Муки обольщения - Джо Гудмэн

— Вы считаете, я поступила не правильно? Ведь я отдала им чужие ценности. Но ведь ничего другого у меня при себе не было.

— Вряд ли я имею право осуждать тебя. Ты спасла мне жизнь, — искренне ответил Ной. — Я благодарен тебе за это.

Джесси почувствовала неловкость.

— В вас стреляли потому, что вы хотели помочь мне. Я была вашей должницей.

— Ну что ж, теперь мы в расчете. — Ему очень хотелось сказать ей больше слов благодарности, но тело напомнило о более неотложных делах. Откашлявшись, он посмотрел куда-то вдаль, через плечо Джесси, поинтересовавшись:

— Мне хочется… то есть мне нужно… а где в комнате ночная ваза?

Джесси покраснела.

— О да, конечно. — Она достала то, что просил Ной, из нижнего ящика ночного столика. — Оставляю вас одного.

Ной засмеялся, скорчившись от боли.

— Да, думаю, так будет лучше всего. Я справлюсь сам. К тому времени, когда он свесил ноги с кровати, Джесси уже вышла из комнаты.

Как только Гедеон увидел ее, начал извиваться на руках Мэри.

— Ма. Ма. Ма!

Сердце Джесси тотчас растаяло, и в ту же минуту любая ложь Ною была оправдана в ее глазах.

— Мэри, ты слышала? Он действительно назвал меня мамой?

Подруга радостно засмеялась, решив, что лучше не стоило говорить Джесси о том, что весь сегодняшний день малыш почти все вокруг называл мамой.

— Может быть, ты покормишь его? — спросила Мэри. — Я разварила овсяные хлопья.

— Хорошо, давай мне мальчика. — Джесси села и положила Гедеона на колени. — Мистер Маклеллан пришел в себя.

Мэри чуть не уронила миску, которую ставила на стол. Она успела поймать ее на лету, не дав упасть на пол.

— Почему ты мне не сказала сразу?

— Ну вот сейчас сказала. — Джесси взъерошила темные детские волосики. — Только не входи пока туда.

— Почему?

— Мистер Маклеллан… ну, в общем… он занят.

— Понятно. — Мэри отошла от двери спальни, взяла вещи, нуждавшиеся в починке, и тяжело уселась на стуле. — А когда он очнулся?

— Совсем недавно. — Джесси вытерла рот и щечку Гедеона краем своего передника. Казалось, малыш особенно любил есть овсянку, когда Джесси надевала этот фартук.

Она помахала очередной ложкой с кашей перед носом малыша и, когда тот рассмеялся, сунула ее ему в рот. — Он задал мне несколько вопросов.

Мэри вдевала нитку в иголку.

— Ну? Ты мне расскажешь, о чем он спрашивал?

— Тише. Не шуми так. Ты что, хочешь, чтобы он услышал нас?

— Что же все-таки произошло?

— Вначале он спросил меня, где получил ранение и как очутился в этом доме. Я рассказала ему историю, которую мы с тобой придумали заранее.

— Отлично. Немного правды и немного… остального.

— Остальное называется ложью, Мэри. И ничего хорошего из этого выйти не может.

Мэри позволила подруге выговориться, чтобы той стало легче. Приложив заплатку к оборванному колену на брюках мужа, она обметала ее.

— Тебе не кажется, что уже пора проверить, как себя чувствует мистер Маклеллан? — выдержав паузу, поинтересовалась она.

Именно этого Джесси и не хотелось делать в данную минуту. Она еще не подготовилась к продолжению беседы с Ноем. Сказав, что не может оставить Гедеона, Джесси попросила Мэри пойти взглянуть на американца.

Мэри очень обрадовалась такой просьбе. Но, обнаружив Ноя спящим, она явно огорчилась, что не сможет переброситься с ним парой слов. Мэри вынесла из спальни горшок, не обращая внимания на улыбку Джесси, и отнесла его в уборную. Когда она снова возвратилась в дом, Джесси уже хозяйничала у камина, помешивая в кастрюле куски ветчины и сладкие бобы. Гедеон лежал у нее на коленях.

Поставив горшок в комнате Ноя, Мэри вновь принялась за штопку.

— Впредь вынос его горшка будет входить в твою обязанность. Мне кажется, я уже не работаю прислугой в вашем доме, поэтому избавь меня от этого занятия.

Джесси усмехнулась:

— Когда ты работала в доме моих родителей, ты никогда не выносила горшки. И не пытайся доказать мне обратное. Мама всегда говорила, что ты не годишься для этой роли.

— Леди Анна была права. Она так же радовалась моему уходу, как и я сама, когда оставила вас.

— А я скучала по тебе, — честно призналась Джесси. — Возможно, маме и не нравилась наша дружба, но я пропала бы без тебя.

Мэри доставили огромное удовольствие слова подруги, отчего кончики ее ушей покраснели. Она быстро наклонила голову и продолжила пришивать заплатку к брюкам Дэви.

Улыбаясь, Джесси сняла кастрюлю с камина и наполнила ветчиной с бобами миски для себя и для Мэри. Положив аккуратно ребенка на расстеленное на полу одеяло, Джесси принялась за еду, чувствуя, что ей снова предстоит взяться за работу по дому. Поскольку в прошедшую неделю все свободное время она заботилась о Ное, ведение хозяйства в основном ложилось на плечи Мэри, и сейчас Джесси была решительно настроена поделить все обязанности пополам. В первый раз со дня ограбления они ели и просто болтали по пустякам, не упоминая имени Ноя. — Полагаю, этот негодник тоже живет здесь? Мэри и Джесси одновременно удивленно подняли головы при звуке незнакомого голоса. С трудом стоя на ногах, Ной прислонился к открытой двери их комнаты. Он был в брюках, но без носков и ботинок. Его рубаха была застегнута на верхнюю пуговицу и частично заправлена в брюки. Очевидно, одеться ему помешал Гедеон. Мэри поразил, а Джесси успокоил тот факт, что Ной абсолютно не выглядел раздраженным из-за поступка ребенка. Его даже, казалось, забавляло кривляние Гедеона, которого он держал на своих руках. Мэри отметила про себя, что Маклеллан был привлекательным мужчиной. Джесси предпочитала совсем не Думать об этом.

— Я немедленно заберу его, — сказала она, поспешив через комнату к Ною с вытянутыми руками. — Тебе не следовало ползать туда, — стала бранить она Гедеона. — Простите мистер Маклеллан, мы с Мэри и не заметили, как он исчез из комнаты. Понимаю, что это не очень хорошо с Моей стороны, но, уверяю вас, обычно я лучше присматриваю за ребенком…

— Все в порядке, — улыбнулся Ной, — ему просто везде интересно побывать, так же, как и мне.

Он взглянул на Мэри и поклонился ей. Затем, подойдя к столу, представился. Его шаги были медленными, несколько раз он останавливался, морщась от боли, но пытался не обращать на это внимания.

Широко открыв рот, Мэри, запинаясь, произнесла свое имя.

— Очень рад познакомиться с вами, Мэри Шоу. Я уже знаю, что вы подруга моей спасительницы. Я признателен за вашу заботу обо мне.

У Джесси округлились глаза, когда Мэри, поднявшись со своего стула, предложила Ною присесть. Она никогда не видела подругу с глупой улыбкой на лице, но почему-то такую реакцию вызвал у нее американец.