Весна художника - Анастасия Малышева

— Куда ты меня везешь?

Елена выглядывала в окно, с трудом, кажется, удерживая в узде свое любопытство. Я лишь невинно улыбнулся, пожав плечами, и перестроился в крайний правый ряд, чтобы не пропустить нужный поворот.

С момента начала нашей «дружбы» прошло уже пару недель. Схему «выход в окно» мы отработали практически до автоматизма. Я выучил расписание занятий йоги Елены, и в нужное время поджидал её возле окна. Стоит отметить, что я так не чудил ни во времена школы, ни тем более в институте. Но мне это даже нравилось. Привычный спокойный и размеренный ритм моей жизни сбился, подчинившись звонку телефона и входящим сообщениям.

Но это было даже интересно. Мы действительно хорошо проводили время, хоть и довольно однообразно. Встреча, посиделка в ближайшем кафе, с кофе и разговорами, после чего я доставлял девушку обратно. Кто-то скажет «скучно», но нам было интересно друг с другом. И только это имело значение.

Постепенно Елена привыкала ко мне и переменам, которые я, по всей видимости, принес в её жизнь. Первые дни она постоянно дергалась от любого постороннего шума и шороха, судорожно втягивая голову в плечи и пытаясь стать как можно более незаметной. Но с каждой встречей она все больше расслаблялась, чаще шутила и потихоньку оживала. Очень, кстати, приятная перемена.

Еще я ввел маленький ритуал. Во время наших встреч я сам не замечал, как машинально доставал карандаш или ручку и начинал бездумно рисовать на салфетках. При этом на бумагу я вообще не смотрел, обращая всё внимание на собеседницу, а рука сама что-то выводила. Чаще всего это были просто узоры или цветы — на большее, по всей видимости, мой мозг не был способен. Но Елене, кажется, мои порывы нравились, поэтому, перед расставанием я всегда отдавал салфетку ей, на память. Может, она их и выбрасывала потом, но это меня уже волновало не сильно. Главное — передать.

Мы говорили обо всем. Ну, почти — были же и ограничения. Но всё, что не переходило рамки — обсуждалось нами взахлеб. Я узнал, что Елена была единственной дочерью своих родителей. В этом мы были схожи — братьев и сестер у меня тоже не было, их мне заменил Дэм. Причем, я часто шутил что он была реально два в одном — и сестренка, и братишка. Кот ругался, кричал, обижался, пару раз лез драться, но потом остывал.

У Лены же никого, настолько близкого, как оказалось, не было. Подружки были, но это, по словам девушки, было не то. Так вышло, что она была из довольно обеспеченной семьи, училась в частной школе, и одноклассники у нее были, как один, все породистые, наглые и высокомерные. Не самая лучшая компания.

Зато в университете, кажется, блондинка отрывалась по полной. Такой вывод я сделал, когда на вопрос о временах студенческих девушка чуть покраснела и, заправив за ухо прядь волос, ответила:

— Рано тебе еще такое знать обо мне.

Ну, рано так рано. Подождем еще.

Так вот, о том, куда мы ехали. Дело в том, что мои друзья, разумеется, заметили некоторые перемены и в моем поведении, и в настроении. Да и отлучки не остались без внимания. Оказывается, у меня слишком проницательные товарищи. Черт.

В общем, пришлось сказать им, что у меня появился новый…кхм…друг. Мари, разумеется, итак была в курсе. Как и Андрей — оказывается, от супруга наш рыжик ничего не скрывает. Парни посмеялись надо мной — надеюсь, по-доброму — и изъявили желание познакомиться с Леной. Пару дней я обмозговывал эту мысль, а потом подумал — почему нет? Да, моя танцевальная семья — те еще питекантропы, но не думаю, что они могут сильно испугать девушку.

Поэтому — да, я вез ее именно в школу. Тут еще наложился тот фактор, что я удрал с репетиции, а у нас на носу было выступление в новом клубе. Поэтому Данчук, включив режим капитана, велел возвращать свой зад обратно как можно скорее. Ослушаться Длинного, когда он расправлял грудь колесом и врубал командирский тон — о нет, на такое я не был способен.

— Что это за место? — поинтересовалась Елена, выходя из машины.

— Это мой третий дом, — отозвался я, включая сигнализацию.

— Не многовато? — приподняла бровь девушка, — Даже у меня их всего два. Ну, не считая дачи.

Я только фыркнул. О том, что Лена не бедствует, я итак догадывался — она вскользь обмолвилась, что ее муж весьма преуспевающий бизнесмен и часто мотается по стране. Так что вот этот жест был совершенно лишним. Хотя, по хитринкам в серых глазах я понял, что она шутит надо мной.