Переплет 13 - Хлоя Уолш

— Она не хотел, чтобы ты защищал ее, чувак, — добавил Гибси. — Она тебе это сказала.

— Ну, она была неправа, — выплюнул я.

— Ну, теперь она ушла, — сказал мне Гибси. — Так что успокойся.

Она ушла?

Это заставило меня задуматься.

Развернувшись, я заметил Клэр, гадюку и Кейт, стоящих рядом с нами, но Шэннон не было.

— Да, она определенно ушла, — добавил Фели, подходя к нам, засунув руки в карманы.

— Ты с новой девушкой, Кэп? — Спросил Пирс, присоединяясь к бесконечному кругу гребаных неприятностей. — Ты держал это в секрете.

— Что — нет. — пробормотал я, устало вздохнув, когда гнев покинул мое тело. — Я больше не знаю, кто я. Я не знаю, что, черт возьми, со мной происходит.

— Ну, — подала голос Лиззи. — Ты только что заработал несколько серьезных очков брауни в моих глазах. — Она похлопала меня по руке. — И поверь мне, я не часто их раздаю.

— Она этого не делает, — предположил Пирс с понимающей гримасой.

— Мы все еще направляемся к твоему дому? — Спросил Фели. — Кажется, бессмысленно возвращаться сейчас.

Я покачал головой, мне нужна была чертова минута, чтобы разобраться в своих мыслях.

Что, черт возьми, только что произошло?

Как я позволил себе так потерять контроль?

И куда, черт возьми, она делась?

С ней все было в порядке?

Я собирался кого-то убить.

Я почувствовал, как во мне снова закипает гнев при мысли о смирившемся выражении лица Шэннон.

Да, она выглядела чертовски смирившейся.

Она должна была быть в ярости.

Вместо этого она просто взяла его.

Возможно, у нее так и получалось в BCS, но в Томмен все происходило по-другому.

Она не была ничьей гребаной целью, и я собирался чертовски убедиться в этом.

— Джонни?

Звук произнесенного моего имени отвлек меня от моих мыслей.

— Что? — Я поднял глаза и оглядел своих друзей, чувствуя себя в полной растерянности.

— Мы идем? — Спросил Хьюи, бросив на меня странный взгляд.

— Куда идем? — Я огрызнулся, ощетинился, мне не нравилось такое внимание, ни капли.

Я чувствовал, что стою здесь голый, выставив на всеобщее обозрение свои испорченные чувства, давая всем семерым возможность заглянуть в то, чего я сам не понимаю.

— Я должен найти ее, — сказал я себе больше, чем кому-либо другому. В панике я развернулся на 360 градусов. — Я должен проверить, как она.

— Нет, — спокойно сказал Хьюи, — Ты должен пойти домой и остыть. Очевидно, что она не хочет идти с нами, парень. Вот почему она ушла.

Я перевел свой взгляд на него.

— Какого хрена ты вообще знаешь о том, чего она хочет?

Брови Хьюи удивленно взлетели вверх.

— Отдай мне ключи от своего дома, Кэп, — скомандовал Гибси, становясь передо мной.

Не задавая ему вопросов, я вытащил ключи из кармана и протянул их ему.

— Мы вас догоним, — сказал Гибси нашим друзьям, бросая мои ключи Хьюи, а затем закинул руку мне на плечо, ведя меня обратно в физкультурный зал.

Я пошел с ним, потому что моя школьная сумка была в коридоре, и я понятия не имел, что еще делать.

— Ты в порядке? — Что случилось? — спросил Гибси, когда мы вошли в пустую раздевалку.

— Нет! — Я зарычал. — Я так далек от того, чтобы быть в порядке, я больше не знаю, что означает это гребаное слово.

— Я знаю, что сейчас не время это говорить, но я все равно это скажу, — сказал Гибси. — Я же тебе говорил. Я, блять, говорил тебе еще на четвертом курсе, когда она начала вынюхивать, что она — плохая новость.

— Мне не нужно напоминать, — выплюнул я, подходя к скамейке и хватая свои вещи. ‐ Я знаю, что облажался.

— Ты облажался, — согласился он, не утруждая себя ложью, когда схватил свою сумку. ‐ Ты увидел пару красивых сисек, легкую жизнь, и ты позволил своему работающему тогда члену думать за тебя. — Пожав плечами, он закинул сумку на плечо и сказал: — Вот результат. Еще один прилипало, который не даст, нахуй, уйти.

— Ну, мой член больше не думает, — выпалил я.

— Слава богу. И, чего бы это ни стоило, я бы тоже потерял свое дерьмо, — сказал он мне. — Если бы какая-то сука так говорила о Клэр, я бы снес все на голове.

— Это моя вина, что с ней случилось, — прорычал я. — У Шэннон проблемы из-за меня.

— Нет, — поправил Гибси, а затем покачал головой. — Хорошо, да, у нее проблемы, но это не твоя вина, парень.

— Белла не оставит меня в покое, Гибс. — Прерывисто выдохнув, я провел рукой по волосам и зарычал. — Она не остановится.

— Не мог бы ты поговорить со своим отцом о получении, я не знаю, судебного запрета или чего-то в этом роде?

— За что, Гибс? — Я выстрелил в ответ, взволнованный. — За то что раздражает в школе?

— И преследует тебя по пабам, — вставил он.

Я покачал головой:

— Нет, единственное ограничение, которое следовало сделать, это то, что я сдерживал свой член.

Гибси смеялся, когда мы выходили из раздевалки:

— Сдерживай свой член.

— Это не смешно, — рявкнул я. — У меня не было секса с ней с Хэллоуина. Сейчас март, Гибс. Гребаный март. Можно подумать, она уже забыла об этом.

— Тебе следовало остановить это еще тогда. — Он открыл дверь в холл, и мы оба вышли на редкое послеполуденное солнце. — Ты позволил этому соскользнуть в январе, Джонни.

— Да, ну, у меня было о чем подумать, — фыркнул я, спускаясь по ступенькам. — И она закончила это, так что я понятия не имею, почему она просто не уйдет.

— Ты знаешь, почему она не уходит, парень, — ответил Гибси, подталкивая меня в плечо, когда мы шли на парковку.

Я тяжело вздохнул.

Да, я знал.

Гребаное регби.

— Ты можешь мне кое-что пообещать? — сказал он тогда, вытаскивая ключи от машины и открывая свой блестящий новый FordFocus.

— Да, парень, — вздохнул я, закидывая сумки в багажник машины.

— Обещай, что ты никогда не вернешься туда, каким бы чертовски заманчиво ни было.

Я не согласился с ним. — Гибс, я бы не вернулся туда, даже если бы она была последней девушкой на этой проклятой планете.

Он рассмеялся над моим ответом и забрался на водительское сиденье.

— Я серьезно, — сказал я ему, опускаясь на пассажирское сиденье. — Я бы не прикоснулся к этой девушке снова, если бы она была единственным лекарством от моего не эякулирующего члена… — Я остановился, чтобы пристегнуть ремень безопасности. — Я бы предпочел всю оставшуюся жизнь ходить с синими яйцами и сморщенным членом, чем снова прикоснуться к ней. Вот насколько она меня отталкивает.

— Что ж,