Страстное желание - Дэй Леклер

— Ты считаешь, что, если мы переспим, инферно перегорит?

— Да.

Она опустила глаза:

— А если нет?

— Перегорит. — Гейб потянулся к Кэт, поднял ее и сжал в объятиях. И вдруг понял, что ему совершенно наплевать на прошлое. Единственное, что его беспокоит, — это то, что случится через мгновение. — Даже не сомневайся: то, что мы чувствуем — не важно, как это называется, — обязательно исчезнет. Это физическое притяжение. Желание, Кэт. Гормональный всплеск. Феромоны. Я хочу тебя, ты хочешь меня. Конец истории.

— Как жжение в ладони?

— Именно. Мы его удовлетворим, и оно исчезнет.

— Все просто.

Гейб не смог удержаться от улыбки:

— Ты обиделась.

— Наверное. — Кэт снова опустила взгляд. — Мне не нравится, когда меня сравнивают со жжением. И я не хочу чувствовать себя ядом, от которого ты стремишься найти противоядие. Я не собираюсь спать с тобой, чтобы решать эту проблему.

— Ты хочешь меня.

К удивлению Гейба, Кэт кивнула:

— Я бы соврала, если бы ответила отрицательно. Но для меня этого недостаточно. И так было всегда. Это мой принцип.

— Так ты любила Бенсона Винтерса? — Подобная мысль вызвала у него приступ ревности.

— Конечно нет.

Он прищурился:

— Так в чем подвох? Ваш роман изменил тебя? Ты усвоила урок и больше никогда не решишься на необдуманный роман, чтобы удовлетворить свои потребности?

— Я не стану объяснять тебе, что произошло с Бенсоном. Это не твое дело.

— Мое, если мы собираемся пожениться.

— Нет, Гейб. Не твое. — Она сделала шаг назад. — У нас с тобой четкий и ясный деловой договор. И все. По какой-то причине вмешалось сильное физическое влечение. Но я не собираюсь ему поддаваться. И дело не в желании, не в сексе и даже не в инферно. Дело в том, что наши отношения — это путь получения «Страстного желания» для тебя и путь примирения с бабушкой для меня. И все.

— И как ты собираешься больше не соблазняться?

— Никак. Буду просто игнорировать ощущения.

Ну конечно. Она в этом уже отлично преуспела.

— А я объяснил, почему это невозможно, — возразил Гейб. — Ты хочешь, чтобы твоя восстановленная репутация помогла тебе помириться с бабушкой. А я хочу получить «Страстное желание». Для этого мы решились на помолвку и даже готовы на свадьбу. Людям уже довольно странно знать, что я сделал тебе предложение, учитывая скандал в прошлом. С Винтерсом и Джессой. Ты же не хочешь давать людям лишние поводы для сплетен?

— Ты стремишься убедить общество, что мы любовники? Отлично. Мы просто будем лучше стараться на публике. — Она схватила сумочку. — Спасибо за обед, Гейб. Было… интересно. Созвонимся завтра. Давай сверим расписания, посмотрим, когда еще мы сможем вместе пообедать или поужинать. С этого момента — только встречи на людях. Я не хочу оставаться с тобой наедине. Никогда.

— Как скажешь. — Он задержал ее, взяв рукой за предплечье. — Только одно перед твоим уходом…

Она застыла:

— Ты о чем?

— Об этом.

Гейб не стал предупреждать Кэт. Он просто обнял ее и притянул к себе. И, подождав, пока она приоткроет рот, чтобы возразить, поцеловал ее. Их языки встретились, убеждая Кэт в том, что ее план воздержания не пройдет очередного испытания. В течение нескольких секунд она попыталась сопротивляться, прежде чем признала полное поражение.

Кэт растворилась в его объятиях. Она буквально набросилась на Гейба со всей накопившейся в ней страстностью. Ее язык переплетался с его, стремясь исследовать все потайные места его рта. Он снова чувствовал ее неповторимый вкус, который казался ему еще более сладким, чем в прошлый раз. Кэт слегка прикусила его нижнюю губу, а затем нежно поцеловала.

Все это время ее нежные руки исследовали его тело, пробегая по широкой груди, шее, спускаясь вниз по спине. Кэт обвилась вокруг него, прижимаясь полной упругой грудью и двигая бедрами в такт движениям языка, что буквально свело его с ума от желания взять ее прямо здесь. А ее руки все еще не останавливались. Казалось, они никак не могут обрести покой, пока наконец не проложили дорожку от груди вниз по животу, к ремню брюк, где уже ощущалась мощь его эрекции.

Вдруг Кэт замерла, словно обнаружила там что-то неожиданное. Хорошо. Видимо, пришел его черед исследований. Гейб нашел молнию на ее ярко-красном платье и расстегнул ее, пробегая пальцами вдоль обнаженной линии позвоночника Кэт. Затем он очертил круг по эластичному поясу ее трусиков, и Кэт вся задрожала.

— Гейб, пожалуйста… — беспомощно простонала она.

— Пожалуйста, остановись? — передразнил он. — Или, Гейб, если ты остановишься, я побью тебя?

— Последнее. Если остановишься, я побью тебя.

Он глухо рассмеялся, и в этом смехе было обещание невыносимого наслаждения.

— Я так и думал.

Больше всего на свете ему хотелось сорвать с нее одежду и взять ее прямо здесь и сейчас. Но он не посмел бы сделать это в кабинете, где от остального мира их отделяла лишь зыбкая дверь. Он хотел бегло поцеловать Кэт и сразу отпустить. Но поцелуй становился все глубже и глубже. И Гейб понял, что, если в течение ближайших минут не уговорит Кэт подняться в квартиру, он пошлет все к черту и оформит с ней брачный договор прямо на письменном столе.

Призвав на помощь всю свою выдержку, он отстранился от Кэт, которая делала все, чтобы ему этого не позволить, обнял ее за талию и повлек к лестнице в дальнем конце кабинета. Наверху она замешкалась, увидев просторную студию. Окна от потолка до пола открывали невероятно красивый обзор залива Сиэтла и бесконечные ряды крыш, покрытые сединой декабрьского снега.

Кэт отчаянно покачала головой, пытаясь удержать на груди сползающее платье:

— Только не здесь.

— В чем дело, Кэт?

— Не здесь, — повторила она. — Не там, где Джесса…

Он все понял.

— Джесса никогда не бывала здесь. Когда мы были женаты, у меня был другой офис. Этот я купил через год после ее смерти.

Кэт с облегчением вздохнула:

— Наверное, я кажусь тебе смешной.

— Вовсе нет. — Ему очень хотелось убедить ее в обратном. — Я остаюсь здесь ночевать, когда задерживаюсь допоздна и слишком устал, чтобы садиться за руль. Если тебе от этого станет легче, я не приводил сюда ни одну женщину.

— Не любишь смешивать дела и личную жизнь?

Кэт прошла вперед и окунулась в поток солнечного света, ласкавшего ее кожу. Однако она тут же обхватила себя, словно ей было холодно. Возможно, Кэт чувствовала себя неуютно из-за того, что молния платья была полностью расстегнута, приоткрывая ее великолепные плечи молочно-белого оттенка и женственные изгибы, особенно поразительные в талии, которую, как казалось Гейбу, он мог обхватить одной рукой. Каждый раз он снова удивлялся тому, какая она миниатюрная. Возможно, причиной тому был резонанс ее комплекции с силой характера. Гейб подошел сзади и обнял ее за талию.