Охота на Лань. История одной одержимости - Нина Линдт

Через час, с огромным трудом разбив ворота, пираты с воплями бросились внутрь крепости, перебираясь через колеса и детали машин. Когда двор перед крыльцом оказался заполнен, и пираты начали атаковать воинов на ступенях, лучницы вслепую начали стрелять в двигавшихся внизу нападающих. Обрушив град стрел на врагов, использовав весь запас, они по двум боковым лестницам спустились вниз, и их пропустили в подвал, а защитники теперь с боевым кличем бросились на разбойников.

Многие полегли от стрел, кто-то был ранен, но в темноте было совсем не различить, где свои, а где чужие. Помогало, что свои держали строй, если кто-то падал, его оттаскивали, а на его место заступал другой.

В какой-то момент Джованна услышала команду об отступлении от нападавших, и они ушли за крепость.

– Передышка, – Андреа подошел к ней и протянул флягу с водой. – Когда же рассветет?

Они с надеждой посмотрели в небо.

– Пойду проверю, как там Катарина, – Джованна хлебнула воды и вернула флягу. Андреа усмехнулся: движения девушки снова стали мужскими и грубоватыми.

– Как это у тебя получается? – спросил он.

– Сама не знаю, – пожала она плечами. – Как только ты рядом или меч в руке… Само собой как-то.

В подвале был слышен хор: пели молитву о спасении. Джованна подошла к решетке, убрала меч в ножны и попыталась отыскать взглядом невестку. Ее не было видно.

– Катарина, – позвала она.

Отец Ансельм стоял рядом с решеткой, поэтому пошел вглубь и вывел Катарину. Та шла нехотя.

– Пираты временно отступили, – сказала Джованна. – Мы постараемся продержаться до возвращения Валентина.

– Посмотри на себя, – презрительно сказала Катарина. – Ты выглядишь… ты просто смешна! После этого все будут презирать тебя. Ты… опозорила себя и своего брата.

– Чем же? – с вызовом спросила Джованна.

– Тем, что оделась как мужчина и пытаешься казаться значимой! – прошипела Катарина. – А сама… потом разговоров только и будет как о том, что ты делала там, с ними, пока все благонравные жены сидели здесь.

– Катарина, – отец Ансельм мягко взял ее за плечи и оттолкнул от решетки. – Прости ее, Джованна, она просто напугана, как и все мы.

К решетке со стороны Джованны подошел юноша. Он покосился на Джованну, но все же обратился к священнику:

– Святой отец, а где моя Маргарита?

Отец Ансельм улыбнулся.

– Спит, Паоло. Крепко спит. Ее сторожит ваша соседка.

– Хорошо… – парень улыбнулся и перекрестился. – Вы скажите сестре, чтобы не боялась. Пираты отступили, и мы обязательно продержимся.

Джованна развернулась и пошла по коридору к выходу. Разговор Паоло и священника вскоре заглох. Но потом раздались его торопливые шаги: он догонял ее.

– Мона Джованна, подождите!

Джованна обернулась. Паоло поравнялся с ней и неловко отступил, соблюдая приличия.

– Я знаю, вы хотите сделать место для больных, вроде лечебницы… Не мог бы я вам чем-то пригодиться?

– Ты изучал медицину, Паоло?

– Нет… но я бы хотел…

Джованна улыбнулась.

– Хорошо, поговорим об этом после. Кстати, а где доктор Делакруа? Я не видела его среди защитников?

– Я не знаю.

Свет факелов еще попадал на лицо Паоло, и Джованна увидела, как он залился густой краской от стыда за свою ложь.

– Наверно, в подвале, со всеми… – Джованна поспешила к выходу. Ничего другого она от Делакруа и не ждала. Но, с другой стороны, хорошо, если он уцелеет и сможет спасти кого-нибудь из раненых.

Раздался пушечный выстрел, потом еще один и еще. Похоже, пираты решили взять крепость штурмом после того, как раскрошат стены. Теперь ее видно, а времени на пушки у защитников нет: пока их повернешь, зарядишь, стена под тобой может обрушиться.

Артиллерия не замолкала. Джованна с Паоло прибавили шаг.

Внутренний дворик был засыпан каменной крошкой, пыль еще стояла столбом. Когда она совсем недавно проходила через дворик, раненые здесь перевязывали друг друга, а теперь многие лежали, засыпанные камнями, другие растерянно метались.

– Надо отвести раненых в подвал, здесь они в опасности, – сказала Джованна Паоло.

Судя по доносившемуся до них шуму, пираты вернулись с боем. Пушки стреляли не переставая, но больше в крепость не попадали. У Джованны не было времени, чтобы об этом задумываться. Вместе с Паоло они успели отнести и отвести четверых в подвал, но потом, когда они снова выходили в дворик, туда ворвались пираты.

– Паоло! Назад! – Джованна резко потянула за плечо рванувшего на пиратов юношу. – В проходе им нас не окружить.

Узкий коридор как раз позволял им вдвоем отбиваться от нападения и не давал пиратам наброситься на них толпой: им приходилось скрещивать клинки по очереди.

Джованна в отчаянии понимала, что нападающих больше десяти человек, единственная надежда спастись, если кто-нибудь ударит врагам в тыл. Но пока думать об этом было невозможно: клинки со звоном встречались, удары отражались… она пожалела, что у нее длинный двуручный меч – в узком проходе было неудобно отражать им удары так, чтобы не поранить Паоло.

– Это баба! – закричал один. – Та самая!

И в этот момент Джованна проткнула его мечом и отступила, вытаскивая клинок. Вместе с ней шаг назад сделал Паоло, через трупы пиратов переступили их товарищи и с ругательствами и угрозами набросились на девушку и юношу.

– Паоло, не отступай!

Он старательно держал строй вместе с ней, Джованна молилась о подмоге. Все дальше и дальше приходилось отступать им в коридор, дневной свет мерк, в темноте сражаться было неудобно. Паоло вдруг застонал и упал на колено, Джованна сама не поняла, как успела это увидеть, отбить нападение своего противника, сделать шаг в сторону, провернуть меч в руках горизонтально над головой и рубануть по лицу противника Паоло, который собирался проткнуть упавшего парня.

– Отходи!

Джованна встала посередине и пыталась отразить удары сразу двоих. Вот теперь она возблагодарила судьбу, что взяла двуручный меч: он был длиннее мечей противников, его клинок поражал вне зоны ее опасности, а руки уставали не так быстро, как в бою с одноручным.

Только бы Паоло успел отползти… Она бросила мимолетный взгляд: его уже не было рядом.

Но и Джованна отступала все дальше, вскоре красноватый свет факелов высветил лица нападающих, и за спиной послышались молитвы испуганных женщин.

Джованна в отчаянии понимала, что скоро преимущество узкого коридора закончится, и тогда пираты окружат ее. Скольких она убила? Восемь? Десять? Она не могла вспомнить, но перед ней еще четыре противника. «Еще одного, Господи, дай убить еще одного».