Ресторан для попаданки "Мишлен" - Ника Цезарь

Аккуратно переложив сливочное масло в колокольчик, я налила холодной воды на донышко и переключилась на рыбу.

Я планировала готовить простое блюдо, но давно ставшее классикой – рыбу а-ля меньер.

Я с большим удовольствием разделывала рыбу. Каждый шеф относится с благоговением к продуктам, особенно к таким первоклассным. Рыбка была крупной, оттого в ней почти не нашлось мелких костей, а крупные легко вытащить умелой рукой. Конечно, с пинцетом было бы удобней, но чего нет, того нет. Когда закончила филетирование, я приступила к другим заготовкам. Мелко нарубила пучок свежей петрушки, разрезала лимон, протёрла рабочие поверхности, прежде чем приступить к жарке. Ведь что самое главное на кухне? Чистота!

Разогрев сковороду, я не спеша растопила кусок сливочного масла, а потом обжарила крупные кусочки филе буквально по минуте с каждой стороны, чтобы ни в коем случае не пересушить рыбу. И только в конце добавила лимонный сок и петрушку.

Аккуратно положив в центр тарелки заранее нарезанную зелень и овощи, я опустила кусок рыбы рядом и аккуратно нарисовала вокруг узор полученным соусом.

Запах стоял потрясающий: рыба, сливочное масло и лимон… Желудок протяжно застонал, напоминая, что завтракала я давно, с тех пор прошли часы непрерывной беготни и нервотрёпки.

Сервировав себе на рабочем столе, я с удовольствием запустила вилку в нежную мякоть одновременно с тем, как раздался звон входного колокольчика.

Широко улыбнувшись, я с лёгким сожалением отложила вилку и поспешила в зал, где, озадаченно осматриваясь, стояла Элейна.

Сердце радостно подпрыгнуло в груди; хоть я и надеялась, что она придёт, но это хрупкое чувство с каждой прошедшей минутой стремительно таяло. Но вот она здесь, и чувства одиночества словно и не бывало, а вместо него на душе разлилось тепло.

– Элейна, вы пришли! – воскликнула я, стремительно приближаясь к ней.

– Да… – в её глазах сквозила неуверенность, а после и вовсе заплескалось удивление, как только она увидела мой простой наряд и услышала предложение:

– Вы обедали? Я приготовила чудесную рыбу и была бы несказанно рада, если бы вы составили мне компанию!

– Вы? Приготовили?

– Конечно. Что вас удивляет?

– Вы же леди!

– Леди бывают разными, – усмехнулась я, – пройдёмте на кухню. Здесь, как вы видите, ещё не прибрано.

– Вы что, сами убираетесь?

– Только на кухне. Завтра придёт нанятый агентством персонал и наведёт здесь порядок, – подготовленные заранее продукты с лёгкостью перекочевали на чистую тарелку, а отточенное движение начертило узор.

– Красиво, – проговорила девушка, довольно принюхиваясь, – а какой аромат!

– Это вы ещё не пробовали! Смелее, – подтолкнула я её, чтобы она схватилась за вилку и отломила кусочек.

Удовольствие, что отразилось на лице девушки, было бальзамом на мою душу. Только после этого я и сама отведала блюдо.

– Вы прекрасно готовите!

– Давай перейдём на «ты». Мы практически ровесницы и, уверена, станем подругами, а что касается еды, то половина успеха этого блюда в том, что рыба свежая и крупная. Потому мясо сочное, а все мои манипуляции направлены только на то, чтобы подчеркнуть и оттенить вкус.

– Не знаю, я так не умею…

– Могу научить! – подмигнула я ей, ловя на себе восхищённый взгляд.

Это было как порыв сильного ветра, что резко отбросил меня в прошлое. Мы с сестрёнкой сидим на кухне, я крашусь, наблюдая, как мелкая за обе щёки уминает приготовленный мною пирог и смотрит на меня, как на принцессу из своих мультиков. Восхищение смешивается с обожанием, а у меня щемит сердце от нежности к этому хвостику, что вечно шляется за мной и портит свидания с парнями. Через полгода я закончу училище и уеду во Францию, жизнь пролетит незаметно, выбрасывая меня в настоящий момент. Отвернувшись, чтобы незаметно смахнуть слезу, я с умилением вновь посмотрела на Элейну.

– А сколько тебе лет?

– Восемнадцать исполнилось прошедшим летом, – проговорила она, выедая из тарелки последнюю веточку салата. Тарелка могла поспорить в чистоте с отмытой мною кухней.

– Хочешь ещё? А то я наготовила сегодня слишком много. Первый раз готовлю на кухне ресторана, вот и не рассчитала с количеством… Не пропадать же добру! – бессовестно лукавила я, за что мне ни капли не было стыдно.

Я помнила, как девушка говорила, что у неё есть братья, и предполагала, что их жизнь далека от роскоши, потому и выбирала рыбу побольше. Я планировала втереться к ней в доверие, привязать её к себе и готова была воспользоваться любыми способами для этого. Она необходима мне, как воздух. Она станет моим якорем, моим ориентиром. Мне станет гораздо легче жить, если хоть и через неё, но я буду ощущать присутствие сестры рядом.

Еда сближает, а потому, смущённо улыбнувшись, она протянула мне тарелку, которую я использовать не стала, взяв чистую, чтобы порция вновь выглядела как маленький шедевр.

– Я с радостью стану тебе подругой, но только помни, что я – не твоя сестра, а другой человек, – в этот раз она ела гораздо медленнее, смакуя каждый кусочек.

– Поверь, я это помню… Мне просто хочется, чтобы рядом была близкая душа. Поддержала меня, ведь я совсем ничего не знаю об этом городе и буду здесь одна.

– Это я могу! К тому же, мне тоже очень нужна подруга! – улыбнулась она, отчего в её глазах засверкали звёзды. Эльфийская кровь добавляла образу неуловимое волшебство.

Стоило нам закончить обед, как входной колокольчик вновь зазвенел. На этот раз это вызвало у меня удивление, потому, прихватив чистую тяжёлую сковородку, я направилась в зал.

Высокая и очень худая женщина в коричневой шляпке цепко осматривала помещение, а стоило мне неудачно ступить и хрустнуть половицей, как она впилась уже в меня своим взором, словно ястреб, завидевший добычу.

– Леди д’Эбре, – констатировала она.

– Допустим, а вы? – сковородку я спрятала за спиной, но это не отменяло того факта, что я готова была воспользоваться ею в любой момент. Взгляд женщины меня будоражил, а скривлённые губы раздражали. Её появление меня настораживало; откуда она знает моё имя?!

– Меня зовут Хелен Гофф, я – ваша новая экономка.

– Даже так? – порядком удивилась я, проходя очередным взглядом по её невзрачной, но аккуратной одежде, по прямой осанке; но больше всего меня влекли её глаза. Казалось, что на