Она была создана для меня - Джен Моррис

— Я бригадир. Рич попросил меня возглавить этот проект.

— Да, и меня он тоже попросил.

— Но ты ничего не знаешь о ремонте дома, — говорю я, мой голос повышается в отчаянии.

Ее глаза сужаются, и во мне просыпается чувство вины. Ее отец сказал мне это по секрету, и она старается изо всех сил. Даже я это вижу.

— Может, и нет, — выдавливает она сквозь стиснутые зубы, — но я понимаю, как важно оправдать ожидания клиента по проекту.

— Это не…

Я качаю головой, отводя взгляд, поскольку понимаю, что дело не только в отсутствии у нее опыта. Я вспоминаю ту женщину, которую встретил в "Джо", ту, которая восхищалась историей этого района и грустила, видя, как она стирается. — Знаешь, что меня больше всего бесит, Вайолет?

Она вскидывает руки вверх. — Понятия не имею.

— Когда мы познакомились, ты говорила о том, как сильно любишь эти старые здания. А теперь ты делаешь все возможное, чтобы вычеркнуть историю из этого здания.

— О, теперь ты хочешь поговорить о том, что произошло в день нашей встречи?

— Я не об этом, — говорю я, застигнутый врасплох. Меньше всего мне нужно, чтобы она снова давила на меня и заставляла признаться, что я собирался пригласить ее на свидание. — В "Джо" ты сказала…

— Я знаю, что я сказала. В отличие от некоторых людей, — она пристально смотрит на меня, — я могу вспомнить, что произошло в тот день.

Не кусайся.

— Тогда почему, если ты говоришь о важности сохранения старых зданий, вы так настаиваешь на разрушении этого?

— Это немного драматично. Мы вряд ли его разрушим. Но папа сказал…

— Так это потому, что он твой отец?

— Нет, это… — Она переместила свой вес, внезапно почувствовав себя неловко. — Это потому, что он наш клиент, — говорит она после паузы. — Важно, чтобы клиент был доволен.

— Да, — соглашаюсь я. — Но он сказал, что доверяет нам делать то, что нужно. Я знаю Рича очень давно…

Вайолет смотрит на меня так, будто я совсем тупой. — Думаю, я знаю его дольше.

Я поднимаю взгляд к потолку, стараясь сохранять спокойствие.

— Технически да, но не как взрослый. И не как друга. И я думаю, что мы можем сделать этот проект лучше, чем он мог себе представить. Он выбрал меня руководителем этого проекта, и он знает, как я работаю. Это риск, но я верю, что в итоге он будет благодарен.

Она открывает и закрывает рот, вся борьба вытекает из нее.

— Ты не понимаешь, — бормочет она, отворачиваясь. И прежде чем я успеваю сказать что-то еще, она вставляет наушники и возвращается к ноутбуку.

8

Вайолет

В субботу утром Сэди говорит мне, что я должна отдохнуть от работы. С тех пор как Кайл обвинил меня в том, что я ничего не знаю о работе, которой мы занимаемся, — и вполне справедливо, — я приклеилась к ноутбуку, узнавая как можно больше. Я пытаюсь сказать Сэди, что не могу сделать перерыв — мне еще предстоит провести столько исследований, — но она настаивает, что несколько часов вдали от ноутбука и листочков пойдут мне на пользу.

Мы едем на поезде в Манхэттен, потому что она хочет посетить огромный магазин Barnes & Noble на Южном площади.

— У них самый лучший ассортимент романов, — сказала она мне, когда я спросила, зачем нам туда ехать. Сэди обожает романтические романы.

Я с радостью ей подчиняюсь. Она разрешает мне спать на своем диване — даже если большинство моих ночей не такие спокойные, как хотелось бы, — и, кроме того, я не общалась с ней как следует с тех пор, как приехал. Как обычно, я с головой погрузился в работу.

Я смотрю в окно, пока мы едем по Уильямсбургскому мосту, и между стальными балками моста мелькают Эмпайр-стейт-билдинг и Восточной реки, как на старой кинопленке. У меня что-то замирает в груди при виде города, в котором я выросла, города, который я покинула ради работы и в который вернулась в момент отчаяния. Я не остановилась, чтобы оценить, что я здесь — что я дома, и это действительно здорово. Я так скучала по этому месту.

Когда мы выходим из метро на Юнион-сквер под теплые солнечные лучи и гул города, это чувство усиливается. Мы идем по тени небольшого парка, звуки транспорта и люди, снующие по фермерскому рынку, напоминают мне о том, что это место живое.

Сэди была права — отдохнуть от работы было хорошей идеей.

— Ты тихая, — говорит она, подталкивая меня, когда мы пересекаем парк. — Ты в порядке?

Я улыбаюсь. — Да. Просто думаю о том, как сильно я соскучилась по Нью-Йорку.

— Правда? — Она взволнованно поворачивается ко мне, ее дикие рыжие кудри рассыпаются по плечам. — Это значит, что ты переезжаешь обратно насовсем?

Я не могу удержаться от смеха. Мы с Сэди были неразлучны в старших классах, но потом я уехала из штата в колледж и поступила на работу в DigiSwap, и наша дружба переросла из междугородних звонков в редкие смс. Моя карьера стала центром моей вселенной и не оставляла места ни для чего другого. Конечно, я скучала по Сэди, но большую часть времени я была слишком занята, чтобы думать об этом.

Сейчас, когда я снова здесь, со своей подругой, я начинаю задаваться вопросом, как я могла допустить такое — как я могла вот так просто оставить нашу дружбу.

Я обнимаю ее за плечи и сжимаю.

— Я бы определенно подумала об этом, — говорю я, удивляясь самой себе. — Но… — Я вздыхаю. — Мне нужно найти работу здесь, а большинство хороших вакансий находятся на Западном побережье.

— Большинство, — оглашается она, с надеждой глядя на меня. — Но не все.

Я смеюсь, когда мы заходим в "Barnes & Noble", воодушевленный оптимизмом Сэди. Магазин огромный — четыре этажа книг, которые возвышаются перед нами как храм литературы прямо посреди города. Сэди удовлетворенно вздыхает, когда мы ступаем на эскалатор. Это ее счастливое место.

— Пойдем со мной посмотрим раздел романтики, хорошо?

Я отвожу взгляд от Сэди, перетягивая нижнюю губу между зубами. Меньше всего мне сейчас хочется думать о романтике. В моей жизни ее давно не было. Я не задумывалась об этом до недели назад, когда на короткий миг мне показалось, что я встретила действительно хорошего парня; случайная встреча в случайном кафе в ожидании встречи с отцом. На несколько минут я позволила себе насладиться вниманием этого доброго и