Держи волну - Жанна Софт

Ветер доносит до нас голоса на пляже, и тихие шаги группы, которая поджидала кубинца в темноте. Они бесшумно продвигались к парочке, чтобы не испортить эффект внезапности и не устраивать погоню.

Тео опускает глаза, а я поражённо наблюдаю. Неужели он и сейчас скажет неправду? Когда всё уже поняли, что он за человек?

— Правда.

Арина вскидывает руку и отвешивает кубинцу звонкую пощёчину.

Тот изумлённо вскидывает на неё взгляд, полный ярости.

— За что?!

В этот самый миг со всех сторон выпрыгивают полицейские. Они окружают Тео и валят его в песок. Арина напряжённо отпрыгивает в сторону и лишь удостоверившись, что на его запястья надели наручники, отходит к нам.

Кубинец в недоумении озирается по сторонам, и приметив нас и особенно, Стрельцова, меняется в лице.

Когда полиция уводит злодея, мы, разбившись на пары, медленно идём обратно к отелю.

На горизонте уже занимался рассвет.

Влад веселил Арину, они ушли немного вперёд.

Игорь следовал рядом со мной, мрачный, отрешённый, задумчивый.

— Это последний вечер у нас с тобой, — вдруг говорю, набравшись смелости.

Он вскидывает на меня глаза, пытаясь понять, шучу я или говорю правду.

— Из-за этой истории остаток отпуска мы проведём в другом отеле, на другом острове.

Игорь пытается сделать вид, что всё в порядке и под контролем, но получается не очень.

— Папа неприклонен. Мы выезжаем сегодня в одиннадцать.

Останавливаюсь, и, перехватив Стрельцова за руку, вынуждаю остановиться и его. Такой высокий, красивый и холодный, что меня пробирает страх.

А что, если мама права? И я для него такая же игрушка, какой была Сай для Тео?

Игорь смотрит на меня сверху вниз и вдруг, порывисто обнимает. Целует жадно, горячо и несдержанно. Я плавлюсь в его объятиях и могу только теряться в догадках, какие именно эмоции он испытывает в этот момент.

Прижимается ко мне и тихо шепчет на ухо:

— Ты лучшее, что случалось со мной, Яр.

На глаза наворачиваются слёзы.

— А ты — со мной.

— Хочешь, сбежим вместе? Кинем твоих предков, мою дебильную работу и сбежим?

Эти его слова, казались такими легкомысленными и наивными, что я даже не поверила сначала. Смотрю на Игоря в недоумении.

— Я… я… не знаю.

— Струсила, — констатирует он и усмехается, отступив от меня на шаг, — Да я тебя и не виню, Яр. Ты права. Кто я? Просто курортный роман. Официант, о котором ты забудешь уже через неделю, вернувшись в свою прекрасную богатую жизнь.

Пинает ступнёй, обутой в сланец, какой-то кусок коры и качает головой.

— Всё это безумие какое-то.

— Нет, я…

— Забей, — Стрельцов не смотрит на меня, глаза в пол.

Небо лениво светлеет.

— Я прекрасно понимаю, что наши отношения с тобой невозможны. Деньги, расстояние, твои родители и моя… репутация, — снова горький смешок, — Но иногда хочется верить в то, что каждый заслуживает что-то хорошее в своей жизни.

Моя душа рвалась на части. Я даже не подозревала, что имею такое большое значение для него. Настолько погрязла в своих комплексах, что не заметила, как добралась до Ахиллесовой пяты своего первого возлюбленного.

— И ты заслуживаешь! — ободряюще говорю и пытаюсь улыбаться, — До встречи с тобой я и не мечтала, что в моей жизни случатся такие отношения! Ты так многому меня научил! И да, ты прав.

Он качает головой, и я вдруг понимаю, как сильно ему плохо. И как тяжело держать свои эмоции в себе, всякий раз запрещая их выплёскивать. Спешно обнимаю Игоря, но тот отстраняется.

— Не люблю долгие прощания, — обхватывает горячими ладонями моё лицо и улыбается горько, — Пока.

Чувствую, как горячие слёзы стекают по щекам.

— Пока, — шепчу в ответ.

Стрельцов целует меня нежно на прощание.

Остаток отпуска тянется бесконечно долго. Я вижу Игоря в каждом серфере, но его здесь нет. Мы довольно далеко от Санты — Терезы.

Арина изводит меня сотней вопросов о том, как было с Игорем, что я чувствовала и прочую дребедень про первый раз. Я уныло пытаюсь сдерживаться, чтобы скрыть свои истинные чувства, и стойкое ощущение пустоты и отчаяния.

Потом мы садимся в самолёт и возвращаемся домой. Здесь было ещё хуже.

Серые дождливые дни сменялись серыми дождливыми ночами. Наступила осень, а вместе с ней и учёба.

Я пыталась найти Игоря или Влада в соцсетях. И если последний был практически везде, то старшего брата мне найти так и не удалось.

Владислав сказал, что он уехал через месяц после нашего отъезда. И не сказал куда. На связь периодически выходит. Сай пришла в себя, но ребёнка, увы, потеряла. Тео всё ещё под следствием. Оказалось, он промышлял не только курортными романами, но ещё и обкрадывал некоторых своих подруг.

Я перешла в автономный режим. Дом, учёба, работа. И всё как будто вернулась на свои круги. Но только мама за меня волновалась.

Нет, я не страдала. И ела, как обычно. Только она всё переживала за меня и то и дело пыталась с кем-то познакомить, по её мнению, подходящим мне.

Но все эти парни, сыновья маминых подруг мне уж точно не подходили.

Они были инфантильны, скупы, наивны, женоподобны, или, напротив, слишком кичились своей мужественностью. И все они не были Стрельцовым.

Весной, когда я готовилась к экзамену, корпела над книжками, в комнату ворвалась мама в приподнятом настроении.

— Ярина! Одевайся!

— Чего? — сонно достаю карандаш из волос.

Я не спала всю ночь и очень хотела сегодня лечь пораньше.

— Внук Ольги Петровны пригласил тебя на свидание.

— Мааам… мы же вроде закрыли тему? — устало выдыхаю, — Не нужен мне никто.

Да, чета Венцеславских славилась своей непоследовательностью.

— Он хороший парень, спортсмен. Выиграл грант заграницей по какому-то там спорту, и переехал в Россию. Надо брать, пока парень ещё не приелся красотой наших женщин!

— С чего ты решила вдруг так плотно заняться моей личной жизнью? — разворачиваюсь к матери, опираясь на спинку стула, пока та спешно перебирает платья в моём шкафу.

Услышав эту фразу, она замедляется и опускает глаза.

— Чувствую себя виноватой. Перед тобой.

— Не надо, — я встаю и подхожу к женщине, что меня родила, — Ты здесь ни при чём. И я, и он понимали, что это не навсегда.

Мама медленно кивает, но в её глазах я всё ещё вижу эту тревожность.

— Но никем другим его уже не заменить.

Она снова понимающе кивает.

— Здесь ты права.

Мы садимся на уголок кровати.

— Арина мне рассказала о вашем прощании с тем барменом, в ночь нашего отъезда, ещё