Невинная соблазнительница - Виктория Паркер

Повернувшись к хозяину – невысокому седому человеку, столь же умному, сколь богатому – Данте спросил:

– Скажите, я правильно понимаю, что вы заинтересованы в быстрой сделке?

– Чем быстрее, тем лучше. Пора отойти от дел. Жена говорит, что хочет увидеть мужа раньше, чем гробовщик. Судите сами. – Он обвел рукой роскошный ресторан. – У моих детей другие интересы.

– Прекрасный бизнес. Вы, должно быть, гордитесь сыном.

– Невероятно.

Данте уловил в голосе искреннее восхищение и подавил зависть.

– Не скажете ли, с какими проблемами мне предстоит столкнуться?

– Обычные трудности: найти арендаторов, обучить персонал. Человек с вашей репутацией легко справится, Витале.

– Новая кровь, – раздался голос Евы. Она прислушивалась к мужскому разговору, но смотрела на невестку Якатани, сидевшую рядом с младенцем на руках.

– Что ты сказала, дорогая?

Ева подняла голову:

– Извините. Когда вы сказали – арендаторы… – Она явно не решалась продолжать.

Данте по опыту знал, как бывает обидно, если твое мнение никого не интересует.

– Говори. Мы хотим послушать.

– Мне кажется, вам нужна новая кровь. Сочетание традиции и дерзкой новизны, особенно в отделах для женщин. Проблема в том, что аренда слишком высока для начинающих дизайнеров. Лондон мог бы дать шанс молодым и талантливым, но это им не по карману.

Данте широко раскрыл глаза.

Якатани одобрительно улыбнулся.

– Что ты предлагаешь, Ева?

Ева оживилась:

– Бесплатная аренда на шесть месяцев, чтобы они попробовали себя, а потом ушли в свободное плавание или начали оплачивать торговые площади, если сумеют заработать. Прежде чем вас прошибет пот, – Данте уже давно горел как в огне, – при словах «бесплатная аренда», подумайте о таких преимуществах, как уважение коммерческого сектора, честь открытия новых талантов, привлечение новых клиентов, а также удовлетворение от того, что вы помогли начинающему бизнесу. Все в выигрыше, – закончила Ева и снова повернулась к младенцу. Ее глаза светились нежностью и… грустью.

Ева осторожно коснулась ладонью мягкой щеки ребенка, пригладила темные волосы на макушке. Словно чувствуя, что Данте наблюдает за ней, она взглянула на него… почти с любовью? Невозможно. Женщины всегда глядели на него с вожделением, как на олицетворение секса, власти, богатства. Данте не хотел задумываться. Ева – прирожденная лицедейка, вот и все.

Глаза Евы потухли, она опустила голову:

– Извините, мне надо в дамскую комнату.

Голос Якатани заставил Данте оторваться от созерцания длинных медовых локонов и грациозного движения бедер удалявшейся женщины:

– Она уже готова. Вам не придется долго ждать, Витале.

– Ждать чего? – поднял брови Данте.

Японец рассмеялся, будто они обменялись шуткой, смысл которой ускользнул от Данте.

– Это окончательно решило вопрос в вашу пользу. Остается обсудить детали сделки. В пятницу я улетаю в Токио на две недели, так что время дорого.

Данте откинулся на стуле. Теперь он был в своей стихии.

– Утром в пятницу я тоже лечу на Восток, на Фанг-Тон.

– Слышал, это волшебное место и самое роскошное из частных владений в мире.

Инстинкт хищника подсказал Данте, что победа близка.

– Вы должны увидеть собственными глазами. Будьте моим гостем в эти выходные. Еве будет приятно познакомиться с вашей женой. Посвятим один час бизнесу, а потом будем отдыхать. Уверен, что вы влюбитесь в мой уголок рая.

– Буду счастлив принять приглашение.

Данте широко улыбнулся, не сомневаясь, что в понедельник «Хэмптонз» станет его собственностью.

Первые снежинки кружились в воздухе, укрывая землю пушистым ковром. Мелькая в свете уличных фонарей, они напоминали Еве блеск хрусталя, сияние бриллиантов, вспышки фотокамер. Перед глазами все еще стояли картины сегодняшнего вечера: очаровательный мальчуган на руках у матери, неотступный мрачный взгляд Данте. Когда они шли к выходу, светская красавица, одна из бывших любовниц, поцеловала его в щеку, напомнив Еве о том, какие воздушные замки она строила когда-то по своей наивности. Она чувствовала себя хрупкой, как снежинки, целующие лобовое стекло машины и тающие…

– …Мы договорились вылететь в десять часов утра, – докладывал Данте. – Заеду за тобой в восемь. Теплый климат пойдет тебе на пользу.

Теплый климат? Ева недоуменно вскинула голову и заметила, что машина остановилась возле ее бутика.

– Что ты сказал?

– Ты слышала хоть слово?

– Прости, я устала и все прослушала.

– Тебе давно пора отдохнуть, дорогая. Якатани принял приглашение погостить на моем острове в эти выходные. Вылетаем утром в пятницу.

– Я не могу. У меня назначена встреча с… – Она вовремя остановилась. Ей предстояли переговоры с Пруденс Вест. Данте настаивал на том, чтобы пойти с ней, но Ева была против. Она плохо соображала в его присутствии. Кроме того, речь шла о ее бизнесе, и она сама должна была спасать его. – С клиентом.

– Ева, – в голосе Данте звучало раздражение, – если ничего не случится, «Хэмптонз» будет моим. Вопрос решится в эти выходные.

Целых два дня? Нет-нет. Она не выдержит.

– Я никуда не полечу, Данте. У меня встреча в половине десятого.

– Отмени.

Ева сделала глубокий вдох. Они заключили сделку. Она согласилась помочь Данте получить «Хэмптонз», но сколько можно терпеть его постоянный контроль?

– Не могу и не хочу. Почему бы тебе не отменить полет?

– Не устраивай сцену, Ева. Я не могу нарушить обещание.

– Ах, так? А я, значит, могу? То есть мое слово ничего не значит? Хоть на секунду прекрати думать только о себе. – Она ткнула пальцем в направлении бутика: – Вот все, что у меня есть. Ты приумножаешь миллионы, а у меня только этот маленький магазин.

– Значит, ты отказываешь мне ради клиента, с которым можешь встретиться в другой раз? Я знал, что тебе нельзя доверять!

– Мне можно доверять! Но мы заключили обоюдный договор. Ты не поставил меня в известность. Для меня нет ничего ужаснее, чем провести с тобой выходные, но я готова, однако настаиваю на компромиссе.

У нее все похолодело внутри от одной только мысли: двое суток поцелуев и объятий, мечты о невозможном.

Данте посмотрел на нее как на сумасшедшую:

– Что?

– Ты когда-нибудь слышал слово «компромисс»?

– Не припоминаю, – ядовито заметил Данте. – Вероятно, иностранное?

– Мне казалось, ты говоришь на нескольких языках. – Она проигнорировала усмешку. – Компромисс – это когда стороны идут на взаимные уступки, чтобы достичь согласия. Я не принуждаю тебя, но со своей стороны готова перенести встречу на девять часов. Ни минутой раньше. Если тебя заинтересовало мое предложение, ты знаешь, где меня найти. – На этом она вышла из машины с гордо поднятой головой.