.

— Может, тут и третья есть? — взволнованно спросила я.

— Нет, только ещё один туалет в гостиной, — скучным голосом ответил гайрон.

— Поразительно! — искренне восхитилась я.

Это ж можно просто взять и пойти в туалет, когда захочется. Обалдеть!

— Ложись спать, Виола. Завтра утром мы отправимся порталом на Ирла Нагусса, нужно только одеть тебя поприличнее. А то могут на территорию королевского замка и не пустить. Но это тоже завтра.

— Мы пойдём стационарным порталом? — разволновалась я. — Это же дорого!

— Вовсе нет. Для дознавателей это бесплатно, а ты теперь тоже на службе, я тебя взял помощницей. Так что не переживай, — зевнул он.

— А вас за это не поругают? Что вы вот так раз — и взяли помощницу?

— Нет.

— А Нагусса — большой город?

— Очень.

— Там правда по улицам ходят толпы?

— Да.

— А дома бывают высотой в десять этажей?

— Да.

— А мы будем по улицам гулять?

— Нет. Мы от портала дойдём до магазина, а оттуда сразу в замок. Узнаем, что там за задержка с документами и вернёмся сюда.

— И даже не поедим? — с отчаянием протянула я, заглядывая Аршесу в глаза.

— Если задержимся, то поедим, — сдался он. — А теперь тихо, иначе я тебя заткну очень эффективным способом.

— Каким? — опасливо пискнула я, и он мгновенно навис надо мной.

Я тут же догадалась, что он имел в виду, но деваться уже было некуда.

— Вы обещали не приставать! — отчаянно прошептала я, а гайрон придвинулся ещё ближе, вызывая в теле горячую панику. — Всё, я молчу!

Посверлив меня синим взглядом для острастки ещё немного, он завалился на бок и обнял рукой. Уткнулся носом в мою макушку и засопел.

Я поёрзала, пытаясь найти положение поудобнее. Всё-таки рука у него была тяжёлая. И горячая, да. Так что насчёт тепла можно было не волноваться. Но я почему-то всё равно волновалась и никак не могла найти удобное положение.

— Виола, перестань елозить! — прорычал Аршес мне на ухо и закинул сверху ещё и ногу, окончательно подминая под себя.

— Вы обещали не приставать! — возмутилась я.

— А я разве пристаю? — с деланными удивлением спросил он.

— Вы ко мне прижимаетесь! А теперь ещё и нависаете сверху!

— Я грею. Согласно договору.

— Вы… вы… вы просто пользуетесь моей беззащитностью! — выдохнула я.

Гайрон развернул меня к себе и очень серьёзно спросил:

— Тебе неприятны мои прикосновения?

Я замерла, не зная, что ответить. Пауза затягивалась.

— Видимо, это нет. Хорошо, тогда следующий вопрос. Я тебе не нравлюсь?

И снова тишина стала ему ответом. Соврать же я не могла, а говорить правду было отчего-то очень неловко. Словно слабость какую-то признавать. Хотя казалось бы — ну что такого? Нравится человек и нравится. Даже если он гайрон. Разве это преступление?

— Тебе хорошо было со мной в купальне? — вдруг вкрадчиво спросил Аршес.

Сердце пустилось вскачь, и перестало хватать воздуха. Третий вопрос остался без ответа.

— Ты бы хотела продолжить?..

Внутри всё завибрировало от такого предложения. Я бы хотела. Даже очень. Но понимала, что это было бы неправильно. Дознаватель закончит расследование, наиграется и уедет. А я останусь с разбитым сердцем.

«Очнись, ты всё равно останешься с разбитым сердцем. Этот корабль уже утонул. Давай хоть впечатлений наберёмся!» — предложил внутренний голос.

— Я подумаю, — едва слышно ответила я.

— Хорошо, подумай, — покладисто согласился он.

Присутствие Аршеса рядом ощущалось так остро, что хотелось закричать. Или завыть. В общем, сделать хоть что-то, выплеснуть перебродившие эмоции. Я смежила веки и принялась размеренно дышать… и считать.

Он гайрон, а я — человечка. Это раз. Он богатый, а я — нищая. Это два. Он взрослый