Греховные обязательства - Грейси Бек

Я не могу пошевелиться. Не могу дышать. Сердце бешено колотится, пульс отдается в ушах.

— Что именно? — с трудом выговариваю я, хотя голос дрожит.

— Почувствовать, каково это.

Его слова повисают в воздухе — тяжелые и опасные. Он уже совсем близко, его лоб касается моего, и я ощущаю тепло его дыхания на своих губах.

— Тебе не нужен какой-то случайный парень, чтобы этому научиться, — шепчет он, большим пальцем очерчивая линию моего подбородка. — Я покажу тебе.

Я должна быть шокирована. Должна оттолкнуть его, сказать, что это плохая идея. Но я этого не делаю. Не знаю, почему именно. Я должна. Действительно должна…

— Ашер… — шепчу я, качая головой, его пальцы соскальзывают с моего подбородка.

Он отступает в тесном пространстве, но я останавливаю его — моя рука ложится на его запястье.

Он замирает, с любопытством переводя взгляд с моих губ на мои глаза.

— Скажи мне, чего ты хочешь?

Мысли возвращаются к тому, что он говорил и как обещал научить меня…

Прерываю эту мысль, усилием воли останавливая ход рассуждений, но взгляд все равно скользит и невольно задерживается на губах Ашера.

Они чуть изгибаются в улыбке.

— Айви?

Дрожь пробегает по спине от того, как он произносит мое имя, от того, как его губы формируют это слово.

— Что ты хочешь узнать — как целоваться, как…

Щеки вспыхивают, жар заставляет меня оторвать взгляд от его губ и сердито посмотреть на него.

Он усмехается, поднимая руку и легонько проводя по моей щеке:

— Ты все время краснеешь.

Я отступаю, выходя из зоны его досягаемости:

— Потому что это не я; я не занимаюсь такой ерундой, — шепчу я, взмахивая рукой между нами. — Я не… ты…

Его брови сходятся на переносице, и он делает шаг ближе:

— В этом нет ничего плохого.

— Ух ты, круто, посмотрите на краснеющую девственницу, — срывается с моих губ.

Брови Ашера поднимаются, в голосе сквозит сдерживаемый гнев:

— Но ты ведь не такая, верно?

Я бросаю на него сердитый взгляд, и его лицо смягчается:

— Я не это имел в виду, прости, — он выдыхает. — Давай забудем об этом. Скажи мне, на чем ты хочешь сосредоточиться?

Мой взгляд помимо воли снова скользит к его губам, и в животе все сжимается.

— Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловал? — выдыхает он напряженно.

Я вздрагиваю и поднимаю глаза, стряхивая наваждение и чувствуя, как стыд накрывает меня цунами.

Я пялюсь на него, как какая-то ненормальная, а он всего лишь пытается вести, черт возьми, разговор. Возьми себя в руки, Айви.

— Тебе не нужно обращаться со мной, как с какой-то отчаявшейся фанаткой.

Вижу, как вспыхивают его глаза, а потом я уже ничего не вижу: глаза закрываются от шока, когда губы Ашера касаются моих, его рука ложится на затылок, удерживая меня на месте, а спина вжимается в стену кладовки.

Поцелуй мягкий, короткий и сладкий, а затем он отстраняется.

— Я не считаю тебя отчаявшейся, — говорит он у самых губ, едва касаясь их с каждым словом.

Я не могу ничего ответить. Сердце сдавливает горло, не давая произнести ни звука.

Смотрю в глаза Ашера, вижу в них собственное отражение — а он снова шепчет:

— Хочешь попрактиковаться в поцелуях?

Краснею, как идиотка. Чувствую, как его губы растягиваются в улыбке:

— Ну?

Киваю.

Его губы снова накрывают мои, сердце готово вырваться из груди.

Черт. Черт. Я не могу влюбиться в Ашера. Не стану. Я сильнее этого.

Заставляю себя думать об этом как об эксперименте, упражнении, а не о том, что я целую одного из самых горячих парней в университете.

Рука с грохотом ударяет в дверь кладовки, вырывая меня из мыслей и отрывая от губ Ашера. Голова ударяется о стену, а Ашер проводит рукой по ушибленному месту и яростно ругается себе под нос.

— Время вышло! — кричит Харлоу.

Снаружи раздается хихиканье и свист.

— Пора выходить — штаны на месте или нет, — она смеется над собственной шуткой, и меня накрывает волна стыда.

Ашер отступает, пристально глядя на меня. Я избегаю его взгляда изо всех сил — прежде чем проскользнуть мимо него, дотянуться до двери и выйти наружу. Оставляю позади комнату, взгляды и перешептывания, пока не дохожу до своей машины с бешено колотящимся сердцем и головной болью.

Ни за что это не было семь минут.

9

Совет девять: быстро — не значит хорошо.

Твердое, равномерное давление — вот что откликается у большинства людей. Слишком легкое прикосновение отвлекает. Слишком резкое и поспешное — убивает момент.

Начинай медленно. Разгоняйся только тогда, когда тело партнера об этом «просит».

Она здесь.

И мне нужно двигаться. Не стоит задерживаться позади нее.

Я наблюдаю, как она наблюдает за ним.

Но голос Харлоу прорывается сквозь шум прежде, чем я успеваю уйти:

— Поторопись, Эш.

Я оборачиваюсь, будучи уже раздраженным и на взводе. А затем она поворачивается, ее карие глаза встречаются с моими, и то, что она сказала сегодня утром, накатывает с новой силой.

Применить мои советы на практике. С незнакомцем.

Затем ее взгляд перемещается с меня на Дилана.

И черт.

Конечно, это он. Конечно же, он здесь.

Челюсть напрягается прежде, чем я успеваю взять себя в руки.

Я вхожу в комнату. Ее глаза встречаются с моими на полсекунды — пораженные, неуверенные, — а затем опускаются.

Я ничего не говорю и проскальзываю мимо нее, чтобы не натворить глупостей, например, не утащить ее в коридор и…

Кулаки сжимаются.

Я подхожу ближе. Незаметно вливаюсь в круг, ни с кем не здороваясь. Сразу ощущаю напряжение, взгляды и ожидание. Мне все равно. Все мое внимание приковано к Айви, которая стоит чересчур прямо, нервно переплетая пальцы.

Я так сосредоточен на ней, что даже не вникаю, какую очередную глупую игру Харлоу придумала для нас на этот вечер.

Пока Дилан не спрашивает Айви, хочет ли она сыграть.

Она снова смотрит на Дилана.

Что-то неприятное сжимается у меня в груди.

— Уверена, у нее есть друзья, с которыми она может пойти…

Мои губы автоматически размыкаются: «Да ладно, Айви, садись рядом со мной».

Она замирает. Затем словно сдувается — я вижу, как опускаются ее плечи. Она направляется ко мне, но Харлоу нарочно подталкивает ее к Дилану и занимает ее место. Кулаки у меня на коленях сжимаются.

Бутылка крутится.