С тобой, словно в раю - Кристи Маккеллен

После разговора с Еленой об их знакомстве в Кембридже Калеб решил, что пора переходить к решительным действиям.

В том, что во время учебы в университете у них были более тесные отношения, чем дружба, он лишний раз убедился сегодня, в номере отеля. Едва Елена прижала ладонь к груди Калеба и застыла, глядя на него, воздух между ними словно наэлектризовался от взаимного влечения.

А еще Калеб подметил, что весь день Елена была подозрительно напряжена, словно пыталась подавить какое-то чувство или что-то скрыть. Может, когда-то их университетский роман оборвался из-за того парня по имени Джимми, про которого она рассказала? Кажется, Елена упомянула о какой-то крупной ссоре между ними. «А вдруг именно я стал ее причиной? – гадал Калеб. – А что, если Елена все эти годы продолжала меня любить, но не решается сейчас открыто дать волю своему чувству только из-за того, что я умудрился угодить под мотоцикл и потерял память? Какого черта? Мой удар головой об асфальт не станет препятствием нашим взаимным чувствам! Я не инвалид и твердо знаю, чего хочу!»

Приняв душ и переодевшись к ужину, Калеб вышел в гостиную. Елена уже дожидалась его там, одетая в бледно-розовое вечернее платье простого кроя, но очень соблазнительное. Длиной до колен, облегающее, с узким подолом, оно оставляло открытыми изящные плечи – лишь пара бретелей обхватывала длинную, стройную шею. Калеб, не удержавшись, опустил взгляд на лиф, обтягивающий полную грудь, затем скользнул глазами по тонкой талии, округлым бедрам и длинным ногам.

Почувствовав, что Елена смотрит на него, Калеб поспешил перевести взгляд на ее лицо, кивнул ей и направился в кухню, чтобы выпить холодной воды.

Кажется, сейчас неподходящее время проверять, верны ли его выводы насчет чувств Елены к нему. В данный момент куда важнее убедить Джонатана Картера сотрудничать с «Арайя индастриз».

Калеб поставил в мойку стакан дрожащей от волнения рукой и вернулся в гостиную.

– Ты будешь готова к выходу через пять минут? – спросил он.

– Я уже собралась.

Вид у Елены был встревоженный. «Наверное, это из-за предстоящего ужина, на котором нам предстоит разыгрывать спектакль, – мелькнуло в голове у Калеба. – Хотя нет. Точно такое же беспокойство написано на ее лице всякий раз, когда Елена видит меня после небольшого перерыва. Похоже, она ожидает, что я сделаю или скажу то, чего она ужасно боится. Но почему?»

В мозгу всплыла фраза Елены о том, что они вчера утром поссорились. Она сказала это в больнице, но Калеб тогда чувствовал себя слишком плохо и пропустил ее слова мимо ушей.

– Елена, из-за чего мы с тобой вчера повздорили?

Она слегка побледнела, обхватила себя руками и криво улыбнулась:

– Э-э-э… Да так, по одному вопросу. Мы еще в университете не сошлись по нему во мнениях.

Сейчас не время это обсуждать – надо полностью сосредоточиться на предстоящем ужине с четой Картеров.

Казалось, Елена испытывает сильные душевные переживания. Калеб решил не продолжать расспросы – хорошо уже то, что она согласилась подыграть ему на предстоящем ужине.

И все же по-прежнему не давала покоя мысль о том, что так беспокоит Елену. «Может, она чувствует вину за несчастный случай, произошедший со мной?» – предположил Калеб и уже в который раз пожалел, что не помнит, как все произошло.

– Ты права, – сказал он. – Сейчас не время отвлекаться. И даже если мы с тобой из-за чего-то вчера разругались, не нужно теперь при каждой встрече смотреть на меня так, словно я собираюсь откусить тебе голову. Мы ведь с тобой друзья.

– Угу.

Елена отвела взгляд.

Калеб медленно подошел к ней, коснулся ее обнаженной руки ладонью и ощутил, что Елена еле заметно дрожит.

Она торопливо шагнула назад и скрестила руки на груди.

– Нам пора. Мы ведь не хотим опоздать.

– Конечно.

Калеб усилием воли удержался от того, чтобы еще раз прикоснуться к Елене и посмотреть на ее реакцию.

Взяв свое пальто, он осторожно продел руки в рукава и подумал: «Нельзя, чтобы Картер узнал о том, что я вчера попал под мотоцикл и хорошенько приложился головой об асфальт. Иначе это сработает против меня. Американец может засомневаться в том, что я в данный момент ясно соображаю».

Странно, Калебу почему-то казалось, что ему уже не впервой скрывать свою физическую слабость. Но когда и почему это приходилось делать раньше, вспомнить не удавалось, хотя, похоже, за этим крылось что-то очень важное. Проклятые провалы в памяти! Они подтачивали уверенность Калеба в себе. Но он продолжал убеждать себя, что все будет хорошо.

«А что касается Елены, – сказал себе Калеб, – рано или поздно я вытяну из нее все подробности. Ну а пока, она права, надо думать только о предстоящем ужине с Картерами».

Ресторан, в котором Бенита заказала столик, располагался на маленькой извилистой улочке неподалеку от знаменитого пешеходного бульвара Рамбла в самом сердце Барселоны. По просьбе Елены таксист высадил ее и Калеба на площади Пласа-де-Каталунья, рядом с великолепным фонтаном и необычным, мрачноватого вида памятником Франсеску Масии, похожему на перевернутый вверх ногами лестничный пролет. Здесь кругом было полно туристов и местных жителей.