Непокорный ангел - Джейн Фэйзер

— Я не господин Осберт, сэр Джеральд, и вы не в праве порочить мою честь, словно перед вами какой-нибудь Щенок! — Впервые в глазах Дэниела вспыхнул гнев. — Я уже говорил, что ваша дочь чиста, как мой собственный ребенок. Не сомневайтесь в моих словах.

— Моя дочь обещана другому, — сказал сэр Джеральд угрюмым голосом, не предвещавшим ничего хорошего.

— Я не выйду замуж за сэра Реджинальда! — воскликнула Генриетта.

— Выйдешь, если я прикажу тебе! — Он все еще держал ее за руку и сейчас угрожающе замахнулся на дочь другой рукой.

Она отвернулась, быстро пригнувшись, что убедило Дэниела, каким обычным делом были эти угрозы и их исполнение.

— Мой долг следовать закону, как я понимаю его, — сказал Дэниел. — Может быть, мы сумеем прийти к какому-то соглашению.

Сэр Джеральд явно сомневался.

— Что вы имеете в виду?

— Мне кажется, лучше обсудить это наедине, — спокойно сказал Дэниел. — Генриетта, проводи Уилла в его комнату и подумай, чем ему можно помочь. У него на подбородке чудовищный синяк.

— Не понимаю, — сказала она, — почему я должна уходить. Я тоже хочу послушать.

— Ты не должна принимать участия в обсуждении брачного договора, — напомнил он ей. — Это дело мое и твоего отца.

— Но разве я не должна сказать, желаю я этого брака или нет? — Она не стала бы противиться предложению сэра Дэниела и не стала бы задавать этот вопрос отцу, так как хорошо знала, что он ответит. Однако ей хотелось спросить человека, который самонадеянно решил устроить их совместную жизнь.

— Когда я закончу разговор с твоим отцом, мы обязательно поговорим с тобой, — пообещал он. — Тогда ты выскажешь свое желание.

— Пошли, Гэрри. — Уилл, пошатываясь, встал. — У меня так болит голова, словно внутри целый полк бьет в барабаны.

Генриетта все еще стояла, неуверенно глядя на Дэниела. Отец отпустил ее руку.

— Делай, что тебе говорят, — сказал он резко. — Если из этого что-нибудь выйдет, ты должна быть благодарна.

Генриетте было ясно: отец быстренько прикинул, что дело может оказаться стоящим. Сэр Реджинальд, вероятно, в этот момент отошел на второй план. Она подумала о возвращении домой, о своей мстительной мачехе, о том, что ждет ее в браке с сэром Реджинальдом и даже без него. Затем повернулась и открыла дверь.

— Пойду спрошу у хозяина, нет ли у него какой-нибудь мази, Уилл. А ты пока полежи на своей кровати.

Дверь за ними закрылась, и сэр Дэниел подошел к буфету.

— Хотите вина, сэр Джеральд, или предпочитаете бренди?

— Вина. — Казалось, старик потерял свою былую уверенность в этих новых обстоятельствах, однако все еще пытался возражать. — У меня уже есть хороший брачный договор для моей дочери. Вы должны отвечать многим условиям. Мне кажется, что если вы сторонник короля, то у вас мало шансов.

— А на чьей стороне были вы в этой войне, сэр? — осторожно спросил Дэниел, протягивая руку к оловянному кубку. — Смею сказать, что все останется между нами.

— Я за короля, — сказал сэр Джеральд, краснея. — Однако мало смысла в том, чтобы подвергать опасности свою семью и владения. В сорок шестом году я заплатил триста фунтов и теперь больше ничем не рискую.

Сэр Дэниел кивнул:

— Теперь мы все должны смириться и прийти к национальному согласию. Однако расскажите мне о своем долге. Если я возьму его на себя, то вы перестанете быть должником, когда Генриетта станет моей женой.

Будущий тесть хитро посмотрел на него:

— Смею сказать, она довольно хорошенькая девушка. Из знатного рода. Но у нее нет доли в наследстве.

— Почему же? — Дэниел потягивал вино и задал вопрос, почти не проявляя интереса. Просто раньше он никогда не слышал, чтобы девушка с таким социальным положением, как Генриетта, не получала ни пенни в виде приданого.

— Мне надо обеспечить еще трех дочерей. Эта же с момента ее рождения не доставляла ничего, кроме неприятностей. — Сэр Джеральд с отвращением покачал головой и осушил свой кубок. — Если вы хотите взять ее в жены, то для меня это просто чудесное избавление, но она ничего от меня не получит.

Дэниел криво усмехнулся:

— И при этом я беру на себя ваши долговые обязательства. Значит, таковы ваши условия?

— Да, сэр, — подтвердил сэр Джеральд с тем же хитрым взглядом. — Напомню, что вы сами предложили мне это. Я могу с тем же успехом выдать ее за сэра Реджинальда.

Дэниел кивнул, едва скрывая свое отвращение к такому отцу.

— Тогда давайте покончим с этим делом. — Он поставил свой кубок на буфет. — Сначала я поговорю с Генриеттой, а потом мы составим документы для судьи, который может одновременно зарегистрировать брак. — Его ироничный взгляд скользнул по лицу сэра Джеральда. — Полагаю, вы не заинтересованы в том, чтобы бракосочетание вашей дочери сопровождалось соответствующей церемонией?

— Вы правильно мыслите, сэр. — Джеральд снова наполнил свой бокал, ничуть не тронутый насмешкой. — Как я уже сказал, для меня это избавление.

Дэниел вышел из гостиной, закрыв за собой дверь с подчеркнутым спокойствием, хотя внутри у него все кипело от ярости, какую он никогда раньше не испытывал. Он должен купить бесприданницу у этого злобного хама, который сейчас, вероятно, самодовольно радуется, что совершил очень выгодную сделку.

Эти мысли трудно было скрыть, когда Дэниел вошел в комнату, где он располагался вместе с Уиллом. Уилл лежал на кровати, рядом с ним сидела Генриетта, приложив мокрое полотенце к его распухшему подбородку. Было ясно, что они вели оживленную беседу, которую резко прервали, когда вошел Дэниел. Генриетта тревожно посмотрела на него.

— Пойдем в твою комнату. Нам надо кое-что обсудить, — сказал он, держа дверь приоткрытой.

— Сэр, мне кажется, вы раскаиваетесь, необдуманно сделав мне предложение.

Ей было трудно говорить, и Уилл прервал ее:

— Черт побери, Гэрри. Не будь дурой. Я твержу ей это уже десять минут, сэр. Не упускай своего счастья. — Он оперся на локоть. — Она упряма, как дьявол, сэр, и думает, что вы сделали ей предложение только из жалости, а не потому, что действительно хотите этого.

— А с какой стати ему хотеть? — спросила Генриетта со слезами гнева на глазах. — Ты ведь не хочешь взять меня в жены, хотя мы поклялись в верности друг другу два года назад.

— Не то чтобы я не хочу этого, — запротестовал Уилл, — но мне кажется, я еще не готов к браку. Если бы ты могла подождать, пока я не достигну совершеннолетия, тогда, может быть…

— К тому времени меня обвенчают и уложат в постель с каким-нибудь дряхлым, вонючим стариком!

Дэниел почувствовал, что злость оставила его. Она никоим образом не относилась к Гэрри, и, конечно, несправедливо вымещать свои чувства на ней. Он ободряюще улыбнулся: