Единое правление - Кайли Кент

— Сорок миллионов, мистер Валентино.

Я чуть не захлебываюсь воздухом. Кашляю в руку и смотрю на мужа, который почему-то выглядит невозмутимым.

— Позвони владельцам. Если они смогут освободить его в течение семи дней, я дам им тридцать пять наличными.

Я смотрю на него расширившимися глазами. Он что, серьезно?

— Ти? Думаю, нам стоит поговорить об этом, — шепчу я.

Он смотрит на меня и ухмыляется, а затем снова смотрит на Марка.

— Чего ты ждешь? Позвони им, — рявкает он. — Я занятой человек, Марк. У меня полно других дел, требующих моего внимания.

— Да, конечно, мистер Валентино. — Мужчина встает и выходит из комнаты, прижимая к уху телефон.

— Полагаю, ты понимаешь, что в твоих интересах заключить эту сделку в течение ближайших десяти минут, — говорит Ти. Риелтор бледнеет и молча кивает.

Я хлопаю Тео по плечу.

— Ты не должен угрожать агенту по недвижимости, Ти. Этот бедняга до смерти напуган.

— Могу, и я это сделал. И он должен быть напуган. Ты хочешь этот дом, Холли, и я позабочусь о том, чтобы ты его получила.

Намерения хорошие. А вот действия? Не очень.

— Ти, я хочу дом, но я не хочу его, если единственный способ его получить — это угрожать людям. Кроме того, тридцать пять миллионов долларов — у кого, черт возьми, есть такие деньги? Это безумие. Ты знаешь, сколько голодающих детей можно накормить на эти деньги? Боже мой, неужели я плохой человек, раз хочу этот дом, когда стольким людям даже негде жить?

Ти берет меня на руки и сажает к себе на колени.

— Dolcezza, дыши. Все будет хорошо. То, что ты думаешь о тех, кому повезло меньше, и делает тебя такой замечательной. Отвечая на твой вопрос, — да, у нас есть такие деньги.

— Хорошо, но ты уверен, что это не слишком далеко? Это место будет достаточно безопасным? — Я закусываю нижнюю губу.

Он наклоняется и целует меня.

— Я позабочусь о том, чтобы здесь стало достаточно безопасно. И если ты хочешь построить нашу жизнь именно здесь, то и я тоже.

— Я люблю тебя, Ти, всего тебя, — говорю я, целуя его еще сильнее.

— С каждым днем я люблю тебя все больше и больше. Когда мне кажется, что я не могу любить тебя сильнее, чем уже люблю, я просыпаюсь и чувствую еще более сильную связь с тобой.

— Секунду, Hallmark, — шепчу я, поднимая свое облегающее платье, чтобы сесть на него. Я трусь о его затвердевший член.

— Черт, Холли, ты же знаешь, что я пропустил завтрак сегодня утром, и я чертовски голоден.

— Угу, может, тебе стоит что-нибудь с этим сделать, — стону я, мои трусики становятся все более влажными. И тут Ти поднимает меня и поправляет платье, чтобы оно снова опустилось до колен. Я растеряна и ошеломлена его внезапными действиями… отказом.

Пока я стою, снова задаваясь вопросом, неужели я больше не нужна своему мужу, в комнату входит Марк. Ти ухмыляется и усаживает меня на диван рядом с собой.

Откуда, черт возьми, он знал, что Марк вернется именно в эту секунду? Неужели у моего мужа есть сверхъестественные способности?

Глава одиннадцатая

Тео

— Ты переезжаешь в гребаный пригород, Ти? Похоже, тебя только что лишили яиц. — Нео смеется с пассажирского сиденья.

Документы на дом были готовы уже через час после того, как я отправился обратно в город. Я отвез Холли в поместье родителей и проследил, чтобы каждый гребаный солдат знал, что она не должна покидать дом одна. А если она все-таки уедет, им приказано звонить мне еще до того, как шины ее машины коснутся дороги. Я надеюсь, что она будет слишком занята с Анжеликой и Изабеллой, чтобы ей понадобилось куда-то ехать. Я паркуюсь перед винным магазином, в который Холли обещала заехать. Очевидно, вчера она одолжила — по ее словам — две бутылки текилы, которые даже не смогла выпить.

— Я сейчас вернусь, — говорю я Нео, пока он ругается на машину, сигналящую позади меня. Шум прекращается, как только я выхожу из машины и смотрю в окно этого ублюдка. Не обращая внимания на нетерпеливого сукина сына, я забегаю в магазин и бросаю на прилавок пару сотен. Молодой парень за кассой просто смотрит на них. — Моя жена сказала, что должна вам немного денег. Валентино всегда возвращают свои долги. Хорошего дня.

Я выхожу и прыгаю обратно в машину. Нео качает головой.

— Итак, пригород? У нас будет прислуга? Потому что в таком большом поместье нужна горничная, много горничных, в такой сексуальной униформе. Я даже займусь наймом для тебя.

— Да, конечно. Обсуди это с моей женой. — Я смеюсь.

— Почему ты всегда портишь все веселье? Знаешь что? Держу пари, я смогу ее уговорить. Она не сможет содержать такой дом в одиночку.

Я бросаю на него взгляд.

— Знаешь, я не буду возражать, если она тебя кастрирует, когда ты заикнешься о том, что приведешь в ее дом полуголых женщин в пошлой униформе горничных.

— Да, возможно. Но для этого ей придется прикоснуться к моему члену. А я точно знаю, что ты этого не допустишь, так что, думаю, я в безопасности.

— Fottuto idiota7! — ругаю я его. Но он прав. Я бы ни за что не позволил ей прикоснуться к его члену.

— Куда мы вообще едем? — спрашивает Нео.

— На работу, — говорю я, въезжая в здание «Valentino Empire». У меня много офисов по всему городу, но этот — основной. Здесь же часто работал мой отец.

— Верно и почему мы едем на работу, когда в твоем городе бушует гребаная война?

— Потому что нам нужно зарабатывать деньги. Они сами по себе не размножаются. Кроме того, нам нужно вернуться к нормальной жизни. Холли хочет, чтобы все улеглось. Мы должны положить конец этой гребаной войне и жить дальше.

— Правильно, потому что Холли этого хочет.

— Что за тон? Если тебе есть что сказать, просто, бл*дь, скажи.

— Нет, ничего. — Он выходит, захлопывая дверь. В любом другом случае я бы уже стрелял.

— Что у тебя за проблема с Холли? Я думал, она тебе нравится.

— Она мне нравится. Но не знаю, заметил ли ты, она меняется, чувак. Она превращается в кого-то другого. Этот мир меняет ее. И я не знаю, к лучшему ли это.

— Я вижу, что моя жена становится сильнее. Это то, что должно произойти… если она хочет выжить в этой семье. Я вижу, что она чаще стоит на своем. Больше не боится