Однажды ты не ответишь - Дора Коуст

В своем городе я часто вместе с подругами ходила по магазинчикам, рассматривая новые товары и коллекции, которые доходили до нашего Мухосранска. Конечно, до высокой моды там было далеко, но я всегда умела находить особые вещи, которые бы смотрелись на мне шикарно.

И пусть я очень редко покупала что-то новое, почти не просила у мамы денег без необходимости, но консультанты и не обязывали покупать. Иногда, конечно, ругались, когда видели, что мы фотографируемся, но в основном относились с пониманием. Они ведь тоже когда-то были молоденькими девушками.

— Улька, ты ли это? Я глазам своим поверить не могу! — схватил меня за плечи какой-то парень с копной темных волос. — Как я по тебе соскучился!

Меня в объятиях сжимал совершенно незнакомый мне человек. Стояла, словно меня молотком по голове ударили, а он все продолжал говорить о том, как рад меня видеть.

— Это же сколько лет мы не виделись? — заглянул он мне в глаза, никак не отпуская. — Пойдем хоть в кафешке посидим? Как ты здесь очутилась?

Он упрямо тащил меня в сторону ресторана, чья вывеска переливалась желтыми огоньками. Я тормозила изо всех сил, цеплялась руками за все, что попадалось, но парень меня как будто не слышал.

— Простите, мы точно знакомы? — в который раз переспрашивала я, судорожно оглядываясь по сторонам.

На нас никто не обращал внимания, а те, кто все-таки заинтересовался колоритной парочкой, увидев мой испуг, предпочитали пройти мимо.

В том, что я совершенно точно не знаю этого человека, я не сомневалась. Пусть я плохо запоминала имена, но у меня была хорошая память именно на лица. Я с уверенностью могла сказать, что этого парня я не видела ни разу в жизни, да и знакомых во Франции у меня как таковых не было, а этот тип говорил именно на французском.

— Вот, садись сюда. Да ко мне поближе садись, сколько не виделись? — улыбался парень, прижимая меня к себе поближе. — Два кофе нам и пирожные, — кивнул он подошедшему официанту, который, черканув заказ в блокноте, тут же удалился.

— Вы меня с кем-то перепутали, — попыталась я отодвинуться, но меня больно рванули обратно, а под столом раздался щелчок.

Страх вынудил сердце бухнуться куда-то в пятки, а наружу выбралась икота — как первый признак того, что моя попанька таки нашла себе приключения. Сразу вспомнила про банковскую карту и свои родные 128 евро. Сейчас отберет все до копейки, а меня Антуан прибьет. Черт, да тут живой бы выбраться!

Я уже хотела вовсю запаниковать и даже закричать собиралась, когда меня перебили тихим и сухим:

— Пикнешь, и я моментально проделаю в тебе дыру.

Бегло осмотревшись по сторонам, я поняла, что помощи ждать не от кого. Зал был почти пуст — только рядом с барной стойкой разместились несколько посетителей. Кроме того, парень специально занял столик рядом с выходом и сам сел ближе к дверям. Он успеет сбежать, если я закричу, но сама я навряд ли тогда выберусь отсюда невредимой.

— Что вам нужно? — просипела я, а голос мой, словно расстроенное пианино, невероятно фальшивил.

— Небольшая услуга, — оскалился он, царапая острием складного ножика ткань моего платья.

За следующие пять минут я так и не притронулась к чашке с кофе, хотя во рту было сухо как в пустыне. Руки, ноги — все тело сотрясало мелкой дрожью, а я понимала, что выбора как такого мне не оставили. Слова звучали страшно, угрожающе, дико. Этот парень в ультимативной форме требовал от меня шпионить за Антуаном и докладывать обо всем ему посредством сообщений. Даже телефон мне в сумку закинул — не слишком дорогой смартфон, который теперь был у меня по счету третьим.

Не понимала, каким я вообще здесь боком. Тысячу раз прокляла Антуана, пока этот тип с милой улыбочкой проговаривал все то, что он сделает с Екатериной Громовой, которая живет в Мухосранке по адресу Вокзальная, 79, если я попробую обмануть его или сбежать. Я даже не дышала временами. Сознание уходило в темноту, но вновь возвращалось обратно туда, где мне впервые в жизни было настолько страшно. И нет, не за себя. За единственного по-настоящему дорого мне человека, который совсем не виноват в том, что я в очередной раз влипла.

— Я жду сообщения каждый час, — бросил он деньги на стол, поднимаясь.

Не знаю, сколько я просидела в ресторане, бессмысленно глядя в одну точку. Просто в какой-то момент в моей голове щелкнул выключатель и зажегся свет. Взяв чашку с холодным кофе, я сделала большой глоток и, забрав со стола сотенную купюру, поменяла ее на полтинник, чтобы незаметно достать из сумки телефон, выданный мне Антуаном.

Делала вид, что ем пирожное, а сама одним глазом косилась в экран смартфона, набирая сообщение начальнику. Писала короткими рваными фразами, стараясь передать главный смысл. Если меня нашли здесь и знают, кто я, значит, следили за мной от самого дома. Возможно, следят до сих пор, поэтому звонить не стала. Да и прослушка могла быть на телефоне, который мне выдали.

Убавив звук до минимума, с замиранием сердца ждала ответа и молилась всем богам, чтобы у Антуана имелось решение свалившейся на нас проблемы. Проталкивала в горло пирожное, запивая его уже второй чашкой, когда мне все же пришел ответ:

«Веди себя так, будто ничего не произошло. Встретимся дома».

Внутри меня из раза в раз вместе с дрожью накатывала волна страха. Меня мутило, тошнило, а перед глазами плясали темные мушки. Если бы у меня спросили, что я покупала или заказывала в этот день, я бы точно не смогла вспомнить. Что-то мерила, за что-то расплачивалась. Долго стояла в бутике детской одежды, рассматривая мягкие спортивные костюмы из бархатной ткани. На полчаса точно зависла в игрушках, покупая для нас с Адель настольные игры. Раньше мы с мамой часто играли по вечерам, но потом я выросла, и стало некогда.

— За продуктами? — спросил Кристоф, перехватывая меня у выхода из торгового центра.

Взглянув на него, не сразу сообразила, что от меня хотят. Потерянно кивнула, не способная вымолвить хоть слово. Если бы мужчина мне не помогал, я бы, наверное, так и не купила продукты. Кристоф сам говорил с поставщиками, оформлял заказ. Следил, чтобы все погрузили в машину, пока я сидела внутри, раз за разом проверяя телефон. Все надеялась, что Антуан напишет еще смс, чтобы успокоить меня, но служебный телефон молчал.

— Мадам, с вами все хорошо? — забравшись в машину, обернулся ко мне Кристоф.

— Я не мадам, а мадмуазель, — исправила я излишне грубо, но тут же в этом раскаялась. — Простите, я просто устала.

За эти три часа я успела отправить три сообщения. «Купила одежду», «Купила настольные игры», «Купила продукты» — было напечатано в них. Боялась, что, если совсем ничего не отправлю, этот человек может навредить маме. Уже позвонила ей из торгового центра. Спросила, все ли у нее хорошо, и, получив утвердительный ответ, хоть немного успокоилась. Она была занята — спешно собиралась на работу, — поэтому мы договорились, что созвонимся завтра. Правда, до завтра я уже сойду с ума.