Массимо - Оливия Торн

С тех пор, как мне было шесть лет.

И я изо всех сил старалась удержаться от приступа паники.

Ведь я только что видела, как убили Родериго.

И еще одного из людей Ноны расстреляли ко всем чертям…

И все это происходило, пока я висела на плече у Горы.

А теперь на полу лодки лежал мертвец с дырой в голове, из которой сочилась кровь.

Великан из Тосканы не проявлял особого сочувствия.

― ЗАТКНИСЬ И СЯДЬ! ― рявкнул он на меня.

― ТАМ ТРУП! ― крикнула я в ответ.

― И БУДЕТ ЕЩЕ ДВА, ЕСЛИ Я НЕ ВЫТАЩУ НАС ОТСЮДА!

Я поморщилась, перешагивая через багровую лужу и маневрируя к задним сидениям.

В своей песне «Bodak Yellow» Карди Би называет Christian Louboutins ― кровавыми туфлями из-за их фирменной красной подошвы.

Так вот, мои Лабутены действительно стали кровавыми туфлями.

Я почувствовала легкое движение лодки, когда мы отошли от причала.

Я как раз разворачивалась, чтобы сесть, когда неожиданное ускорение отбросило меня назад.

И мы на огромной скорости вылетели в Гранд-канал.

― НЕПЛОХО БЫЛО БЫ ПРЕДУПРЕДИТЬ, ПРИДУРОК! ― закричала я на него.

Он проигнорировал меня и помчался по центру канала.

Прямо на vaporetto, один из маршрутных теплоходов, которые перевозят десятки людей по Венеции.

― ОСТОРОЖНО! ― крикнула я.

В последнюю секунду он дернул руль, и мы уклонились от vaporetto.

Навстречу водному такси и нескольким моторным лодкам.

Я снова закричала, но ему удалось избежать столкновения, и мы понеслись дальше.

Все остальные лодки прижимались к берегам канала, чтобы не попасться нам на пути.

Массимо, очевидно, умел управлять лодкой.

Но он не знал правил движения по каналам, это точно.

― Мне что, нужно подниматься к тебе и вести лодку?! ― сердито крикнула я.

― Нет, но ты должна сказать мне, как добраться до твоей бабушки!

― Самый быстрый способ будет…

― Что?! ― ответил он, перекрикивая рев мотора и ветер.

К черту это.

Я наклонилась вперед, ухватилась за пассажирское сидение перед собой и поднялась на ноги.

Затем я снова поморщилась, переступая через кровь и труп.

И опустилась на сидение рядом с Массимо.

― Самый быстрый путь ― это развернуться и поплыть по каналу рядом с университетом! ― крикнула я.

Меня все еще было трудно расслышать из-за ветра, но теперь, когда я была в двух футах от него, это было гораздо легче.

― Невозможно! ― крикнул он, сосредоточившись на том, чтобы избежать столкновения с другими лодками. ― Стрелок выходил из здания, когда мы отплыли!

Так вот почему он рванул с места, как летучая мышь из ада…

― Хорошо, тогда ― видишь справа канал поменьше? Если поплывешь по нему, то…

― Никаких узких каналов! ― крикнул он. ― Мы должны плыть как можно быстрее, и мы не можем оказаться в замкнутом пространстве!

Я закатила глаза.

Если ты не собираешься прислушиваться к моим советам, тогда зачем ты, черт возьми, спрашиваешь?

― Гранд-канал в конце концов переходит в канал Джудекка. Продолжай плыть налево, придерживаясь береговой линии, и ты обогнешь остров.

― Хорошо.

Гранд-канал пересекает центр Венеции в форме гигантской буквы S. В самом широком месте он составляет около 225 футов9.

Канал Джудекка, напротив, огромен ― около 1200 футов10 в ширину. На самом деле это даже не канал, а скорее водный путь между островом Джудекка и городом Венеция.

Мы плыли так быстро, что достигли его меньше чем за минуту.

Массимо повернул налево и направился к юго-восточной оконечности Венеции.

Когда я оглянулась назад, то увидела страшное зрелище.

К нам на максимальной скорости приближался другой катер.

И это был не полицейский катер.

― За нами кто-то гонится! ― крикнула я.

Массимо оглянулся через плечо, выругался и спросил:

― Ты умеешь управлять катером?

― Я живу в Венеции. ДА, я умею управлять катером, ты, чертова шовинистическая свинья, ― возмутилась я, перекрикивая ветер.

― Я не знал, что принцессы мафии сами себя возят, ― крикнул он в ответ.

Кажется, он пытался иронизировать, но эффект был потерян, когда ему пришлось кричать во всю мощь легких, чтобы его услышали.

― Они так и делают, когда постоянно пытаются сбежать, черт возьми!

― Возьми руль и поменяйся со мной.

― Что ты собираешься делать?!

― Разобраться с преследователями, ― крикнул он.

Я ухватилась за руль, чтобы удержать его, подождала, пока он проберется мимо меня, затем бросила сумочку на пассажирскую сторону и перебралась на водительское сидение.

Я была напугана, да.

Но в то же время это было чертовски увлекательно. Я никогда раньше не плавала на такой скорости.

Но я не сказала ему об этом. Это бы перечеркнуло все мои слова о том, что он ― шовинистическая свинья.

Массимо поднял со дна лодки автомат убитого парня. То, что он был весь в крови, его ничуть не беспокоило.

Он перебрался на задний ряд сидений…

Уперся стволом в подголовник…

И выстрелил.

БЛАМ!

Он включил одиночный режим, потому что раздался только один выстрел.

Я оглянулась через плечо.

Лодка позади нас уходила все дальше и дальше вправо.

БЛАМ!

Пауза…

БЛАМ!

Пауза…

БЛАМ!

Массимо не спеша прицеливался ― как снайпер.

Я оглянулась через плечо и увидела, что лодка значительно отстала от нас.

Хорошо.

Мы приближались к юго-восточной оконечности Венеции, и я сбросила скорость, чтобы сделать поворот.

― Какого хрена ты тормозишь?! ― крикнул он.

― Потому что лодка перевернется, если я буду плыть быстрее, ты, ИДИОТ! ― крикнула я в ответ.

― …ох, ― сказал он и вернулся к наблюдению за нашими преследователями.

Видимо, они достаточно отстали и не было смысла стрелять по ним, потому что он вернулся и присел рядом со мной в проходе.

― Подвинься, ― крикнул он.

― Да пошел ты, ― крикнула я в ответ. ― Ты просто присматривай за другой лодкой.

Он, кажется, что-то проворчал ― я не могла расслышать за ревом ветра, ― но спорить не стал.

Когда мы вышли на прямую, я снова набрала полную скорость.

Мои волосы развевались за спиной ― так быстро мы ехали.

Это испортило мою прическу, но, черт возьми, оно того стоило.

― Почему они не стреляют в ответ? ― крикнула я сквозь ветер.

― Потому что они не хотят попасть в тебя.

― Почему?

― Ты нужна им как средство шантажа.

― Кому?

― Ты знаешь, кто такие русская группировка?

― Само собой. Я читаю