Волна страсти - Джуд Деверо

— Да не знаю я, не знаю! — пробормотала Фиона, закрывая уши руками. — Все, что могла, уже вспомнила! Больше мне нечего добавить.

— Но мы так ничего и не выяснили, — возразил Ас. — Должны быть нити, связывающие нас. Или люди.

— А может, Рой выбрал меня по одной причине, а тебя — по другой? Может…

— Тогда что связывает тебя и меня с ним?

— Не знаю, — беспомощно повторила Фиона и села на крыльцо.

Весь день Ас занимался только выяснением, почему Рой решил оставить деньги именно им.

— Чувство вины, — предположил Ас. — Он чувствовал себя виноватым за какие-то пакости по отношению к нам или нашим близким. Но какие?

Они силились вспомнить, но ничего, в чем мог быть виноватым Рой, на ум не приходило.

Сегодня утром Ас сказал, что нужно уходить из этого дома и найти место понадежней. Фиона обрадовалась, потому что своей пустотой дом нагонял на нее тоску, почти депрессию. Девушка и не подозревала, что по сравнению с местом их будущего пребывания этот уголок покажется ей просто дворцом.

Ас собирался отвезти ее в «дом своего детства», где он вырос.

Она собирала сумки, складывая в них одежду незнакомого ей человека и не догадываясь, что их ожидает. Из этой поездки Фиона усвоила лишь одно: нельзя заказывать завтрак и обед в номер.

— А где мы будем доставать еду? — спросила она.

— Наверное, на земле и воде, — пожал плечами Ас.

Фиона постаралась удержаться от истерики и вспомнить, что читала «Сад и огород» и «Обитатели морей».

— Значит, все-таки начнем ловить рыбу? — пробормотала она.

Ас перестал складывать вещи и посмотрел на нее:

— Если ты думаешь, что двое самых опасных преступников Америки могут пойти в продуктовый магазин, то ошибаешься.

Он скользнул глазами по всем ее ста восьмидесяти сантиметрам и добавил:

— Тебя узнать особенно легко.

Ас был прав, хотя напрасно дал ей почувствовать, будто ее рост — физический недостаток. Фионе очень хотелось заметить, что не все женщины — гномы-переростки, но, в конце концов, пора передать власть разуму, а не эмоциям.

— Ты собираешься? — крикнул Ас. После утренних новостей, в пух и прах разбивших его теорию о том, что отсутствие у них мотива убийства говорит об их невиновности, он превратился в монстра.

— Я тут вспомнила кое о чем, — мягко сказала Фиона. — Пару лет назад Кимберли попала в такую ситуацию, что ей пришлось скрываться. Чтобы ее не узнали, она носила накладные усы и мужскую одежду.

— Ну и друзья у тебя! — съязвил Ас. Она проигнорировала его замечание и вытащила из ящика стола черный шарф из вискозы размером с небольшую скатерть.

— Ну и что дальше? — спросил он. — У нас нет времени на…

Он замолк на полуслове: Фиона обмотала шарф вокруг головы, часть его натянула на лицо и превратилась в мусульманку.

Несколько секунд Ас размышлял, а потом пошел в ванную, принес оттуда бронзовый крем и начал мазать им руки и лицо.

— А ты, оказывается, не глупа, — ласково заметил он.

Никогда еще комплимент не доставлял Фионе большего удовольствия, но она постаралась это скрыть и лишь усмехнулась.

Шарф сделал полдела: он прикрывал только верхнюю часть тела девушки, и, поскольку у нее не было длинной черной юбки, из-под него виднелись брюки и старые кроссовки. Зрелище в высшей степени странное.

— Мы возьмем машину моего друга, — сказал Ас и пошел в кухню.

Там он начал вынимать из шкафа продукты и складывать их в бумажные пакеты.

— Заберем отсюда все, что сможем. Нам нужно экономить деньги. Сколько у тебя? — спросил он, доставая из шкафчика чистящие средства.

«Куда бы мы ни поехали, там не будет горничной», — подумала Фиона. И ответила:

— Около пятидесяти долларов. Я собиралась воспользоваться кредиткой, но мне так и не удалось.

— Вот здорово! Именно по той же причине у меня всего двадцать долларов. Мы должны, — он посмотрел на нее, — продержаться как можно дольше. Готова?

— Вроде бы, — ответила она и опустилась на табуретку. — Должна признаться, что..

Она хотела сказать о своем страхе, но Ас не дал ей открыть рот. Он притянул ее к себе и крепко поцеловал. Это был подбадривающий поцелуй, и она поняла, что он гоже боится и что лучше будет, если они в этом друг другу не признаются.

Сработало. Ас отошел, искоса посматривая на нее. Он хотел, чтобы она приняла решение самостоятельно. Он ни к чему ее не принуждал.

Поднявшись, она расправила плечи и глубоко вздохнула:

— Готова, сахиб! Ас засмеялся:

— По-моему, это хинди, а не арабский.

— Какая разница! Пойдем!