Сердце вне игры - Хелен Бьянчин

Наступил прекрасный вечер раннего лета. По мере того как сгущались сумерки, небо бледнело. Уличные фонари зажигались, пока Хавьер вел свой «мерседес» по широким улицам, вдоль которых росли деревья. Они с Роми ехали в роскошный отель, где должен был состояться благотворительный прием.

«Все пройдет хорошо, — убеждала себя девушка, пытаясь успокоиться. — В прошлом ты несколько раз сопровождала Хавьера на подобные мероприятия. Там непременно будут люди, с которыми ты уже встречалась».

Платье от Колетт Динниган подчеркивало ее стройную фигуру. В нем сочетались разнообразные оттенки синего, изумительно гармонировавшие с ее светлыми волосами, собранными в сложный узел. Босоножки на высоком каблуке добавляли Роми несколько дюймов роста. Макияж был неброским и естественным. Бриллиантовые серьги и подвеска довершали образ жены миллиардера.

Ей целых пять часов придется улыбаться, вести светскую беседу, пить дорогое вино и пробовать кулинарные шедевры.

Выдержит ли она?

— У тебя нет причин для волнения, — сказал Хавьер, и Роми криво усмехнулась.

— Тебе легко говорить.

— Мы делали это и раньше, если помнишь.

— Ключевое слово здесь «раньше».

Три года назад она была безумно в него влюблена и ей все казалось по плечу. Теперь обстоятельства изменились.

— Расслабься.

«Как будто это возможно».

Роми бросила на него красноречивый взгляд, после чего уставилась в окно. Вскоре они свернули на подъездную аллею, ведущую к отелю. Когда они припарковались рядом с другими автомобилями, служащий в униформе открыл пассажирскую дверцу и помог Роми выбраться из машины. Она едва заметила, как Хавьер присоединился к ней, и служащий сел за руль, чтобы поставить автомобиль в подземный гараж. Ее ослепили вспышки камер, и она изобразила на лице улыбку.

Хавьер де Васкес интересовал прессу не только благодаря своему положению в мире большого бизнеса, но и своей щедрости по отношению к благотворительным организациям.

Присутствие рядом с ним Роми породит волну слухов и домыслов, не говоря уже о наличии у них обоих обручальных колец. Бесспорно, все это свяжут с делом Андре Пикарда, и выводы будут однозначны.

И что с того? Разве она может повернуть назад и убежать?

Она станет улыбаться до тех пор, пока у нее не заболят лицевые мышцы, непринужденно болтать с другими гостями, словно у нее все в порядке.

Догадывается ли Хавьер, как ей тяжело притворяться?

Мероприятие проходило в бальном зале отеля, и многочисленные гости уже собрались в примыкающей к нему просторной гостиной. Между ними сновали официанты с подносами.

Мужчины разных возрастов были в темных костюмах, накрахмаленных белых рубашках и бабочках Их сопровождали женщины в платьях от кутюр, с безупречными прическами и макияжем. Стоимость их драгоценностей равнялась годовому бюджету отдельно взятой страны третьего мира. Разумеется, целью их прихода сюда было похвастаться друг перед другом новыми нарядами и украшениями, посплетничать и проследить за тем, чтобы их мужья не флиртовали с другими женщинами.

«За некоторыми из этих дам тоже нужен глаз да глаз», — подумала Роми, наблюдая за тем, как одна женщина средних лет кокетничает с молодым человеком, годящимся ей в сыновья.

Появление Хавьера, разумеется, не осталось незамеченным. К нему уже подошла ослепительная красотка. Сейчас она, наверное, спрашивает у него: «Разве это не твоя бывшая любовница? Роми, кажется? Ее фамилия вертится у меня на языке».

«Успокойся, — приказала себе Роми. — Продолжай притворяться».

— Хавьер, — промурлыкала красотка, — дорогой, познакомь меня со своей… э-э… спутницей.

Пауза, безусловно, была сделана нарочно, и губы Роми изогнулись в дразнящей улыбке.

— Маделейн, — вежливо произнес Хавьер, — это моя жена Роми. — Он взял руку Роми и поднес к своим губам. — Querida, это Маделейн Форбс-Смит.

— Жена?

Удивительно, сколько разных эмоций может вызвать одно-единственное слово. Удивление, потрясение, возмущение. Раззадоренная этим, Роми придала своему лицу восторженное выражение.

— Да, — подтвердила она.

— Я понятия не имела. — Женщина попыталась изобразить на лице радость. — Должно быть, вы поженились совсем недавно?

— Неделю назад, — протянул Хавьер, томно улыбаясь.

— Примите мои поздравления. Я очень рада за вас обоих.

Улыбка Маделейн была такой же фальшивой, как ее красивые длинные ногти.

— Как мило с вашей стороны, — вежливо сказала Роми. — Спасибо. — Наклонив голову, она ослепительно улыбнулась Хавьеру: — Дорогой, ты не мог бы принести мне шампанского?