В погоне за счастьем - Кассандра Остин

— Эй, парень! Хочешь заработать монетку? Тогда сбегай в ближайший ресторан и принеси два обеда.

— Я мигом, сэр.

Но прежде, чем мальчишка убежал, Беркли схватил его за воротник.

— Только не вздумай надуть меня, слышишь? А не то я отдам тебя под суд.

— Не беспокойтесь, мистер! — испуганно пролепетал тот.

Беркли отпустил его и брезгливо отряхнул руки и одежду. Перед тем как войти в здание, он бросил взгляд в сторону Джейка. Джейк надвинул шляпу еще ниже на лоб и скрестил руки на груди, делая вид, будто дремлет. Беркли отвернулся. Едва он покинул перрон, Джейк с облегчением вздохнул. Значит, они здесь. И ждать поезда им придется еще долго, иначе Беркли не стал бы заказывать обед.

Прихватив сумки, Джейк спрыгнул с перрона и устроился у боковой стены здания.

Оставаться на перроне было слишком опасно: Эмили могла заметить его. Услышав разговор Беркли с мальчуганом, Джейк вспомнил, что и сам ничего не ел весь день. Вынув из сумки банку консервированных персиков, он открыл ее карманным ножом и принялся за еду.

Он решил, что запрыгнет в поезд в последнюю минуту, купит билет до любой станции, а затем продолжит наблюдение за Эмили и сойдет с поезда вместе с беглецами.

Но как быть дальше — он не знал. Его подмывало арестовать Беркли немедленно и отвезти его обратно в Топику, но Эмили наверняка встанет на защиту возлюбленного. А Джейк ни в коем случае не хотел огорчать или пугать ее. Ему вдруг вспомнилось, как во время разговора с Беркли в поезде на лице Эмили отразился страх — такой же, как на лице мальчишки, которому Беркли пригрозил судом.

Джейк изо всех сил сдавил пальцами жестяные бока банки. Нет, он не позволит Беркли обидеть ее. Он будет держаться поблизости — на всякий случай, а потом найдет способ взять Беркли под стражу, не причинив вреда Эмили. Но разве Эмили оценит его старания?

Она, скорее всего, уже забыла о нем.

Подняв взгляд от страницы, Эмили стала наблюдать за Энсоном, вышагивающим по комнате. Она уже не раз порадовалась тому, что впопыхах сунула в саквояж роман: он отвлекал ее от мрачных мыслей. Энсон еще раз прошелся из угла в угол и спросил вслух, куда запропастился мальчишка, а у Эмили опять заурчало в животе от голода. Она уже не раз предлагала Энсону почитать, но тот только пренебрежительно усмехался. В таком настроении его лучше было не трогать.

Романом, который Эмили взяла с собой в дорогу, была одна из книг, написанных Линнет. Все ее герои, как на подбор, были мужественными людьми. Втайне Эмили хотелось, чтобы Энсон походил на одного из них. Он вновь остановился перед ней, и она с вопросительной улыбкой подняла голову.

— Да где этот чертенок?

Эмили вздохнула.

— Энсон, в такое время дня рестораны наверняка переполнены. Ты же сам сказал, что у нас полно времени. — Мысленно она добавила, что Энсон мог бы сам сходить за едой.

— Я забочусь о тебе, — резко отозвался он. Не хватало еще, чтобы ты упала в обморок в поезде!

— Меня просто укачало, — объяснила Эмили, теряя терпение. — Но теперь мне стало лучше, хотя я не прочь пообедать. Мальчик вскоре вернется, Энсон.

Но смягчить его не удалось. Он снова зашагал из угла в угол — один раз, второй, третий. Эмили перечитала три последних абзаца, но не поняла ни слова, а между тем Энсон вновь остановился перед ней. Она едва сумела сдержать стон.

— Он украл мои деньги, этот маленький…

— Энсон! — В тишине ее голос прозвучал особенно резко. Чтобы успокоиться, Эмили сделала глубокий вдох. — Пройдись по перрону, дай мне спокойно почитать.

В ту же секунду он вырвал у нее из рук книгу и швырнул ее в угол через всю комнату. Эмили вскочила, но он толкнул ее обратно на стул.

— Лучше бы ты посочувствовала мне, чем читать всякую дребедень, прошипел Энсон. Это из-за нее ты вбила себе в голову, что хочешь замуж!

Отвернувшись, он снова стал шагать по комнате. Эмили медленно поднялась, не сводя глаз с Энсона. Но он не обернулся, и она решительно направилась к смятой книге, бережно подняла ее и разгладила страницы.

Так и не взглянув на Энсона, она вышла на перрон, поежилась от холодного ветра и запахнула плащ. Холод мгновенно пробрал ее до костей и остудил пыл. Энсон прав: она действительно должна была посочувствовать ему. Лишних денег у них нет, а Энсон заказал еду главным образом для нее. А она, неблагодарная, уткнулась в книгу и забыла о нем. Эмили вдруг показалось, что за ней кто-то наблюдает. Она огляделась, но все пассажиры на перроне были заняты своими делами. Однако тревога не утихала.

Должно быть, это Энсон следит за ней из окна. Ничего, пусть подождет. Он должен выйти к ней и извиниться. В конце концов, ведь это он швырнул книгу и поднял шум из-за пустяка. Эмили со вздохом призналась, что никогда еще не видела его в такой ярости. Это она раздразнила его. Уловив краем глаза движение, она обернулась, но опять никого не заметила. По коже Эмили пробежали мурашки.

Когда она уже собиралась вернуться в комнату, на перрон выбежал мальчик с двумя белыми коробками. Эмили улыбнулась ему и вместе с ним вошла в дверь. Энсон метнул в нее злобный взгляд, ничуть не смягчившись при виде мальчика.

— А, наконец-то! Тебя только за смертью и посылать.

— Быстрее не вышло, сэр. Будь у меня побольше денег, повар работал бы быстрее.

— Ты же не стал расторопнее даже после того, как я пообещал тебе монетку. — Энсон взял у мальчишки коробки и протянул одну Эмили, а потом уселся и принялся за еду, словно забыв о посыльном.

— Мистер, я выполнил ваше поручение, напомнил мальчик так громко, что все, кто был в комнате, обернулись. — Вы обещали заплатить мне.

Энсон не спеша обгладывал куриную ножку, — Тебя пришлось ждать слишком долго, процедил он.

Эмили отложила коробку и принялась рыться в маленьком ридикюле, висящем у нее на поясе. Опасаясь, что Энсон остановит ее, она торопливо сунула мальчику монетку.

— Большое спасибо тебе за помощь, — ласково произнесла она.

— И вам спасибо, леди, — ответил мальчуган, искоса взглянул на Энсона и ушел прочь.

— Слишком уж ты жалостливая, — усмехнулся Энсон.

— Благодарю, — отозвалась она с широкой улыбкой. — А ты настоящий брюзга.

— Рад слышать, дорогая. Хорошо, что мы понимаем друг друга. — Он подмигнул, она рассмеялась. Энсон вновь стал прежним.

— Просто удивительно, как быстро тебя успокоила еда, — заметила Эмили.

— А тебя — собственная щедрость.

Решив пропустить это замечание мимо ушей, Эмили принялась за еду. Она так проголодалась, что поначалу глотала, не жуя: неизвестно, сколько времени осталось до отхода их поезда. Энсон не соизволил сообщить ей об этом. Впрочем, Эмили было достаточно и того, что он не забыл накормить ее.