Зеркала - Дмитрий Арсеньев

где главный герой находит в ванной волос своей девушки, погибшей в аварии совсем недавно. Её уже нет, но маленькая частичка до сих пор здесь, с ним. И впереди только время, стирающее её до конца из этого мира. Когда спустя месяцев пять с последней встречи с Мариной я сделал уборку, как говорила моя мама, «генеральную», решив протереть потщательнее комод, на торце фасада того самого ящика я увидел маленькие засохшие пятна этих капель. И я прекрасно тебя понимаю, мужик, что ты тогда чувствовал. Я так и оставил её у себя в этих самых маленьких пятнах… Пусть время сотрёт то, что я не могу.

А в тот день я наслаждался вкусом эмоций первого, самого сладкого урожая с дерева любви, где глубоко-глубоко в листве уже сидел ядовитый змей, ждущий того часа, когда рука, срывающая плоды, заберётся слишком далеко в ветви…

В ритмично двигающихся тенях светился безмолвно, гас и снова вспыхивал экран моего телефона с аватаркой девушки, которой суждено совсем скоро уйти в моё прошлое…

«Перезвони!

Я недостаточно написала сообщений?

Что ещё написать?

Ты почему трубку не берёшь?

Ты почему игноришь и не отвечаешь? На этот вопрос есть ответ?

Вчера ты тоже не мог разговаривать вечером? Правильно я понимаю?

Пиши типа, я не отвечу? Ответ будет? Ты какой реакции добиваешься своими игнорами? Ты что бесишь меня, специально? У тебя цель вконец убить мне нервную, б**дь, систему?

Ты почему не отвечаешь? Есть ответ?

Трубки не берёшь?»

***

– Любимый мой, милый, пока! Хорошего дня!

Ещё раз прижавшись, поцеловав и замерев на секунду от удовольствия, она выпорхнула из моей машины и, перейдя дорогу с серьёзным лицом, обернулась ко мне с такой сияющей улыбкой, что хоть и лето начинало уходить, а мне снова стало тепло.

Часов в 11 утра я всё же решил написать Лине.

«Я не могу общаться. Не буду общаться, когда ты мне так пишешь!»

«Я вчера вспылила, прости!»

«Вчера, как и во многие остальные дни…»

«Давай я сегодня приеду, не хочу ругаться больше».

«Извини, Лина, после твоих сообщений не горю желанием!»

«Я себя чувствовала дискомфортно в последний раз, потому что между нами был сильный напряг. Мне очень неприятно, что ты жёстко разговариваешь со мной, как с мужиком. Я была бы благодарна, если бы ты иногда думал, как сказать, чтобы не задеть мои чувства, не сделать мне больно, я девочка, я слабее. Если считаешь, что я перехожу какие-то границы, – скажи мне спокойно об этом, потому что я не поняла твоей реакции. Я предлагаю добавить немного обыкновенного уважения в общение. Нет моральных сил ругаться, и так тяжело».

«Опять будут разборки».

«Обещаю, разборок не будет, нет причин и сил.

Ляжем тупо спать)) Ну, может, «Камеди» посмотрим. Плиззз)

А ты поверь, я обещаю.

Постарайся поверить мне, как я стараюсь)»

И я опять уступил, снова не смог написать, сказать ей, что всё. Всё, нужно заканчивать, несмотря на мои обещания, что я просто уже не могу себя дальше заставлять.

«Приезжай в 19.30».

«Ок».

Нужно не забыть косметику Марины собрать в пакет, а Лины поставить назад. Блин, господи, зачем я этим занимаюсь?..

В ту ночь всё было плохо. Разговоры, выяснения…

– Давай уже ляжем, поспим, два часа ночи…

– Нет, подожди, я хочу получить ответ…

– Я не хочу разговаривать! Я хочу спать!

– А секса тебе тоже не хочется со мной? Накувыркался вчера? Да?..

В итоге я её опять выгнал. Собрал вещи в пакет и с трудом выдворил из квартиры. Смотрел с балкона сквозь дым тлеющей сигареты, как она, не оборачиваясь, уходила насовсем.

И мне было жаль. Жаль её, но не того, что она покидает мою жизнь. Ничего ужаснее нет, когда так относятся к тебе. И я сейчас совершенно уверен: когда испытываешь такое отношение сам, то оно, как бумеранг, к тебе вернется. Только вопрос времени. Долг красен платежом. Просто мои платежи были ещё впереди.

***

– Как им только Санэпиднадзор всё это разрешил?

– Ну как-то разрешил, видимо. Но всё равно так классно! Там, наверное, кошек 25 разных. Можно их всех гладить. Мне понравилось очень. Классная идея – это «Котокафе». Они такие милые все…

– Вон, Марина, на кухне тебе «котокафе» спит, сразу «25 в 1». Правда, пришлось бы отдельное кафе делать под лоток, куда у Котика уже попа еле вмещается.

Мы вернулись с вечерней прогулки по Останкинскому парку, и, кстати, Котик, дрыхнущий на стуле на кухне, даже не пошевелил усами при нашем появлении.

– Ха-ха-ха, Дима, ну хватит тебе Котика стебать! Я пойду тогда в душ схожу.

– Конечно, детка.

Уставившись в телефон, чтобы прочитать сообщение в WhatsApp, я не сразу уловил странную тишину.

Марина стояла перед открытой тумбочкой, её взгляд был растерянным, непонимающим.

– Дим, а… где все мои вещи?

«Чёрт. Чёрт. Чёрт!»

Эти вещи все были в пакете, а пакет этот был прямо за моей спиной в шкафу, куда я его и убрал перед приходом Лины и, естественно, забыл достать и положить в тумбочку, как было.

«Чёрт! Чёрт! Чёрт!»

У меня бывали разные ситуации. И с Линой, и с бывшей женой. И всегда я что-то умело так говорил, что сложности более-менее быстро разруливались. А сейчас я не мог ничего сказать. Ничего не приходило на ум внятного. Для чего, блин, убираю вещи девушки из тумбочки? А? И Марина точно неглупая девочка!

– Вещи твои в пакете в шкафу.

– А почему ты их там положил? Зачем ты всё сложил в пакет?

– Я сейчас, подожди.

Я вышел, быстрым шагом прошёл по коридору в ванную. Повернулся к зеркалу и уставился на собственное отражение.

«Думай, что сказать! Что сказать? Нельзя говорить правду. Она уйдёт, и ты её потеряешь. И не вернёшь никогда. Это не Лина. Господи, господи! Я не хочу её потерять. Я не буду больше вести двойную игру. Я хочу быть только с ней. Господи, что мне ей сказать? Господи!»

Меня вдруг развернуло и понесло обратно в комнату. Она сидела на краю кровати, взгляд был пустым, устремлённым в одну точку где-то на шторе.

– Марина, детка…

Я приобнял её, она не реагировала. Слова сами лились из меня складными потоками:

– Понимаешь, когда тебя не было вчера… Я подумал, что слишком увлекаюсь тобой… Я решил было, что мы с тобой слишком зашли далеко от уровня «просто секс»… И я собрал твои вещи… Но я не хочу. Я