Все радости - завтра - Бертрис Смолл

— Жаль, — заметил Адам, — что вы не дружите с Елизаветой Тюдор. Королева ценит такие умы.

— Но для этого мне пришлось бы слишком много прислуживаться, а у меня недостаточно терпения.

И у тебя, кстати, тоже. Что, разве тебе было бы приятно проводить дни в непрерывных танцах, подобострастно прислушиваясь к весьма упрямой даме средних лет? Она просто не оставит нам времени на самих себя, а я этого не перенесу, Адам. — Она провела по волосам щеткой в последний раз и, отложив ее в сторону, грациозно откинула волосы. — Ну, с этим покончено. Я слышу шаги Дейзи — открой ей дверь, дорогой.

В комнату вошла раскрасневшаяся и смущенная Дейзи, нагруженная тяжелым подносом с едой.

— О милорд! Благодарю вас!

— Ничего, девочка, я рад снова видеть твое приятное личико, — галантно ответил он камеристке.

Дейзи еще больше вспыхнула от его комплимента и сказала:

— Миледи, я принесла вам сидр, но решила, что лорд предпочтет коричневый английский эль. Наверняка прошло немало времени с тех пор, как он его пробовал в последний раз. — Она поставила поднос на стол у камина, где стояли стулья Скай и Адама.

— Дейзи, у тебя ангельская душа и сердце настоящей англичанки! — воскликнул Адам. — Мой отчим производит отличное французское вино, но я всему предпочитаю английский эль! Спасибо, девочка! — сказал он и расцеловал ее в щеки.

— Ах, милорд! — еще пуще зарделась Дейзи и упрекнула его:

— Сядьте, милорд, и ешьте! Королева будет злиться, если вы запоздаете.

На подносе лежали ломтики хлеба, ветчина, тосты из английского чеддера. Горячий сыр еще пузырился, и они принялись за еду. Когда все было съедено до последней крошки и выпито до последней капли, они немного посидели, отдыхая и улыбаясь друг другу. Раздался стук в дверь, и им доложили, что сэр Кристофер и его люди начинают проявлять нетерпение.

— Наверное, пора нам одеваться и ехать к королеве, — сказала Скай.

— Я тоже так думаю, моя девочка, — ответил Адам, вставая и уходя в свою комнату. Прежде чем исчезнуть, он обернулся и послал ей воздушный поцелуй. Она улыбнулась в ответ и, зевнув, встала со стула.

— Дейзи, мое платье с черными сапфирами еще в моде?

— Да, миледи. Я сейчас принесу его.

Одевание заняло у Скай примерно час, но зато, когда все было готово, она осталась довольна собой. Платье было темно-синего, почти черного цвета, с глубоким квадратным вырезом, с двумя жемчужными овалами, которые должны были оттенить грудь, прикрытую золоченой кружевной вставкой в виде веера. Такими же тончайшими золотыми кружевами были отделаны буфы на рукавах. Верх платья был скромным, зато подол расшит жемчугом, золотыми бисером и нитью в виде причудливых цветов, пчел, бабочек. Блузка отделана только жемчугом.

Дейзи тщательно уложила волосы Скай в сложный шиньон и закрепила заколками из розоватых жемчужин. На шее мерцало ожерелье из таких же жемчужин, а на грудь спускался кулон из огромного сапфира. Она вдела в уши жемчужные сережки, и даже ее изящный платочек был украшен драгоценными камнями. Из-под юбки виднелись туфли с перламутровыми застежками, и так же были отделаны каблуки.

В комнату вошел Адам, и Скай проделала перед ним изящный пируэт.

— Ну, что вы думаете об этом, милорд? Достаточно ли вызывающе я оделась, чтобы разозлить королеву?

— Да, девочка, и еще заставить ее ревновать. — И он тоже принял горделивую позу. — Ну а я, ма дам? Одобряете ли вы мой наряд? Достоин ли я находиться рядом с вами?

— Разумеется, милорд! — воскликнула она, с искренним восхищением рассматривая его костюм из черного бархата, куртка которого была унизана бриллиантами и расшита золотом. На шее у Адама красовался семейный амулет де Мариско — большой круглый золотой медальон с горельефом в виде морского сокола с распростертыми крыльями, с рубиновыми глазами. Роскошь наряда и гигантский рост Адама, соединяясь, усиливали впечатление.

— Вы готовы, мадам? — спросил он, с тайной радостью замечая, что из всех своих драгоценностей она надела только обручальные кольца. Его восхитил изощренный вызов — Елизавета Тюдор несомненно заметит эти кольца, редко что ускользало от ее взора.

У сэра Кристофера перехватило дыхание, когда он увидел их спускающимися по главной лестнице. Да, это была потрясающая пара, и сэр Кристофер поражался, почему они не выезжали ко двору во время его службы. Когда Скай достигла подножия лестницы, он склонился над ее рукой, выразив свой искренний восторг в следующих словах:

— Мадам, вы настолько прекрасны, что заслуживаете и большего ожидания, если только лорд де Мариско позволит сделать такой комплимент его супруге.

— Мы принимаем ваш комплимент, ибо он был сделан вполне искренне, — спокойно ответил Адам.

Подбежали выездные лакеи с меховыми плащами и накинули их на Адама и Скай. Вместе с Хатгоном и его людьми они вышли на пронизывающий осенний ветер угасающего дня, сели в ожидавшую их городскую карету. Двери немедленно захлопнулись, и карета, эскортируемая королевскими гвардейцами, двинулась в путь по гринвичской дороге.

— Ну где же она, черт побери?! — чертыхалась королева уже, наверное»в сотый раз. — Ее чертово судно бросило якорь уже несколько часов назад! Где Хаттон?! Это просто невыносимо, Сесил!

— Терпение, мадам, — отвечал ей лорд Берли. — Скоро она прибудет. — Он уже знал, что Скай О'Малли, эта прекрасная и непредсказуемая женщина, отправилась в свой дом на Стрэнде. Он отлично знал, что она намеревается предпринять, но не стал извещать об этом королеву. Она могла совсем взбеситься, а ее гнев все разрушит. Леди де Мариско столь же упряма, как и королева. Сесил улыбнулся. Мысленно он уже называл Скай О'Малли леди де Мариско, и она ею была, несмотря на упрямство королевы в этом вопросе. Вот это-то и должно стать первым пунктом сделки. Сесил чуть не рассмеялся от предвкушения удовольствия — вечер обещал быть захватывающим.

— Что это вас так забавляет? — рявкнула Елизавета, но, прежде чем лорд Берли нашелся с ответом, раздался стук в дверь, и вплыла фрейлина, объявившая:

— Лорд и леди де Мариско, мадам!

— Очевидно, Анна, вы имели в виду леди Бурк и лорда де Мариско? — взвилась Елизавета.

— Д-да, мадам, прошу прощения, — затрепетала фрейлина. Она и так страшилась того, что последует в случае раскрытия ее связи с лордом Дадли: Леттис Кноллиз видела их и угрожала передать все королеве.

— Они могут войти, — величественно ответила королева и быстро уселась на стул с высокой спинкой, но тут же вскочила, вспомнив о росте гостей. Она не должна оказаться в невыгодном положении.

Сесил, поняв смысл ее телодвижений, прикрыл рот рукой, чтобы она не увидела его усмешки. В комнату быстро вошли Адам и Скай. «Боже, — подумал лорд Берли, глядя на них, — на этот раз она нашла супруга себе под стать! Ну, теперь с ней не сладишь!»

Взгляды Скай и Елизаветы встретились, но никто из них не отвел глаз. Скай сделала глубокий реверанс, а Адам галантно поклонился, его грация не ускользнула от взора королевы, всегда следившей за манерами придворных.