Зверь. Я верну тебя! - Марина Бархатова

Громкий приказ тренера – огромного тёмноволосого Альфы в сером спортивном костюме без каких-либо отличительных признаков мгновенно разлетается по помещению и мы быстро поднимаемся с матов и строимся по росту в ровную шеренгу.

Дышать тяжело, лёгкие горят от поступающего внутрь кислорода, но мы не расслабляемся – это чревато наказанием.

«Грозный» - так мы называем нашего куратора и тренера в одном лице Ивана Семёновича Грознецкого – проходит вдоль вытянувшихся по струнке нас, внимательно осматривая каждого курсанта.

Задерживаю дыхание, когда он уверенной тяжёлой походкой шагает мимо меня. Держу голову прямо и смотрю вперёд в одну точку – на покрытую матами зелёную стену напротив.

Наверно, у меня буйное воображение, но мне кажется, что на секунду Грозный замедляет свой шаг, когда проходит мимом меня и я даже почти уверена, что мне слышится, как он тихо втягивает воздух… принюхивается ко мне?

Это предположение ошпаривает кипятком и без того горящее после тренировки тело, и я напрягаю все мышцы, чтобы стоять ровно и не закашляться.

Ужас!

Не меняю положение головы, но краем глаза замечаю, как Грозный доходит до конца нашей шеренги и медленно поворачивается на пятках.

- Вольно! Молодцы, сегодня отлично поработали! Можете расходиться по раздевалкам!

Уфф…

Как только приказ тренера касается наших ушей и эхом отдаётся от толстых стен спортзала, мы тут же выдыхаем и, наконец-то, расслабляем наши измученные тела.

- Карина, ты идёшь? – уставший голос Сони раздаётся над моим ухом, когда я приседаю, чтобы поправить развязавшиеся шнурки.

- Да, я сейчас догоню вас. Дотащите меня до комнаты, - кричу вслед подругам – невысокого роста рыжеволосой Соне и коротко стриженной фигуристой Варе.

С девчонками я познакомилась и подружилась сразу. Собственно, по-другому и быть не могло – нас, девушек, на всю базу всего трое и живём мы на втором этаже в самых дальних комнатах правого крыла учебного корпуса. Перед нами комнаты коменданта и преподавателей, а дальше начинаются комнаты курсантов мужского пола.

Слышу, как хлопает дверь женской раздевалки, и всё-таки не выдерживаю, сажусь на упругий чёрный мат, спиной прислоняюсь к такому же мату, закреплённому вертикально на стене.

Тело гудит, каждая мышца вибрирует, дикая пульсация крови отдаётся в ушах.

Прикрываю глаза и глубоко дышу, хотя лёгкие ещё горят от каждого вздоха.

- Устала? – знакомый голос раздаётся совсем рядом со мной.

Резко распахиваю глаза и встречаюсь испуганным взглядом со светло-зелёными глазами Грозного. Он сидит на корточках около моих ног и внимательно разглядывает меня.

Господи, как я его раньше не заметила?!

- Шнурки развязались, Иван Семёнович, - тихо отвечаю и тянусь к кроссовкам, но Грозный успевает быстрее.

- Сиди, отдыхай, - говорит и сам аккуратно завязывает мои шнурки, - а потом встаёт и подаёт мне руку, с каким-то странным вызовом смотря мне в глаза.

Начинаю нервничать, сглатываю вставший в горле ком и вкладываю свою ладонь в его сильную горячую руку и меня вдруг молнией прошибает. Хочу сразу же отдёрнуть руку, но мужчина крепко сжимает мою ладонь и резко тянет меня на себя.

Взлетаю с места и впечатываюсь грудью в его крепкий, состоящий из стальных мышц торс и тут же отшатываюсь.

Смотрим в глаза друг другу и от его горячего взгляда по моей коже разбегаются мелкие мурашки.

- Спасибо, - всё-таки у меня получается выдавить из себя благодарность, я отвожу взгляд и быстро сбегаю в раздевалку.

Да, именно сбегаю, так как взгляд, которым смотрел на меня Грозный, вдруг напомнил мне другой горящий таким же огнём взгляд…

Алекс.

Я так долго запрещала себе думать о нём, что иногда мне казалось, что его не было в моей жизни, а всё, что я пережила - это просто игра больного воображения. Но сейчас я увидела тот же сумасшедший огонь в глазах другого мужчины и вспомнила всё.

Картины из прошлого всплывают в моём сознании одна за другой, не давая мне передышки, а я стою под ледяными струями в душе и растираю ладонями покрытую мурашками кожу.

Замороженная Аней метка никогда не беспокоила меня, а сейчас я чувствую, как она начинает пылать, словно жидкий огонь растекается по коже.

Пальцами провожу по тонкому чёрному узору и резко отдёргиваю руку. Будто тысячи раскалённых игл впиваются в кожу, взрывая метку сильной резкой болью.

Буквально вываливаюсь из душевой кабинки и с трудом заматываюсь в широкое полотенце. Неуверенной виляющей походкой прохожу в раздевалку и сажусь на скамейку у своего шкафчика.

Растираю пальцами ноющие виски.

Нет, так нельзя. Карина. Надо успокоиться.

Наконец, спустя полчаса мне удаётся договориться с собой и я беру под контроль своё тело, успокаиваю бушующие внутри эмоции и привожу себя в порядок. Выхожу из раздевалки, у дверей своей комнаты резко останавливаюсь.

Тысячи разрядов тока проходят по моему телу и я прирастаю к полу, когда слышу в нескольких метрах от себя до боли знакомый низкий бархатный мужской голос.

Алекс.

Прошлое всё-таки настигает меня.

Глава 21

Кари

Прекращаю дышать. Совершенно. Тело мгновенно деревенеет и только одна орущая сиреной и светящаяся ярким красным цветом мысль бьётся в сознании:

Боги… что мне делать?!

Отчаяние кипятком обрушивается на мою душу и, ещё не успевшая высохнуть после ледяного душа кожа, быстро покрывается холодной испариной.

Мне казалось, что здесь я уже перестала бояться и забыла, что значит страх… но сейчас я явственно ощущаю, как его мерзкие мрачные плети проникают вглубь меня, опутывая и раздирая острыми шипами моё едва бьющееся от ужаса сердце.

Прикрываю глаза, чтобы хоть ненадолго выйти из страшной реальности и ослабить раздирающие меня на части чувства.

Дьявол…

Настоящий дьявол!

Как он нашёл меня?!

Медленно, чтобы не привлечь к себе внимания, поворачиваюсь к мужчинам спиной и очень надеюсь на то, что запах геля для душа перебьёт аромат моего тела и Александр не заметит меня.

Вся сжимаюсь, но заставляю себя открыть глаза.

Я стою в нескольких шагах от громко разговаривающих мужчин и нервно вздрагиваю каждый раз, когда знакомый бархатный голос сумасшедшими вибрациями ударяет по мне.

Голова начинает кружиться от нехватки кислорода и я заставляю себя сделать небольшой вдох. Кислород, наконец, проникает в лёгкие и мне становится чуточку легче… настолько, что в голове мелькает мысль подслушать разговор, может быть так я смогу выяснить, что нужно в стенах учебной базы Контроля Александру.

Напрягаю слух, но ни единого слова стоящих недалеко от меня мужчин не понимаю - в ушах слишком сильно шумит