Странные игры - Джейн Энн Кренц

Что такое в этом году с ноябрем? Зоя не могла поверить своим ушам. Казалось, весь мир разом выбился из колеи – по крайней мере, мир ее близких. Никто не спал, все нервничали, и все у всех шло наперекосяк. Бонни, мальчишки и Итан заново переживали смерть Дрю Труэкса, сама она мучилась дурными предчувствиями насчет своего брака и тревожилась за мужа, а теперь еще и лучшая подруга признавалась в странностях своей психики.

Аркадия взяла крохотную чашечку кофе в обе руки и поднесла к губам. При этом ее длинные ногти, лак на которых гармонировал с платиной волос, красиво блеснули. Только тот, кто хорошо изучил эту элегантную женщину, мог заметить в ней внутреннее напряжение. Аркадия была неподражаема в умении скрывать свои чувства.

Внезапно Зоя вспомнила, что так и не знает точного возраста подруги. Сорок с чем-нибудь, но это одна из тех женщин, над которыми возраст как бы не властен, как над актрисами черно-белого кино. Более того, от Аркадии исходит прохладное спокойствие, что отличает светскую женщину. Оно распространяется на все, что ей свойственно: одежду, духи, макияж. Высокая, стройная, изысканная – ни дать ни взять Грета Гарбо.

Зоя, как всегда, расстелила на коленях салфетку, но Аркадия не удосужилась этого сделать. Она пила кофе и крошила круассан с полным безразличием к тому, что крошки или капли могут упасть на ее безупречно чистую одежду. И надо сказать, этого никогда не случалось.

– Что-то должно было довести тебя до бессонницы, – снова начала Зоя. – Секс отбрасываем – вряд ли вы с Гарри с ним переусердствовали. Он слишком давно в отъезде.

– Очень может быть, что как раз в этом все дело, – без тени улыбки заметила Аркадия.

– В отсутствии секса?

– В отсутствии Гарри.

– Не поняла. Объясни. – Зоя взялась намазывать свой круассан маслом.

– По-моему, я успела привыкнуть к тому, что он рядом.

– Вот и хорошо. Не думаю, чтобы он был против. В чем проблема?

– Проблема в том… – длинные пальцы Аркадии теснее обхватили чашечку, – проблема в том, что это – зависимость. Не могу обходиться без другого человека.

– Что, прости?! По-моему, я ослышалась. Каким образом это может вырасти в проблему?

– Очень просто. Когда Гарри взялся за теперешнюю работу и уехал, я почти сразу перестала спать. – Серебристо-голубые глаза задумчиво сузились. – Как будто вдруг встрепенулся детский страх темноты. Три ночи назад это чуть не довело меня до нервного срыва.

– Рассказывай!

– Тот день был какой-то… нервный. Я устала, перенапряглась и едва сумела уснуть. Среди ночи вдруг проснулась, совершенно ни с того ни с сего, и в первый момент не могла понять, где нахожусь. Думала, что я все еще в Занаду!

– Ну, в этом нет ничего странного. По-моему, нужны годы, чтобы все забылось. Что до меня, я вижу Занаду во сне и просыпаюсь в ледяном поту.

– Дело как раз в том, что мне ничего такого не снилось, – возразила Аркадия. – Вообще ничего страшного. Говорю же, проснулась без всякой причины и в жутком страхе, словно всем существом ощутила, что кто-то забрался в дом.

– Но не забрался, ведь нет? – с испугом спросила Зоя.

– Разумеется, нет! Если бы был хоть намек на это, через секунду я бы во все горло вопила вам в телефон! Гарри выставил отличную сигнализацию. И все же, все же… у меня было очень неприятное чувство, пока…

– Пока что?

– Пока он не позвонил. – Аркадия криво усмехнулась.

– Он позвонил – и все сразу стало в порядке. Так?

– Так.

– И ты думаешь, что в отсутствие Гарри просыпаться по ночам с неприятным чувством – это знак того, что вы чересчур сблизились?

– Не знаю. Знаю только, что до встречи с ним ничего подобного со мной не случалось. – После короткого колебания она продолжила: – Кстати, он заметил, что со мной что-то не так, и начал звонить не один раз, на ночь, а дважды вдень.

– И бессонница прошла?

– По крайней мере, я сплю теперь гораздо лучше.

– Короче, тебя беспокоит нездоровая, наркотическая зависимость от Гарри Стэгга.

– Зависимость означает доверие, а я уже не помню, когда доверяла мужчине. Это меня пугает.

– Понятное дело. – Зоя потрепала подругу по руке – Но ведь Гарри Стэгг – не Грант Лоринг.

– Знаю

Аркадия заметно расслабилась и снова принялась за эспрессо.