Гадкий утенок - Айрис Джоансен

– В чем же эта цель? Спасать меня от разрушительного воздействия кофеина?

– И от этого тоже, – задумчиво ответила Таня, а потом помолчав, сказала, постучав ногтем по фотографии: – Ты должен найти для нее цель в жизни.

– Давай займемся ее лицом вплотную.

Он нажал кнопку, и на дисплее появилось лицо Нелл Калдер.

– Скулы?

– Повыше, – ответила Таня. Джоэл поднял скулы чуть повыше.

– Достаточно?

– Еще чуть-чуть… Теперь хорошо. – Таня наморщила лоб. – Курносый нос нам ни к чему. Он по-своему симпатичен, но к скулам не идет.

Джоэл стер нос, пририсовал вместо него изящный, римский.

– Нравится?

– Пока не могу сказать. Давай дальше.

– Рот…

– Рот пусть остается.

– Тогда челюсть нужно сделать чуть помассивнее. – Он поправил линию подбородка. – А глаза?

Таня склонила голову набок.

– Можешь чуть поднять кверху уголки, как у Софи Лорен? – Для этого понадобится несколько швов.

– Зато эффект будет потрясающим, не находишь? Либер слегка изменил форму широко расставленных глаз. Все лицо сразу переменилось, в нем появилась сила, энергия, экзотичность. Однако крупный, чувственный рот придавал чертам уязвимость и женственность. Идеала классической красоты не получилось, но отвести глаз от этого лица было совершенно невозможно.

– Немножко от Софи Лорен, немножко от Одрн Хепберн, – прошептала Таня. – Неплохо, но над носом нужно еще немножко поработать.

– Еще бы, ведь я сделал его без твоих советов, – сухо заметил Джоэл.

– Он слишком тонковат. – Таня придвинулась к дисплею вплотную. – В принципе, уже хорошо. Из-за таких лиц в истории начинались войны.

– Ты имеешь в виду Елену Прекрасную? Пока наша Нелл на греческую богиню никак не похожа.

– По-моему, Прекрасная Елена не была богиней. Просто у нее было такое лицо, что мужчины никак не могли на него наглядеться. Задача ясна?

– А мы не перестараемся? – засомневался Джоэл – Перемена может оказаться слишком разительной. Ты подумала о психологической травме?

– Насколько я понимаю, она и так травмирована. Вряд ли превращение в Прекрасную Елену потрясет ее больше, чем то, что уже случилось. Если у нее больше нет смысла в жизни, пусть по крайней мере будет оружие. Это очень важно.

– Так вот почему ты захотела, чтобы я тебя оперировал?

Таня кивнула:

– Да. Шрамы для меня не имели значения, но я знала, что окружающим они не понравятся. Мне нужно было строить новую жизнь, а уродов люди сторонятся.

– Я могу сделать ей твое лицо, – улыбнулся Джоэл. – Оно не такое уж плохое.

– У меня очень хорошее лицо, но мне вовсе ни к чему, чтобы у меня появилась соперница. Рано или поздно ты признаешь, что не можешь без меня жить. Если будет две Тани, ты вконец запутаешься. Пусть уж лучше у нее будет свое собственное лицо. Давай-ка, сделай ей нос чуть-чуть потолще.

* * *

Танек встретил Джоэла, когда тот выходил из палаты Нелл. Дело было на следующий день, вечером.

– Ни о чем не спрашивай, – буркнул Джоэл и помахал листом бумаги. – Она без разговоров подписала согласие на операцию.

– Подписала?

– Да. Я стал объяснять ей, в чем будет состоять операция, показал ей компьютерную распечатку ее нового лица. По-моему, она меня не слушала. Во всяком случае, ей было наплевать. – Джоэл провел рукой по волосам. – А вдруг она потом подаст на меня в суд?

Николас покачал головой;

– Не подаст.

– Откуда ты знаешь? Это не человек, а зомби.

– Обещаю. Гарантирую тебе полную защиту от судебных и прочих неприятностей.

– В самом деле? Между прочим, опять звонил Кэблер.

– Пусть в следующий раз твоя секретарша посоветует ему обратиться на кладбище.

– Это еще почему?

– Потому что вчера Нелл Калдер скончалась.

– Что-что? – уставился на него Джоэл. – Что ты натворил?

– Ты здесь ни при чем. Просто не вступай ни в какие объяснения с Кэблером. Если он обратится в госпиталь за справкой, ему сообщат, что Нелл Калдер скончалась от ран и похоронена.

– А если Кэблер наведет справки в похоронном бюро?

– Там есть запись о кремации. Завтра в газете появится некролог.

– Я просил тебя принять меры предосторожности, но не до такой же степени! Это переходит все границы!

– Что сделано, то сделано.

– И как, по-твоему, отнесется Нелл Калдер к факту своей безвременной смерти?

– Когда все утрясется, она сможет объявить, что слухи о ее смерти несколько преувеличены.

– Что значит «утрясется»?

– Дело в том, что она не относится к категории «невинно пострадавших». Она стала жертвой спланированной акции. Возможно, ей и сейчас еще угрожает опасность.

– Господи, а ты не мог мне раньше сообщить, во что ты меня впутываешь?

– Было такое намерение, но я передумал. Процесс принятия решения стал бы для тебя более мучительным, – Танек улыбнулся. – А решение все равно было бы таким же, не правда ли?

– Значит, ты морочил мне голову, чтобы я поменьше волновался? – саркастически осведомился Джоэл.

– Ну, и к тому же мне не хотелось тратить время на пустые споры. Ставить людей перед фактом всегда проще.

– Еще бы.

– Уж можешь мне поверить.

– В регистрационной карточке написано, что лечащий врач – Джоэл Либер. Значит, я и буду отвечать за фальсификацию.

Николас покачал головой:

– У меня есть официальный документ за твоей подписью, где написано, что ты слагаешь с себя полномочия лечащего врача. Если понадобится, я предъявлю эту бумажку.

– Кто тебя знает…

– Уж в этом можешь не сомневаться. – Николас посмотрел ему прямо в глаза. – Я пообещал защитить тебя, а я всегда держу свое слово.

Либер кинул на него взгляд исподлобья. Он знал, что Танек слов на ветер не бросает, однако от этого ему было не легче.

– Терпеть не могу, когда мною манипулируют!

– Я тобой не манипулировал. Я всего лишь немного поколдовал с регистрационными записями. – Танек взглянул на листок в руках хирурга. – Ты ведь на меня не сердишься? Я знаю, ты просто психуешь из-за пациентки. Ей не стало лучше?

– Она почти в коме. Тут я бессилен. Много ли ей будет проку от нового лица, если она проведет остаток дней в психбольнице?