Невинный обман - Джорджетт Хейер

– Я ненавижу Джека, – заявила Китти. Грудь ее при этом сильно вздымалась в такт тяжелому дыханию.

Слова девушки удивили Фредди.

– Мне казалось, вы к нему благоволите…

– Нет, он, как по мне, хуже Джорджа. Фредди! Я вам запрещаю посвящать Джека в подоплеку нашей помолвки!

У мистера Стандена создалось предчувствие, что он становится на весьма зыбкую почву. Джентльмен не понимал причины столь неожиданного волнения мисс Чаринг, но подозревал, что у девушки есть какой-то собственный план, в детали которого посвящать его она не намерена. Ее предложение казалось глупым, даже нелепым. Рассердившись, он уверил Китти в том, что у нее нет ни малейшего повода опасаться, будто он может разболтать что-то сэру Веструтеру.

– Ничего я не скажу, так как не о чем будет рассказывать, – заявил он. – Помолвки не будет.

Мисс Чаринг принялась спорить, однако напрасно. Не на шутку встревоженный мистер Станден был непреклонен.

– Но это же все пустяки! – воскликнула Китти.

– Как по мне, так это отнюдь не пустяки!

– Никто ничего не заподозрит.

– Заподозрят. Все только и будут трепать мое имя, а еще скажут, что я хочу прибрать к рукам денежки старика.

– Когда помолвка ничем не кончится, – сказала Китти, – все поймут, что ошибались.

– Ничего они не поймут, за исключением того, что вы обвели меня вокруг пальца. От одной такой мысли мне становится мерзко на душе.

– Фредди! Неужели вы хотите, чтобы я была обречена влачить жалкое существование в стенах Арнсайд-хаус на правах… служанки…

– Нет, но…

– Или мне следует выйти замуж за Хью?

– Нет.

– Фредди! Вы же не хотите, чтобы я приняла предложение Долфинтона?

– Конечно же нет.

– А Клод вообще не приехал. Кроме того, он весьма неприятный субъект.

– Не приехал? – удивился Фредди. – Я его уже давно не видел, но, мне кажется, вы правы. Честно говоря, я всегда немного недолюбливал братьев Ретрей. Джордж, скажем…

– О Джордже и речи быть не может. Он женат, – безжалостно прервала мисс Чаринг ход его излияний. – К тому же я доверяю ему не больше, чем Клоду. Фредди, я не стала бы настаивать, будь у меня иной выход!

– Оно-то так, но…

– Вы – единственная моя надежда вырваться отсюда, – театрально повысив голос, взмолилась Китти. – Если вы мне откажете, все пропало.

– Да… нет… полноте, Китти…

– Я всегда считала вас наиболее добрым из моих кузенов. Конечно, на самом деле у меня нет двоюродных братьев, я одна, одна как перст в целом мире… Но вы навсегда останетесь для меня братом… И это вы… вы безжалостно захлопываете двери передо мной, когда мне так не хватает вашей поддержки.

– Как вы сказали? – недоуменно спросил Фредди.

– Обрекаете меня на нищету, жалкое существование и убогую старость.

– Ну, это уж слишком! – возразил Фредди. – Я никогда…

– Мне не стоило просить вас о помощи, – с сожалением в голосе произнесла Китти. – Я думала, судьба дала мне шанс избежать горестной доли. Теперь вижу, что допустила непростительную ошибку. Извините меня, Фредди. Прошу вас забыть о нашем разговоре.

С этими великодушными словами девушка поднялась из-за стола и встала перед камином, повернувшись спиной к мистеру Стандену. Приглушенные всхлипы, вздохи и шелест ткани платка свидетельствовали о том, как мужественно Китти старается не разрыдаться. Джентльмен сокрушенно взирал на ее ссутуленные плечи.

– Но, Китти… Ради бога, Китти, – сорвалось с его губ.

– Забудьте, – с храбростью отчаяния простонала девушка. – Я всегда знала, что одна-одинешенька в этом мире. С моей стороны было глупо предполагать, будто найдется человек, готовый мне помочь. Никого у меня нет.

Охваченный тихим ужасом, мистер Станден произнес:

– Нет, уверяю вас, я готов сделать все, что в моих силах, но и вы должны меня понять, Китти. Ваше предложение просто немыслимо.

Спустя десять минут, впрочем, Китти уже улыбалась и сердечно благодарила мистера Стандена за его редкостную доброту.

– Вероятно, нам следует вернуться в Арнсайд-хаус, – предложила она. – Мне весьма отрадно будет видеть выражение лица Хью, когда он узнает о помолвке.

Мистер Станден согласился с девушкой по поводу того, что перспектива поставить кузена в весьма глупое и унизительное положение скрашивает предстоящие треволнения, однако слова Китти в то же самое время заставили его подумать о более приземленных материях.

– А как нам теперь попасть в Арнсайд-хаус, не подняв шума? – спросил он. – Стоит кому-то из нашей дражайшей родни узнать, что мы этот вечер провели вместе, и правда может всплыть на поверхность. Я бы не удивился, если бы в таком случае Джордж и Хью заподозрили неладное.

– Проще простого, – с завидным оптимизмом заявила мисс Чаринг. – Я надвину капюшон низко на лицо, а вам следует приказать остановить экипаж у ворот особняка. Тогда я выйду, проберусь через кустарник, проскользну к боковому входу и по черной лестнице для слуг поднимусь к себе в спальню. Я сказала мисс Фишгард, что закрою свою дверь на замок, потому что очень разгневана и не хочу никого видеть. Уверяю вас: никто пока не заметил моего отсутствия. Если же вы заплатите кучеру почтового дилижанса, он не станет сплетничать в конюшне. Опасаться совершенно нечего.

– Но я не хочу платить кучеру, – возразил Фредди. – Карета и так оплачена мною за всю дорогу туда и обратно.

– Тогда прикажите ему, чтобы отогнал ее на ночь в «Зеленый дракон», – быстро отмела в сторону возникшее возражение Китти. – Это не беда. Когда войдете в дом, скажите, что желаете видеть меня. Полагаю, Фредди, будет лучше, если мы встретимся с вами, прежде чем вы поговорите с моим опекуном.

С этим мистер Станден был полностью согласен. Теперь, когда они все обговорили, а стрелки на часах, стоящих на каминной полке, показывали двадцать минут десятого, джентльмен счел благоразумным отправиться в недалекий путь до Арнсайд-хаус прямо сейчас. Пунш был допит. Карета вызвана. Плечи мисс Чаринг плотно закутаны в толстую ткань дорожного плаща.

Они забрались в экипаж. Кучер поднял подножку и захлопнул дверцу. За те несколько минут, что понадобились двум дюжим лошадям, чтобы покрыть милю до ворот особняка, Китти наставляла своего невольного соучастника по поводу того, как вести себя в доме. Девушка сошла у ворот и, к немалому удивлению кучера, исчезла в ночи. Она прекрасно знала все тайные тропы, ведущие в бдительно охраняемый дом мистера Пениквика. А вот мистеру Стандену пришлось долго ждать, пока привратник проснется и откроет ворота, неизменно запиравшиеся с наступлением темноты, поскольку гости в Арнсайд-хаус являлись нечасто, а в позднее время и того реже. К тому времени, когда мистера Стандена довезли до парадного входа, уже стало очевидным, что мисс Чаринг добралась до боковой двери, а то и до своих покоев.