Буря страсти - Джоанна Линдсей

— О, я сейчас закричу! — не удержавшись, сказала она вслух и громко застонала, когда Чарли соскочил на пол и пошел, оставляя за собой белые следы.

"Я не обязана убирать все это», — мятежно подумала она. Нет, обязана. Если бы она только знала, что здесь не будет слуг и ей самой придется работать как служанке!

Прошло довольно много времени, прежде чем последняя тарелка была поставлена на место и Шерис наконец-то могла укрыться в своей комнате. Она уже повернулась в нужном направлении, когда вдруг увидела полуголого мужчину, стоявшего в дверях черного хода. Длинные черные волосы ниспадали ему на плечи, выцветшая полоска материи повязана вокруг лба. Короткий кожаный жилет скорее обнажал, чем прикрывал грудь.

В первый момент трудно было сказать, кто больше поражен, — Шерис, встретившаяся лицом к лицу с дикарем, или Билли, впервые в жизни потерявший дар речи. Он предполагал встретить маленькую блондинку, которая с воплями побежит к Люку, а увидел перед собой амазонку. О Боже, она даже была выше его ростом! Вскрикнув, она тем не менее осталась стоять на месте.

Услышав крик, Лукас вбежал в парадную дверь.

— Что?..

Он посмотрел на них, оценивая ситуацию, затем бросил на Билли возмущенный взгляд:

— Мог бы по крайней мере надеть штаны! Билли слегка расслабился.

— Очень жарко, — сказал он, как будто это было достаточным объяснением. — А что случилось с той, золотоволосой?

— Это оказалась не та, — коротко бросил Лукас.

— Но ты показал мне фотографию и…

— То была ошибка, — предостерегающе сказал Лукас. — Вы уже познакомились или молча глазели друг на Друга?

Оба испытывали смущение; Шерис — вдвойне, так как ей напомнили неприятную историю, в которой пришлось участвовать, а еще потому, что приняла Билли за дикаря.

— Я — Билли Вулф, мэм, добрый друг Слайда Холта, а теперь и Лукаса, — наконец вымолвил Билли, нахально ухмыляясь.

— Шерис Хэммонд, — несколько напыщенно представилась она.

— Я вовсе не хотел испугать вас, — добавил он скорее ради Лукаса. — Я зашел, чтобы спросить, не нужно ли вам что-нибудь в городе. Я как раз туда направляюсь.

— Надеюсь, ты сначала оденешься, — проворчал Лукас.

— Я хотела бы отправить письмо, если, конечно, это вас не затруднит. Я сейчас принесу его.

Когда она вышла. Билли прошептал Лукасу:

— Почему ты не отправил ее назад, когда увидел, какая она высоченная?

— Не такая уж она и высокая, — усмехнулся Лукас. Билли смерил его взглядом.

— Да, пожалуй, ее рост не имеет для тебя значения. Но, Боже, Люк, она такая тощая!

Лукас поднял брови.

— Ты так думаешь?

— Ну, мне просто не хотелось бы, чтобы ты разочаровался в ней, ведь это была моя идея.

Шерис вошла и протянула письмо Билли, но Лукас резко выхватил конверт у нее из рук. Шерис побледнела, потрясенная его грубостью.

— Труди Бейкер? — Лукас произнес имя вслух и посмотрел на нее вопросительно.

Шерис поняла, о чем он подумал. Когда она сказала, что ей не к кому обратиться в Нью-Йорке, он, должно быть, решил, что у нее, кроме отца и сестры, никого нет.

— Труди — подруга моей сестры, мистер Холт. А моей сестре, Стефани, всего лишь семнадцать, она живет вместе с отцом, так что, сами понимаете, она не сможет мне помочь. — Шерис неловко было говорить об этом в присутствии Билли. — Я посылаю письмо на имя ее лучшей подруги, потому что, ну… я ведь говорила вам про моего отца.

Она замолчала, задаваясь вопросом, почему ей пришлось оправдываться. Наконец, пожав плечами, Лукас протянул письмо Билли:

— Позаботься о том, чтобы его отправили, Билли, и не забудь о поваренной книге.

Билли отсалютовал конвертом и вышел.

Шерис продолжала настороженно смотреть на Лукаса и очень удивилась, когда он робко улыбнулся:

— Я поступил слишком своевольно и прошу меня извинить. Боюсь, мое любопытство взяло верх. Я не ожидал, что вы кому-то напишете.

— Мы с сестрой очень близки, — смягчившись, объяснила Шерис. — И хотя я не могу поддерживать с ней прямую связь из-за отца, я обещала дать ей знать, что благополучно добралась.

— Она знает, зачем вы поехали на Запад? — Его улыбка стала еще шире. — И она одобрила?

"От всего сердца», — с горечью хотелось сказать ей. Но Шерис тут же одернула себя: она не может винить сестру за случившееся.

— Что Стефани могла возразить, мистер Холт? Она знает мои обстоятельства.

Он немного помолчал, затем задумчиво произнес:

— На фотографии она выглядит старше, чем на семнадцать. Но я думал, что и вам больше восемнадцати.

— Это потому что…

Шерис внезапно замолчала, сообразив, что о ее возрасте говорилось в письме Стефани. Какие еще сюрпризы принесет ей их переписка? Следовало перед отъездом прочитать эти письма, иначе в любой момент она может попасть в затруднительную ситуацию.

— Потому что?.. — подсказал Лукас.

— Из-за своего роста я выгляжу старше, — неуверенно закончила она.

— Вы недовольны своим ростом?

От возмущения она чуть не задохнулась. Ни один мужчина не позволял себе касаться этой деликатной темы. А он… Кажется, он совершенно не обучен хорошим манерам.

— Не то чтобы мне не нравилось быть высокой, — сказала она, сожалея, что не решается дать ему отпор. — Просто мой рост приводит в замешательство большинство мужчин.

— Только не меня.

— Конечно, — сухо сказала она.

Он засмеялся, сжал ей локоть и потащил к двери.

— Не прогуляться ли нам? Остальная работа может подождать.

Какая наглость, подумала Шерис. Он даже не спросил, согласна ли она погулять с ним! Затем до нее дошел смысл сказанного.

— О какой еще работе вы говорите, мистер Холт? — Она решительно высвободила свой локоть и остановилась, заставив и его сделать то же самое.

— Сад нуждается в уходе — прополке и прочем. Нужно постирать одежду, прибрать мою комнату. В общем, обычные женские обязанности, мисс Хэммонд.

Она уже было собралась запротестовать, но его тон и обращение «мисс Хэммонд» остановили ее. Может, он рассердился? Хотелось бы ей научиться определять его настроение, но разве его поймешь?

— Я не предполагала…

— Вижу, — мягко сказал он. — И сделаю на это скидку. Но я ведь предупреждал вас в письме, что жизнь здесь не из легких.

Боже, а она подумала, будто он имел в виду климат! Шерис и в голову не приходило, что ее заставят работать как служанку. А именно таково сейчас ее положение. И ничего с этим не поделать, разве что заставить его отослать ее в Нью-Йорк немедленно. Какая соблазнительная идея! Но, вспомнив о сестре, она почувствовала угрызения совести. Надо дать шанс Стефани. Кроме того, страшно было даже подумать о встрече с отцом.