Счастливая находка - Энн Чарлтон

Назавтра в шесть часов вечера Александра увидела полицейскую машину, сворачивавшую к ее дому, и обомлела. Из нее вышли офицеры полиции (мужчина и женщина).

Бренна лежала на полу на матрасике и с серьезным видом трясла погремушку.

— Ах ты паразит, Райли! — Александра метнулась к телефону, подстегиваемая чувством обиды.

Райли сам снял трубку.

— Я просто хотела сказать тебе, что ты паразит, Райли, — прошипела она без всяких предисловий. — Можешь расслабиться, Райли. Больше ты не будешь испытывать ни неудобств, ни укоров совести от того, что какая-то бедная, отчаявшаяся мать назвала нас с тобой в своей записке. Тебе, видно, не терпится разорвать эту записку, ведь так? А может, уже разорвал? Надеюсь, сегодня ночью ты будешь спать спокойно.

Она замолчала, чтобы набрать побольше воздуха. В дверь уже стучали.

— Александра, что ты разбушевалась? Успокойся.

Она швырнула трубку и, взяв на руки Бренну, направилась к двери, репетируя на ходу: «Добрый день. Я знаю, почему вы здесь. А где сотрудник службы охраны детей?»

Она не была готова к суровому взгляду полицейского и тому, как он бросил через плечо своей напарнице:

— Ребенок здесь, и с ним все в порядке.

Через полчаса Александра уже была в полицейском участке. Все, что произошло, было похоже на ночной кошмар. Ей не разрешили держать на руках Бренну, пока они ехали в участок, хотя девочка орала все дорогу на руках женщины-полицейского. Александру ввели в комнату почти под конвоем. Завидев Бренну, молодая женщина с опухшими от слез глазами с воплем бросилась к девочке и схватила ее на руки. Молодой длинноволосый мужчина обнял женщину за талию и склонился над ребенком.

Смахнув непрошеную слезу, Александра хотела было подойти к ним и сказать, как она рада счастливому воссоединению семьи, но полицейский и молодой человек преградили ей дорогу.

— Это она украла мою дочь? — потребовал рассерженный отец.

— Эта женщина украла нашу Саванну? — спросила пожилая дама у молодой матери.

— Саванна! — сказала Александра. — Так вот как ее зовут… Украла? Что значит украла?

— Что вы за женщина? — бушевал молодой отец. — Воруете чужих детей в супермаркетах… вас следует посадить в тюрьму!

— Если бы Пэм лучше за ней смотрела, никто бы и близко не подошел и не смог бы украсть ребенка, Джефи, — жалобно сказала пожилая дама. — Некоторые на все пойдут, лишь бы получить такую девочку, как наша. Многие лечатся годами, и у них все равно нет детей. А у тебя, глупая девка, — дама грозно глянула на плачущую женщину, — она вообще появилась случайно.

— Я же просил тебя, мама, не называть Пэм девкой.

Молодая женщина, прижимая к груди ребенка, смотрела на Александру извиняющимся, а вовсе не осуждающим взглядом, как можно было бы предположить.

— Послушайте, — сказала она, — я не говорила, что ее украли… — Но ее голос потонул в гвалте, устроенном Джефом и его матерью.

Пришлось вмешаться полицейским, которые стали успокаивать их, говоря: «Ну же, миссис Браун… Анна…» и «Не волнуйтесь так, мистер Браун, Джеф…»

Но мистер Браун и не думал успокаиваться и распалялся все больше.

— Я поехал на рыбалку с друзьями всего на несколько дней, а мне звонит моя мать и требует, чтобы я немедленно вернулся домой, потому что она зашла к Пэм, а ребенка дома не было, а Пэм отказывалась сказать, где он. Только когда я приехал домой, Пэм сообщила мне, что девочка у вас, а вы с ней уехали. Пэм из-за этого ревет с самого утра, но сглупила и не сообщила в полицию.

— Джеф, я не говорила… — Но никто не слушал Пэм.

— Все жалеют таких женщин, как вы, но я не таков. Если вы не можете иметь собственных детей, то это не значит, что вам можно безнаказанно красть чужих. Я намерен предъявить вам обвинение в киднэпинге.

Александра посмотрела на Пэм, но та отвела глаза. Надо твердо отстаивать свою невиновность, решила Александра.

— Послушайте… вы все истолковали неправильно. Разрешите рассказать вам, как получилось, что ребенок оказался у меня.

В этот миг она перехватила умоляющий взгляд Пэм и запнулась. Пэм посмотрела сначала на Джефа, а потом — на Александру и еле заметно покачала головой. Этот жест, понятный женщинам всего мира, означал: «Он ничего не знает».

Непонятно только, подумала Александра, к чему этот тайный жест, если и так ясно, что Джеф ничего не знает о том, что Пэм подкинула ребенка в чужой дом. Или ее жест означал что-то другое?

Александра внимательно посмотрела на мускулистого молодого папашу с зычным голосом, видимо, наводившего ужас на жену, затем на бабушку, пожиравшую глазами внучку.

— Бедная малышка все время болеет, потому что ты даже не пытаешься кормить ее грудью. — Судя по голосу, миссис Браун была на грани истерики. — Она до сих пор некрещеная. Да и грех называть дитя Саванной. Не представляю, откуда ты выкопала это имя!