Идеальный проект - Дана Хейс

Вот только это, черт возьми, не работает.

Делаю один большой глоток, чувствую приятное жжение в горле. Но огонь – ничто по сравнению с фантомным вкусом ее губ, который преследует меня до сих пор. Я здесь уже час, сижу в полумраке VIP-зоны, киваю в такт разговорам Дэмиана и Райана, но не слышу их. Мой мозг без остановки прокручивает момент поцелуя.

– Земля вызывает Итана! – Дэмиен щелкает пальцами у меня перед носом. – Ты вообще здесь? Блондинка за соседним столиком, кажется, не против уйти с тобой сегодня домой. Или ты внезапно принял обет безбрачия? Уже третий раз спрашиваю.

Я моргаю, возвращаясь в реальность.

– Прости, задумался об отчетах, – лгу, встречаясь взглядом с моим вторым лучшим другом.

Дэмиен Грин. Основатель одного из самых успешных венчурных фондов в США. Его мозг – безупречно отлаженный механизм по оценке рисков и потенциальной прибыли. Мир для него – таблица в Excel, где в одной колонке – активы, в другой – обязательства. Он часто дает мне дельные советы по бизнесу, смотрит на мои самые безумные идеи трезвым взглядом инвестора и безжалостно указывает, где именно я прогорю. И сейчас его помощь пришлась бы как нельзя кстати. Вот только я уже знаю, каким был бы его ответ.

Он бы откинулся на спинку дивана, сделал глоток своего джина, посмотрел на меня, как на неразумного ребенка, вляпавшегося в грязь, и процедил:

«Забудь. Это слишком опасно. Стелла – твоя подчиненная. Она сестра Марка. Риски превышают любую возможную выгоду. Оно того не стоит».

А потом хладнокровно, пункт за пунктом, как на совете директоров, разложил бы все варианты катастрофы. Дэмиен всегда просчитывает ходы наперед.

Он плейбой, как и Райан. И я тоже был таким. Во времена Стэнфорда самой большой проблемой было сдать сессию и решить, на какую вечеринку пойти в пятницу. Но все быстро кончилось с ухудшением моего состояния. Жесточайший график, выверенные дозы инсулина, постоянный мониторинг сахара в крови, битва с собственным мозгом, который вечно рвется в тысячу разных сторон.

А они как-то умудрились не потерять себя. Находили время и на свои компании, и на развлечения. Даже Дэмиен, самый циничный из нас, жил на полную катушку. А я? Я работал. И теперь сижу здесь, в окружении единственных друзей, и чувствую себя самым одиноким человеком на планете.

– Отчеты? – Райан наклоняется вперед, и в его глазах загорается знакомый огонек. Он не верит ни единому моему слову. – Когда ты думаешь об отчетах, у тебя взгляд маньяка, который прикидывает, как расчленить конкурентов. А сейчас у тебя вид брошенного котенка. Выкладывай. Ты же знаешь, что я не отстану. Это будет хуже, чем когда проспорил мне и неделю ходил в розовом галстуке. Что случилось?

Давление с двух сторон: прагматизм Дэмиена и безумная энергия Райана. Но я устал думать, анализировать, просчитывать. Держать все в себе.

Я чувствую знакомую дрожь в пальцах, не имеющую отношения к алкоголю. Машинально достаю телефон, но открываю не мессенджер, а приложение мониторинга глюкозы.

Цифры на экране чуть выше нормы.

Резко ставлю стакан на стол и говорю:

– Стелла.

Дэмиен перестает ухмыляться и смотрит на меня с искренним изумлением.

– Стелла? Твой новый PR-агент? Сестра Марка? – произносит он медленно, разделяя слова, словно зачитывает обвинительное заключение. – Итан, ты рехнулся?

Однако Райан реагирует совершенно иначе – его глаза вспыхивают чистым восторгом.

– Наконец-то! – Он с размаху бьет по столу ладонью так, что бокалы подпрыгивают. – Я знал, что Монро привлечет твое внимание. Ну и что там у вас?

Тру виски, пытаясь унять пульсирующую боль.

– Я поцеловал ее сегодня.

– Вот черт, – выдыхает Дэмиен, в голосе звучит неподдельная тревога. – Ты не просто идиот, а самоубийца.

Зато Райан почти подпрыгивает на диване.

– Красава! Вот это я понимаю! Наш Итан вернулся! И что она?

– Ушла домой, не отвечает на звонки и письма.

– Ну так какого хрена ты здесь сидишь и киснешь?! – Райан смотрит на меня как на умалишенного. – Ты должен быть у нее! Прямо сейчас! Вперед!

– Это худший из возможных советов, Райан, – вмешивается Дэмиен. – Итан, послушай меня. Ты ее босс. Если она обратится в суд, от твоей репутации останутся одни ошметки. Забудь. Сделай вид, что ничего не было. Это единственный безопасный вариант.

– Жизнь без риска – гребаное существование! – взрывается Райан, гневно зыркнув на него. – Итан впервые за десять лет выглядит живым! А ты ему про «безопасный вариант»! – Он поворачивается ко мне. – Слушай сюда. План такой: едешь к ней сейчас. Покупаешь по дороге самый большой букет, какой найдешь. Если не откроет – лезешь в окно. Споешь серенаду. Девушки такое любят!

– Такое прокатывает только в дешевых комедиях. В реальной жизни за это получают запретительный ордер, идиот, – парирует Дэм, массируя переносицу. – И ты из какого века сбежал? Серенады? Серьезно? Это не работает.

Они спорят, перебивая друг друга. Голос разума и голос хаоса. Я сижу между ними, слушая их перепалку, и меня буквально разрывает на части.

Совет Дэмиена – правильный, логичный, взрослый. Но от него меня физически тошнит.

Предложение Райана – чистое безумие. Идиотский, импульсивный, сумасшедший план, который может закончиться провалом эпических масштабов. И какая-то часть меня отчаянно хочет ему последовать.

– Ты хочешь, чтобы его имя завтра ассоциировалось с харассментом, а не с архитектурой? – ворчит Дэмиен.

– А по-твоему, лучше, если он будет до конца жизни жалеть, что послушал тебя и ничего не сделал?! – Райан наклоняется вперед, его руки сжимаются на столе. – Пока ты тут просчитываешь свои риски, она решит, что Итан – трусливый идиот, который сбежал после первого же серьезного шага!

Я отвожу взгляд и бездумно смотрю на танцпол. Десятки тел, движущихся в едином ритме. Смех, алкоголь. Бессмысленная масса…

И тут я вижу Стеллу.

Мир останавливается с резким толчком, будто поезд, сорвавший стоп-кран. Дыхание застревает в груди. Грохот музыки, голоса друзей, звон бокалов исчезают.

Стелла танцует вместе с Хлоей. Ее глаза закрыты, волосы растрепались и падают на плечи. К ней подходит незнакомый мне мужчина. Самоуверенный, со скользкой улыбкой, заготовленной для таких случаев. Он наклоняется к ее уху, губы почти касаются волос. Стелла открывает глаза и качает головой. Но придурок не отстает. Он смеется, что-то снова говорит и берет за руку. И Стелла, кажется, сдается, неуверенно улыбается в ответ.

Они начинают вместе танцевать. Его ладонь ложится ей на талию.

И все.

В голове что-то