Без вины виноватая - Ольга Митрофанова

Любимов отпустил парней, наказав завтра к восьми явиться в отдел. Кристину Павловну он завтра выкурит с практики, поэтому пусть парни служебки и пишут. Хотел позвонить Димке, позвать его в бар, выпить по стакану пива, раз решил сегодня на работу не возвращаться, но вспомнил, что на него в обиде, за подлянку в виде практикантов. Поэтому зашёл в бар один. Поскольку был только понедельник, народу почти не было. Роман присел на высокий барный стул и заказал себе стакан пива с гренками.

Выпить успел чуть больше полстакана, наслаждаясь одиночеством и тихой приятной музыкой, расслабился, даже подумывал снять девушку на вечер, а то со своей работой скоро позабудешь, как это делается, тем более это стало актуальным с приходом в отдел на практику Ящеровой. Вот, только отвлекся и опять мыслями вернулся к ней. Надо точно найти какую-нибудь бабенку на ночь.

Роман даже огляделся в поисках подходящей кандидатуры, как у него зазвонил телефон. Номер не определился, ну вот кто такой супермодный может ему звонить в пол-одиннадцатого вечера? Нехотя нажал на кнопку, принимая вызов:

– Слушаю.

– Капитан, ты где? – поинтересовался в трубке мужской голос.

Роман поморщился, если бы он не узнал абонента по голосу, то по тому как тот к нему обратился, узнал бы из тысячи:

– И вам не хворать.

– Шляешься ты где, я тебя спрашиваю? – настойчиво прозвучало в трубке, – на работе тебя сегодня не было весь день.

– А вы уже настолько купили мое начальство, что можете выполнять его функции и отслеживать мою трудовую деятельность? – съязвил Роман.

– Нет, мне твое начальство само позвонило, распиналось, как удачно в вашем отделе устроились практиканты, которым ты надавал кучу дел, а сам свалил в закат.

– Нажаловалась, – с досадой произнес Роман.

– Я последний раз спрашиваю, где ты есть? Если в бега подался то лучше сразу за полярный круг, для надёжности.

– В баре я, на Жуковского, – сухо отозвался Роман.

– Сиди там, сейчас приеду, – коротко произнес в трубке Павел Ящеров.

– Нашел сторожевого пса, – заворчал под нос Любимов, заказывая ещё пива.

– Кристина дома не появилась, – с ходу озвучил Павел Ящеров, – присаживаясь рядом с Романом на барный стул.

– По закону заявление о пропаже человека принимаем только через двое суток, – флегматично отозвался Роман, – должны бы знать, Павел Олегович.

– Все, блеснул соплей на солнце или ещё что-то искрометное выдашь? – выжидательно посмотрел на Романа, – если нет, то спешу тебе сообщить, что отдел она не покидала. Ты ей какое задание дал?

– По служебкам отписаться и отчёт по раскрытым преступлениям за прошлый месяц сделать.

– Ты что думал, что она не справится, испугается и сбежит?

– Нет, планировал выговор ей сделать и начальству доложить, что практиканты не справляются.

– Тебе лейтенантские погоны видимо поджимают, – философски изрек Павел, – подполковник сегодня лично позвонил и распинался, какая она молодец, схватывает все на лету, он ей только один раз показал, как служебки делаются, а она сразу сообразила, такая умная девочка, – скопировал Павел восхищенную интонацию подполковника, – и отчёт успела сделать, такая работяга. Так что спешу тебя уведомить, что никогда ещё Штирлиц не был так близко к провалу, – закончил Павел цитатой из фильма свой монолог.

– Может, вы ее сами домой заберёте? – с надеждой спросил Любимов.

– Она итак год в общежитии жила, пока в кафе драка не случилась, так что мне вмешиваться – это не вариант.

– И что мне делать? На место преступления ее с собой возить? Насмотрится трупов и сбежит?

– У нее мать врач-хирург, она трупы видела, не факт, что испугается. На допросы ее потаскай с сомнительными личностями, только не по притонам. Наркоманов покажи, проституток. Сам с какой-нибудь сослуживицей на худой конец шашни замути, – попытался накидать варианты Павел.

– Так у вас просто все, замути, я может только по любви, – хмыкнул Любимов.

– Лейтенант, чтобы моя дочь быстрее свалила из вашего отдела в твоих же интересах, – строго произнес Павел, – и имей ввиду, тебе лучше свои руки держать от нее подальше. И отпишись мне, как она в отделе устроилась на ночь, – проговорил, слезая со стула и направляясь к выходу.

Глава 11

– Отзвонись, как на ночь устроится, – коверкал Роман голос, изображая Ящерова, – нашел дуэнью.

Роман ворчал больше для проформы, настоящего гнева он не испытывал, толи потому что он за день выветрился, толи два стакана пива и готовые служебки вкупе с месячным отчётом сделали свое дело, но находился он во вполне благодушном настроении.

Кристина обнаружилась в отделе, как истинный оперативник спала, положив голову на стол. Роман задержался в дверях, вдохнув в себя аромат ее духов. За день ее пребывания здесь кабинет этим запахом пропитался, даже если Роман его проветрит, то дня три запах будет все равно держаться, раздражая его обонятельные рецепторы и вызывая в голове разные образы. Причем образы самой Кристины в одних только этих духах. С феромонами у нее эти духи что ли? – думал про себя Роман. Не может же от простой туалетной воды так вштыривать, что в голове плывет какой-то розовый туман. А с ним случалось именно это. Вот лежит она такая милаха, ладошки под щеки положила, волосы свои густые, утром в шишку стянутые распустила, на одну сторону перекинула, и хочется подойти, на руки взять, прижать крепко к сильному телу и укачивать как ребенка. Стоп, Кристина Ящерова и есть ребенок, точнее дочь Павла Ящерова, который, как Роман был уверен, является заказчиком убийства Седого Виталия Эдуардовича. Неважно, что доказать этого не удалось и прошло уже более двух лет, у такого преступления нет срока давности. Если обнаружатся доказательства, то Павел Олегович отправится за решетку, поэтому связываться с Кристиной неразумно.

Роман закрыл дверь, прошел в кабинет и встал посередине, думая как лучше разбудить девушку, чтобы отправить домой. Прикасаться к ней было опасно, а кричать тоже не очень, вдруг испугается. Дверь в кабинет распахнулась и взмыленный как от долгого бега лошадь Димка с порога начал во весь голос:

– Роман Юрьевич, там…

Договорить Роман ему не дал, резко приблизился и толкнув в грудь, выпихнул в коридор, закрывая дверь в кабинет. Кабинет у них был общий, поэтому Димка от такого обращения обалдел. Он может и косячнул с практикантами, так сегодня повинность в морге отбыл сполна, не лишать же его теперь кабинета в качестве наказания. Только хотел открыть рот, чтобы возмутиться, но Роман его перебил:

– Тише ты, у меня там человек спит, – зашипел строго.

– Какой человек? – не понял