Время верить в чудеса - Елена Усачева

Впрочем, коня у Иринки все равно не было, так что потеря его девочку как-то не тревожила. Но пора уже ей было решать, в какую сторону податься. А тут, как назло, ни одного человека в парке. Обычно стайка малышей пасется на пятачке, усыпанном голубиным пометом, теперь же — никого.

Иринка посмотрела налево. Старые березы нависли над дорожкой, создавая что-то вроде арки, от чего путь в ту сторону казался враждебным и опасным. Справа же деревья чуть заваливались внутрь пролеска, да еще прогал небольшого болотца рождал ощущение света и простора.

Хотелось идти направо и совсем не тянуло влево.

Вместо сказочного камня на развилке стоял деревянный столб с табличкой, сообщающей, что костры разжигать в лесу запрещено и что за нарушение запрета налагается штраф. Только где те неведомые охранники, которые должны брать за незаконно разведенные костры штраф? Объявление висело давно, и буквы на табличке успели порядком облупиться. В общем, никакой информации о том, куда Иринке следовало направляться, не имелось.

Можно было, конечно, попробовать бросить яблоко. В конце концов, привел же зловредный скачущий фрукт Иринку сюда! И хоть Сапожкина не верила в сказки и чудеса, сейчас она не прочь была проявить некоторую слабость и отдаться на волю случая. Но даже не зная законов физики и не обладая магическим пониманием мира, можно с уверенностью сказать: яблоко покатится налево, потому что там дорожка ведет в низину.

Этот уклон Иринка хорошо помнила. Здесь она впервые здорово навернулась с велосипеда, испугавшись той бешеной скорости, что развило ее транспортное средство, скатываясь с горки.

Одним словом, идти налево девочке очень не хотелось. К тому же у нее была еще слабая надежда, что Аленка утащила Пантелееву на площадку к качелям.

И Сапожкина повернула направо. Даже немного пробежалась, желая заглушить в себе росток сомнений, не делает ли она что-то не то.

Ближе к площадке в парке стал появляться народ. Карапузы, как на магнит, тянулись к горкам, качелям и лесенкам. Здесь все было сделано в стиле русских народных сказок. Качели держали на своих лапках два зайца. К верху лесенки тянулся бурый медведь, встав на задние лапы. Вот здесь — фигурка деда с золотой рыбкой, а там, превратившись в лавочку, распушила свой хвост жар-птица. Горка была сделана в виде избушки на курьих ножках. Малыши забирались в нее по лесенке, проходили через саму избушку и скатывались с другой стороны. Избушка при этом слегка поскрипывала, словно возмущалась, что из нее, уважаемой сказочной героини, сделали такую несерьезную вещь.

Знакомой желтой шапки видно не было.

Иринка нахмурилась. На секунду в ее душе родилось сомнение, что она вообще все делает не так. Как младенец, повелась на покатившееся яблоко, придумала себе какой-то бред с Серым Волком и, вместо того чтобы искать сестру, названивать Пат да рвать на части гадкого Гусева, поперлась в парк… дышать свежим воздухом.

Сапожкина настолько на себя разозлилась, что была готова уже выбросить из кармана бесполезное яблоко и бежать обратно, в свой двор, когда рядом с ней кто-то отчетливо и требовательно проговорил:

— Избушка, избушка, повернись к лесу задом, а ко мне передом.

Иринка удивленно хлопнула глазами и оглянулась.

Весь комизм ситуации заключался в том, что для выполнения просьбы избушке пришлось бы крепко задуматься, к какой конкретно части леса ей нужно встать задом — лес здесь был кругом. Слова же эти с настойчивостью дятла твердил малыш лет пяти-шести. Он стоял под самой горкой, буравил ее недовольным взглядом и как заклинание повторял присказку, требуя от деревянной конструкции невозможного.

Сапожкина с интересом посмотрела на непокорный домик — поворачиваться тот, естественно, не спешил. Мальчик снова произнес заветные слова. Иринка хихикнула. Упрямец покосился в ее сторону и нахмурился.

— Давно стоишь? — спросила она у него, даже не пытаясь скрыть улыбку.

— Избушка все равно повернется, — буркнул малыш. — Слышишь, как скрипит!

Скрипело, и правда, знатно. Видимо, какая-то доска в домике жаловалась на свою тяжелую судьбу.

— Зачем тебе нужно, чтобы она повернулась? — задала новый вопрос Иринка. Странного желания ребенка она не понимала.

— Кататься буду, — доверительно сообщил малыш. — А так мне страшно — вдруг я войду, она поворачиваться и начнет.

«Вот ведь задурили головы детям!» — вздохнула про себя Иринка и снова уставилась на избушку.

— А ты чего здесь делаешь? — проявил любознательность мальчик.

— Сестру ищу, — вздохнула Иринка. — Не видел? У нее желтая шапка с большим помпоном.

Малыш снова уперся взглядом в избушку. Иринка уже решила повернуться и уйти, как вдруг мальчик схватил ее за руку. И ей стало понятно: он просто боится. Что-то в избушке напугало его, кроха и хотел бы скатиться с горки, но один не может.

— Избушка, избушка, — с еще большим напором потребовал мальчик, — повернись…

Некогда Иринке было возиться со всякой мелюзгой. У нее самой проблем было выше крыши. Девочка попыталась высвободить свою руку, но хватка у дошколенка оказалась железной.

Тогда Сапожкина поступила просто — закрыла мальчику глаза ладонью, легко перенесла его к началу лесенки и бодро доложила:

— Вот, она повернулась!

Что ж, у каждой сказки своя условность…

— Тебя как зовут? — спросила Иринка.

— Вася.

Не выпуская Иринкиной ладони, маленький Вася стал карабкаться наверх.

— Да отстань ты! — попыталась вырваться Сапожкина, но дети порой бывают очень упертыми.

Согнувшись в три погибели, она протиснулась в узкий домик, мысленно пожалев Бабу-ягу, что вынуждена здесь обитать. Тут Иринка почувствовала себя свободной, потому что ушлый Вася, добившись своего и поборов страх, отпустил ее руку и ринулся вперед с горки. Сапожкина попыталась вернуться обратно по лесенке, но по ней уже карабкались жаждущие съехать вниз дети, и девочке пришлось тоже повернуться к плоскому скату. Она уже села на деревянный настил и собралась ехать, когда внизу увидела большую и, судя по всему, глубокую лужу.

Уж как карапузам удавалось избегать встречи с грязной водой, Иринка не догадалась. Но ее собственная попытка не промокнуть успеха не принесла — ее руки с бортика сорвались, и она со всего маху въехала в лужу, так что во все стороны полетели брызги. Иринка с трудом выбралась на сушу, мысленно пересчитала убытки — штаны мокрые, ботинки тоже. Булка в кармане, яблоко в другом — они целы.

— Ахти! — неслась к ней колобком какая-то старушка, смешно взмахивая руками. — Не доглядела! Опять этот паразит кого-то на горку затащил. Ахти!

Оказалось, что ушлый Вася не первый раз «разводит» доверчивых взрослых. Кататься ему хочется, а забираться на горку он боится. Бабушка ему тут не подмога — просто не влезет на такую крутизну. Вот и приспособился внучок таскать вместе с собой всех, кто под руку подвернется.