Сказка для Белоснежки - Дайан Левинг

Виолетта кивнула. Она не забыла об обещании Доусона приехать к ней и поговорить о чем-то очень серьезном.

Доусон взглянул на дверь. В гостиную вошла служанка с подносом в руках. Расставив на столике три бутылки холодного пива и бокалы, она удалилась. Доусон встал, подошел к двери и закрыл ее. Возможность подслушивания практически исключалась.

– Дорогое пиво, – произнес Доусон, усевшись на место. – Впрочем, в вашем доме все дорогое.

Он разлил пиво по бокалам, сделал глоток и крякнул от удовольствия.

– Итак, начнем нашу беседу, – сказал инспектор Доусон, с видимым сожалением поставив стакан на стол. – Что вы вспомнили, Виолетта?

– Практически ничего. Когда я вошла в дом, то сразу же указала, где находится моя комната, вот и все.

– Вы хотите сказать, что ничто не вызвало у вас воспоминаний? – с профессиональным интересом спросил доктор Соул.

Виолетта покачала головой.

– Сегодня, когда я гуляла по городу, он показался мне смутно знакомым. А в нашем саду я нашла свою любимую беседку.

– А люди, которые вас окружали, вы с ними виделись?

– Синтия пригласила на вечеринку нескольких наших близких знакомых. Однако ничего у меня не вышло. Я их не помню.

Доусон достал из кармана блокнот и огрызок карандаша.

– Будьте так любезны, назовите имена гостей.

– Не понимаю, зачем это вам, – произнесла Виолетта, задумчиво глядя на него.

Доусон взглянул на Мартина Соула и шепотом сказал:

– Думаю, что ничего нельзя скрывать от вас. Тайны могут привести к весьма неприятным и непредсказуемым последствиям. Будет лучше, если вы узнаете то, что знаем мы, и тогда, возможно, сможете нам помочь. Видите ли, Виолетта… Можно, я буду звать вас по имени? Так вот, видите ли, Виолетта, я провожу одно расследование… оно касается вас… Однако я не имею никаких прав действовать здесь, в этом городе, поэтому мне и нужна ваша помощь.

– Я все еще ничего не понимаю.

Доусон задумчиво пожевал нижнюю губу, подыскивая нужные слова.

Виолетта смотрела на него с недоумением. Она и не хотела знать никаких тайн, их и так было слишком много. Однако инспектор весьма ее заинтересовал.

– Виолетта, – продолжил он, – вы выяснили, как оказались в нашем городке?

Она покачала головой.

– Нет, Синтия сказала, что я уехала, не предупредив, куда направляюсь и как долго буду отсутствовать.

– А кто такой Карл Гэллагер?

– Кто?

Виолетта смотрела на инспектора, как на сумасшедшего. Доктор Соул не выдержал. Он поставил на стол свой лишь наполовину опустевший бокал и обратился к Доусону:

– Не ходи вокруг да около, Фред. Лучше сразу скажи как есть.

Доусон вздохнул. Он чувствовал себя великим сыщиком, чуть ли не Эркюлем Пуаро, наслаждался своей речью, полной таинственности, а его так грубо прервали!

– Ладно, – проворчал он, – уговорили. На имя Карла Гэллагера, дорогая Виолетта, была арендована ваша машина. Та самая, что свалилась вместе с вами в пропасть. Мы не знаем, кто этот человек. Если начнем искать, то, думаю, людей с таким именем окажется немало. В соседнем городке никакого Карла Гэллагера нет. Здесь, в этом городе – я посмотрел по телефонному справочнику, – людей с таким именем двенадцать. Мне придется прибегнуть к помощи местной полиции. А я бы не хотел этого делать до последнего момента. Я поставил их в известность, что мне, возможно, понадобится их содействие, но местный инспектор, конечно, не в восторге. – Доусон раздраженно фыркнул.

– А при чем здесь какой-то Карл? – спросила Виолетта.

– Ваш автомобиль оказался сильно поврежден, – пояснил Доусон, – и все же мы смогли определить, что у него не в порядке тормоза. В бюро проката мне поклялись, что все их машины в исправном состоянии. И я им верю. Они работают больше десяти лет, и ни разу никто не пожаловался. А тут вдруг такое!

– К чему вы клоните? – рассердилась Виолетта. Ей до безумия надоели его пространные речи. Она чувствовала себя последней тупицей, так как никак не могла сообразить что к чему.

– Я бы предположил, что вас пытались убить, Виолетта, – вдруг сказал доктор Соул, опередив Доусона.

Она посмотрела на него, как на ненормального. Они приехали сюда только для того, чтобы рассказать ей глупую шутку?

– Бред! – заявила Виолетта.

– Не хочу вас расстраивать, – сказал Доусон, – но это правда. Вы не проехали и сотни миль, когда рухнули в пропасть. В бюро проката утверждают, что вы путешествовали с мужчиной. Туда вы приехали на его машине. Дело было вечером, уже под закрытие проката, так что мужчину помнят смутно. Говорят только, что он был долговяз, с недельной щетиной и с оттопыренными ушами. Негусто, правда? Уверен, что его вряд ли можно будет опознать. Достаточно сбрить бороду – и вы до неузнаваемости измените свою внешность.

– Не могу судить, – улыбнулась Виолетта. – Никогда не носила бороды.

Напряженная обстановка несколько разрядилась. Гости заулыбались.

– Вас не пугает мое заявление о том, что вас пытались убить? – спросил Доусон.

– Мне трудно в это поверить, – призналась Виолетта. – Возможно, у меня были враги, но пока нет никаких шансов, что я вспомню об этом. Нужно подождать, пока память вернется, а потом я отвечу на все ваши вопросы.

– Потом может быть слишком поздно, – неожиданно сказал Мартин Соул.

– Поздно? Что вы имеете в виду?

– Если кто-то попытался убить вас один раз, то может решиться сделать это снова.

Она не ответила. То, о чем они говорили, казалось ей абсурдом. Виолетте действительно весьма трудно было поверить в то, что кто-то пытался ее укокошить. Зачем? Пусть даже у нее несносный характер, разве это повод для убийства?

– Допустим, все, что вы говорите, правда, – медленно произнесла Виолетта. – Но ведь доказательств у вас нет.

– Нет, – согласился инспектор Доусон. – Кроме испорченных тормозов. Однако я не устану искать доказательства. И прошу вас, не рассказывайте о нашем разговоре своей сестре и… жениху. – Он скривился, вспомнив Гарольда. – Я не знаю их и потому им не доверяю.

– Вы абсолютно уверены, что тормоза были повреждены кем-то? – спросила Виолетта задумчиво.

– На шестьдесят процентов.

– Однако остается вероятность того, что это не так?

– Сорок процентов, – вздохнул Доусон. – Я никогда не бросаю заинтересовавшее меня дело. Так что, хотите вы того или нет, я буду присматривать за вами до тех пор, пока к вам не вернется память. Я обязан выяснить, кто из ваших знакомых ненавидел вас до такой степени, что хотел убить, и каковы были мотивы.

– А вы, доктор Соул, – спросила Виолетта, глядя на доктора Соула из-под опущенных ресниц, – как долго пробудете в нашем городе?