Дело Логинова - Дмитрий Яровой

Поговаривали, что некоторые наши наивные студенточки специально недобирали баллов до зачета, чтобы прыгнуть к нему в постель. И правда, завидный мужик: вдовец (об этом я узнал чуть позже), красивый, умный, при деньгах и при статусе. Я в эти россказни не верил – пока впоследствии не познакомился со Смагиным ближе. Даже ближе, чем хотелось бы…

Итак, дивным весенним утром (относительное утро – это случилось около полудня) я стоял в одних трусах на кухне огромной квартиры (где-то в районе Оперного театра), принадлежащей преподавателю моей кафедры, с чьей дочкой я только что провел ночь. Сам препод, не отличавшийся, собственно, демократичностью и толерантностью, спокойно сидел за кухонным столом с большой стеклянной чайной кружкой в руке, в белых льняных штанах и черной футболке, и смотрел на меня с легкой ухмылкой.

Золотая медаль утренних бед нашла своего владельца – им стал профессор Смагин!

Чтобы представить весь мой ужас, понять, как тряслись колени, представьте себе, что вы наставили рога стоматологу, который сейчас полезет к вам в рот удалять зуб мудрости. Представили? Вот так было.

– Доброе утро, – молвил я.

А как тут еще начнешь разговор? Не молчать же.

– Хорошее у тебя, Коленька, утро – первый час! – парировал Смагин, не переставая улыбаться. – Ты б сходил одеться, что ли. Так что, сделать все-таки чаю?

– Не откажусь, спасибо, – почему-то брякнул я («Ой дурак!» – крикнул внутренний Логинов где-то в моей пустой черепной коробке) и быстрыми шагами, задним ходом отступил в спальню (в его спальню, Смагина!)

Таня еще спала (хоть это хорошо!), обхватив руками подушку и уткнувшись в нее лицом. Я быстро-быстро натянул рубашку, джинсы и… присел на край кровати.

Так, что теперь будет? Что ему сказать? Здравствуйте… как там его зовут?… Да, я был в гостях у Тани… «Я не знал, что вы вернетесь так рано»… Ага, а знал бы – так свалил бы? Не катит. Нет – «я не знал, что так получится». Тогда получается, я его дочь случайно трахнул, только из-за пьянки? Оскорбится. Но он какой-то уж слишком спокойный. Может, он меня сейчас… того? Надо сказать, что есть люди, которые знают, что я здесь! Боже, Логинов, что ты за остолоп! Не будет Смагин убивать тебя в своей квартире. А диплом? Все, выгонят перед защитой бакалаврского диплома. А за что меня выгнать? Не за что. Разве что на защите завалит, он же в ГЭКе у нас. Или его убрали? Была же ротация… О чем ты вообще думаешь, какой диплом? Просто выйди, скажи, что тебе жаль, что так произошло, что вообще даже ничего не помнишь… Отлично, за такое он точно в морду даст. Кулаки-то у него дай Боже! Просто выйди и жди, что он скажет!

Так я и сделал. Я нарочито неспешно вышел из спальни и прошел на кухню. Мой чай поджидал – на столе напротив места Смагина стояла дымящаяся кружка с заботливо извлеченным из нее пакетиком, рядом – стальная сахарница с кубиками белого и коричневого рафинада и плошка с темным медом и щипцами.

– Я не знал, любишь ли с сахаром, поэтому накладывай сам. Я бы предложил вишневое варенье, да Филимончук был в гостях, все вишни съел. Присаживайся, чего ты?

Я послушно присел и робко взял кружку, но не отхлебнул – ждал непонятно чего.

– А я и не знал, что у вас с Таней отношения, – как ни в чем ни бывало продолжал Смагин. – Рад, очень рад, что она выбрала тебя. Ух, повезло же тебе, да, Коля? Да, у Танюхи моей много кавалеров было достойных, но раз уж ты – так тому и быть.

Я подавил в себе крик (но расширение зрачков, наверное, подавить не смог) и, быстро схватившись за кружку, сделал три-четыре глотка, обжигая себе внутренности. Поставил обратно и посмотрел в сапфиры Смагина, но тут же опустил глаза: я не мог.

– Что же ты раньше не говорил? – измывался Смагин. – Я бы тебе и поддержку оказал, какую-никакую. Ну, теперь-то ты от моей заботы не сбежишь!

Он хлопнул в ладоши и потер руки, а у меня отнялись ноги.

– Во-первых, теперь за бакалаврат можешь не переживать. К защите – не готовься даже, – он махнул рукой. – Отдыхай, у тебя лето началось, считай. Про магистратуру тоже не думай, а думай сразу про аспирантуру. Ты же у нас собираешься работать, правильно? Нам такие люди нужны. А свадьбу проведем, наверное, после выпускного уже, потому что…

Смагин говорил неспешно, прихлебывая чай, зная, что я не стану его перебивать, а я сжимал в руке рукоятку кружки и молчал, глядя на его огромные загорелые кулаки. Я слышал слова «аспирантура», «работа», «свадьба», «квартира», «успех», а в голове звучали совершенно иные – «увольнение», «без диплома», «без будущего».

Если я дам задний ход, он сделает так, что меня больше не возьмут ни в один вуз – с него станется. А если нет – выходит, что я… я подхожу ему на роль зятя. Он-то не знает про мою склонность к алкоголизму любовь к тусовкам, знает меня только как хорошего студента, из небедной семьи, красавца, лидера…^[15] Да и мои планы относительно работы в ИПАМ были ему на руку.

Смагин – мой будущий тесть. Это совершенно ясно. Я женюсь на Тане, и у меня будет должность и хорошее жилье. А еще я каждый день буду видеть ее не отмеченное интеллектом лицо и слушать ее идиотскую речь. Каждый день. Каждый. До смерти. По крайней мере, до смерти Смагина. Или моей. Или ее… Классика жанра: кто первый откинет копыт – шах, Ходжа Насреддин или ишак? И хотя я, бесспорно, видел себя в роли Ходжи, мне больше подходила ишачья шкура.

Настя, мой зеленоглазый Бог, для чего ты оставила меня?…

Я не стал ждать Таниного пробуждения и бежал из этой страшной квартиры. Мне предстояло обсудить ситуацию, и прежде всего…

…– Прежде всего, тебе надо прокапаться, – убедительно сказал Леша, которому я позвонил, едва оказался на улице после «чаепития». – Есть же врачи хорошие, лекарства – чего ты не лечишься, балда?

– Леша, я не шучу, – вздохнул я.

– И я не шучу! Перезвонишь, когда белочку вылечишь! Смагин! Сказал! Что ты будешь его зятем! Вот к психиатру так пойди и скажи, он тебе… кабинет предоставит в психиатрической лечебнице! Я занят делами серьезными, пока.

Илья, которому я позвонил уже из дому по Скайпу, был более толерантен.

Он пил кофе и курил прямо за компьютерным столом – родители, видимо, были на даче.

– Ну, молодец. Что хотел – то и получил! – спокойно поздравил меня он.

– Я не собирался на ней жениться!

– Назвался груздем – полезай в ЗАГС, – ответил друг. – Ты думал, с тобой шутки будут шутить? Смагин, наверное, до безумия рад, что кто-то клюнул на его дочь! У тебя ж репутация среди преподов хорошая. Да и Танечка вроде неравнодушна к тебе, раз позвала на такое пати.

– Илюха, да она же… Ну…

Виноградов приблизил лицо к веб-камере и поучительно проговорил:

– Как говорит мой дед, «бачили очі, що купували!»