Домохозяйку вызывали? или Клыки на полку! - Ева Геннадьевна Никольская

– Кузь, а они на меня напасть могут? – поинтересовалась тихонько.

– На моей территории? Конечно же, нет!

– Тогда сними невидимость, хочу пообщаться.

– Как прикажешь, хозяйка! – Клянусь, если бы у Кузи были руки, он бы потёр ладони в предвкушении скандала. И зачем тогда уговаривал уйти, спрашивается? Для галочки, что ли? Или для оправдания перед хозяином?

– О! Служанка! – узрев, наконец, меня, обрадовалась блондя. – Милочка, извольте сопроводить меня в гостиную и подать чаю с пирожными.

– А вы кто? – Я даже улыбку изобразила.

– Севиль де Жуа – невеста вашего хозяина и ваша будущая госпожа, – задрала нос светловолосая кандидатка в покойницы.

– Ха! – выдала кандидатка номер два и, отпихнув плечом соперницу, выступила вперёд. – Единственная невеста здесь я! Шарлизьена де Буа. И если ты, рыжее пугало, дорожишь своим местом, поторопись обеспечить меня удобным креслом и журналами, чтобы скоротать время, пока не вернётся мой жених.

– Кузенька, а давай предоставим дорогим гостям то, что они просят! – ещё шире улыбнулась я.

– Будет сделано в лучшем виде! – отозвался тот.

В следующий момент раздался оглушительный визг. А кто бы не завизжал, если бы над ним вдруг перевернулась возникшая из ниоткуда миска с кремом? До поливания кипятком Кузя не опустился, зато издевательски посыпал вымазанную взбитыми сливками макушку «жуани» сухой заваркой, отчего та стала выглядеть, словно на неё стая голубей нагадила.

«Буань» при виде такого конфуза зашлась в совсем не аристократическом хохоте, но веселилась недолго. Со спины к ней подкралось массивное кресло с высокой спинкой и, ловко подбив под колени, приняло в свои деревянно-бархатные объятья, после чего  закружило по двору.

Теперь гостьи верещали уже на два голоса. И я даже готова была попросить Кузю прекратить, как вдруг вспыхнула арка – и на плиты, которыми был выложен двор замка, ступила настоящая фея. Шатенка, настолько идеальная в своём изумрудно-зелёном струящемся платье, что даже придраться не к чему.

Кажись, накаркала – дуэт превращается в трио!

– Что здесь происходит? – приятным, словно журчащим голосом, поинтересовалась новая девица, но тут же всё испортила, продолжив: – Что за балаган в моём доме? Почему хозяйку встречает стряпуха? А впрочем, и ты сойдёшь! Немедленно доложи князю, что прибыла Ирэм де Руа – его будущая жена.

Да они точно издеваются!

Я самым натуральным образом зарычала. Или не я?

– Что это? – округлив зелёные глазищи, выдохнула невеста номер три.

Я обернулась и чуть скалку не выронила с перепугу. Пока я упражнялась в «гостеприимстве», ко мне тоже кое-кто подкрался – и вовсе не безобидное кресло.

В холле замка скалила внушительные зубищи громадная тварь, отдалённо напоминавшая гориллу. Страшная до такой степени, что у меня голос отнялся. И даже пёстрая шкура, похожая на лоскутное одеяло, сшитое из клочков разноцветного меха, не делала чудовище менее пугающим.

– Грр! – снова зарычала тварь и рванула с места.

– Кузя! – только и успела выдохнуть я, сползая на пол и прикрываясь руками.

Но неведомая зверюга ловко обогнула меня и прыгнула прямо на шатенку.

– А я тебе говорил, чтобы не злилась! – отозвался УЗНик укоризненно. – Сейчас флаксы от этой курицы одни перья оставят.

– Ф-ф-флаксы? – заикаясь, переспросила я, наблюдая, как на спину пёстрой твари запрыгивает розовый зверёк, до последнего восседавший на моём плече. Теперь же он превратился в ещё одно пятно на лоскутной шкуре, а гориллоподобный монстр, трепавший третью невесту как котёнок фантик, стал на одного флакса крупнее.

– Ну а кто ещё? Ты бы это… отозвала их, а то придётся трупы этих высокородных куриц к ущелью тащить, а потом, чего доброго, с роднёй их разбираться! Хлопот не оберёмся.

– К-к-ак отозвала? – Язык заплетался, а мозг отказывался признавать, что вот это вот страшнючее нечто – мои милые писклявые пушистики.

– Мысленно, конечно! Сконцентрируйся и командуй!

Я честно попыталась, но додумалась только до привычного «Фу!» с прибавкой «Брось эту пакость!». Как ни странно, подействовало.

Чудище выплюнуло кусок изумрудного подола, фыркнуло и потрусило ко мне. В следующий миг вновь полыхнула арка портала и изрядно пожёванная шатенка исчезла. Её товарки, похоже, смылись ещё раньше – я даже не заметила, когда именно. И на память о них остались только перевёрнутая миска, подранное когтями кресло и обрывок зелёного шёлка.

ГЛАВА 7

Валентайн де Грир

– Ты позоришь наш клан! – плюнул, точно ядом, очередным обвинением дед, выходя из кабинета. Он так печатал шаг и поджимал губы, что странно, как не хлопнул дверью по лбу провинившемуся внуку, то есть мне.

Как же хорошо, что сегодня, разобравшись наконец с делами, я ушёл домой пораньше – как раз успел доклад Кузи о посетительницах услышать до появления пышущего гневом родственника.

Оскорбить таких перспективных невест, да ещё в главном замке рода де Грир! Позор на его седины, которые, кстати, надо с лупой искать в иссиня-чёрной гриве самого древнего из моей многочисленной родни. Тем не менее, он каждый раз о них упоминает, утверждая, что я и кое-кто ещё из моих кузенов как раз и являемся причиной его седых волос.

– Кто с чем пришёл, тот от того и… – Я не договорил, идя вслед за взбешённым дедом. Смысл распинаться, когда и без слов всё ясно.

– Леди пришли с агрессивно настроенными питомцами? Или, может, со скалками, как твоя эта… домработница! – снова выплюнул гость.

Что-то он сегодня слишком много плюётся, как бы потом не пришлось Ларе с УЗНиком проплешины с каменных плит пола убирать.

– Домохозяйка, – возразил я, продолжая сопровождать деда до самого выхода – исключительно из вежливости, да. А вовсе не из-за боязни за девушку и замок.

– Домохозяйка – это хозяйка твоего дома и твоего сердца, кретин! – рыкнул дед, объясняя мне такую простую истину. А ведь он прав. Целиком и полностью прав! Лара именно такая. – Ты слышал, что я сказал? – Дед так резко остановился и развернулся, что я чуть на него не налетел, погружённый в собственные мысли.

– Конечно! – кивнул уверенно.

– И? – Чёрные глаза старшего родственника прищурились, впиваясь мёртвой хваткой… тьфу ты – пристальным взглядом в моё лицо. – Предпочтёшь безродную иномирянку высокородным красавицам?

– Да, – спокойно ответил я. – И так, для справки… Лара очень красивая. А ещё милая, нежная, хотя и упрямая порой. Она как солнышко, рядом с которым тепло и уютно. Иногда согревает, иногда распаляет, а иногда и обжигает. Яркая, очаровательная, способная…

– Хватит! – скривился дед, прикрыв ладонью глаза. –