Игра в свидания - Даниэла Стил

– Нет. Если что и надумаю делать с домом, так толькосдать в аренду, да и в этом я не очень уверена. И вообще, это всего лишьпредположение.

Пэрис говорила совершенно искренне: она и сама ещепо-настоящему не прониклась идеей переезда.

– А как это тебе в голову пришло? –поинтересовался сын. Он был явно заинтригован.

– Психотерапевт посоветовала, – беспечно сказалаПэрис, и Вим выпучил глаза.

– Психотерапевт?! Мам, с тобой все в порядке?

– Конечно. Мне сейчас намного лучше, чем было, когда тыуезжал, – невозмутимо ответила мать и улыбнулась. – Кажется,помогает.

– Это самое главное! – храбро отреагировал Вим, авечером поделился своим недоумением с сестрой: – Ты знала, что мама ходит кпсихотерапевту?

– Конечно. И думаю, это пошло ей на пользу. Во всякомслучае, в последние два месяца мама стала казаться мне чуточку веселей. Значит,эта Анна Смайт ей помогла.

– Так у нашей мамы не все в порядке с головой? –забеспокоился Вим, и Мэг рассмеялась:

– Нет, хотя этого вполне можно было бы ожидать,учитывая, как с ней обошелся отец. После такого шока у кого угодно крышапоедет. Ты из Европы отцу не звонил?

– Звонил, только нам с ним как-то не о чемразговаривать. Так ты думаешь, она и впрямь переедет в Калифорнию? – Вимеще не оправился от удивления, но постепенно начинал находить в этой затее иположительные стороны. Если, конечно, она не будет по делу и без дела являтьсяв Беркли. Этот вопрос его по-прежнему беспокоил.

– Не исключено. Ей будет очень полезно переменить обстановку.Но, по-моему, пока она говорит об этом не всерьез. А ты что об этом думаешь?

– Да я вообще-то не против…

– Во всяком случае, это лучше, чем сидеть одной впустом доме в Гринвиче. Не могу себе представить, что она станет делать, когдаты уедешь.

– Да, я тоже. – Вим и раньше задумывался о том,что будет с матерью после его отъезда, и всякий раз ему становилось не посебе. – Может, ей пойти работать? Хотя бы с людьми будет общаться…

– Она так и хочет. Только пока не знает, куда податься.Она ведь, по сути, никогда не работала. Но ничего, со временем решитчто-нибудь. Эта докторша ей поможет.

– Будем надеяться.

Вим тяжело вздохнул. Он никогда не думал, что материпонадобится посторонний человек, чтобы решить ее проблемы. Но, что правда, топравда – за последние три месяца ей досталось. Ему и то понадобилось время,чтобы свыкнуться. И все равно как-то странно – приходишь домой, а папы нет.

Через два дня после своего возвращения Вим съездил к отцу вгород, они вместе пообедали. Папа познакомил его с несколькими своимиколлегами, в частности, с одной девушкой ненамного старше Мэган. Она была оченьприветлива и любезна. Когда Вим рассказал об этом знакомстве матери, тапочему-то вся сжалась. Вим решил, что ей просто неприятно говорить об отце, ипобыстрее закруглил разговор.

Питер пообещал сыну, что приедет в Сан-Франциско помочь емуобустроиться. Эта новость очень не понравилась Пэрис, хотя сыну она ничего несказала. Она тоже собиралась слетать в Сан-Франциско, чтобы помочь емуустроиться в общежитии, а с Питером встречаться ей вовсе не хотелось. Ноглавное, она не собиралась устраивать из этого проблему для сына. ПопроситьПитера не ездить было бы несправедливо по отношению и к нему, и к мальчику.

Придя на следующий сеанс к Анне, Пэрис тут же поделилась сней своими сомнениями.

– А вы думаете, что сможете находиться там вместе сним? – сочувственно спросила Анна.

Пэрис подняла на доктора глаза, полные боли. Одна мысль овстрече с бывшим мужем причиняла ей страдания.

– Если честно, не знаю. Думаю, будет довольно страннообщаться с Питером. Как вы считаете, может, мне не следует ездить?

– А как к этому отнесется ваш сын?

– Думаю, огорчится. И я – тоже.

– А если попросить Питера не ездить? – осторожнопредложила врач, но Пэрис помотала головой. Эта идея ей тоже не улыбалась.

– Мне кажется, если отец не приедет, Вим расстроится.

– Ладно. Номер моего мобильника у вас есть. Если тугопридется – звоните. В конце концов, вы всегда сможете удалиться, если станетневмоготу. Договоритесь с Питером навещать сына по очереди.

О такой возможности Пэрис не подумала, и теперь ейпоказалось, что это – выход.

– Вы думаете, мне может стать невмоготу? – ссомнением спросила она, пытаясь себя приободрить.

– Это будет от вас зависеть, – невозмутимоответила Анна, и Пэрис впервые поняла, что она права. – Если захотитеуйти, никто вас не упрекнет. И даже если вовсе не поедете. Уверена, сын васпоймет, если вы решите, что вам это не по силам. Он ведь не захочет видеть васнесчастной.

Пэрис кивнула. Она действительно была очень несчастна, и Вимэто знал. С того самого дня, когда ушел отец.

– Ничего, как-нибудь справлюсь. – Пэрис заставиласебя улыбнуться. – Может быть, пока я там буду, успею и дом присмотреть.

– Что ж, тоже развлечение, – поддакнула Анна.

Пока Пэрис еще не решила, будет ли переезжать. Просто времяот времени эта тема как-то сама собой возникала, хотя ей еще по-прежнемуказалось, что лучше остаться в Гринвиче. Здесь все было родным, здесь оначувствовала себя в безопасности. Пэрис еще не была готова к решительнымпеременам. Но как вариант…

С работой тоже все было неясно. Пока она записаласьдобровольным помощником в детский приют и с сентября должна была начать тудаходить. Но это не было окончательным решением. Она все еще находилась в поискеи не знала, где сможет вновь обрести себя.

Три месяца назад Питер выбросил ее из самолета, забывснабдить парашютом. Анна считала, что, с учетом всех обстоятельств, Пэрисдержится молодцом. Она действительно каждое утро вставала, причесывалась, одевалась,иногда обедала с ближайшими подругами и готовилась к тому, что Вим уедет вколледж. Но больше она пока ни на что не была способна.

Когда Пэрис пришла на последнюю перед отъездом консультацию,она уже приготовилась к встрече с Питером и твердо сказала себе, что это ей поплечу. А после того, как она устроит Вима в его новом жилище, она поедет кдочери в Лос-Анджелес. И все-таки ее продолжали мучить сомнения. Уже уходя, онаобернулась к Анне и спросила голосом испуганного ребенка:

– Думаете, я справлюсь? Доктор улыбнулась.

– У вас все хорошо. Позвоните, если возникнутпроблемы, – снова напомнила Анна.

Всю дорогу Пэрис повторяла себе эту фразу: «У вас всехорошо… У вас все хорошо…» Слова эхом отдавались у нее в мозгу. Сейчас надотолько не сбавлять, держаться изо всех сил и верить, что в один прекрасный деньвсе уладится. Другого выхода Питер ей не оставил. И когда-нибудь, если ейповезет, если фортуна ей улыбнется, спасительный парашют раскроется. Пока онадаже не знала, есть ли он у нее, и могла лишь об этом молиться.