Стервы большого города - Кэндес Бушнелл

— Дорогая, я хотела вам позвонить, — прошелестела она.

Виктория удивленно посмотрела на нее. Раньше Маффи никогда не удостаивала ее телефонным звонком. Но не успела Виктория ответить, как Маффи продолжила:

— Я хочу, чтобы вы знали: ваша коллекция великолепна. Критики не ведают, что говорят… столь же часто как верные, они выносят и ошибочные суждения. Продолжайте в том же духе, дорогая, и со временем мир догонит вас.

Сообщив свое мнение, Маффи дважды похлопала Викторию по плечу и вернулась за свой столик.

Несколько секунд Виктория сидела ошарашенная, пытаясь осмыслить неожиданный комплимент, а затем ее переполнило ощущение счастья. Подобные моменты редки, и что бы ни случилось в дальнейшем, Виктория знала: она будет хранить в памяти слова Маффи как редкую фамильную драгоценность, время от времени возвращаясь к ним и вспоминая их в трудную минуту.

От дверей распространился поток энергии — появилась Нико О'Нилли. Пролетев мимо метрдотеля, Нико направилась прямиком к столику, и ее лицо просияло, когда она увидела Викторию. Нико почти всегда была сдержанной и часто холодной, но только не с друзьями.

— Как Япония? — спросила она, обнимая подругу.

— Ужасно, — ответила Виктория. — Но Маффи Уильямс сейчас сказала мне; что считает мою коллекцию великолепной. На этих словах я продержусь следующие три года.

Нико улыбнулась:

— Тебе не придется, Вик. Ты — талант.

— О, Ник…

— Я серьезно. — Рывком развернув салфетку, Нико обернулась к официанту. Стоя поблизости, тот ожидал нужного момента, чтобы подать меню. — Официант. Воду с газом. Пожалуйста, — произнесла она.

Виктория с обожанием посмотрела на Нико. Отношения с подругами она очень ценила. Ведь только с женщинами можно позволить себе расслабиться — попросить, чтобы погладили по спине, не опасаясь, что тебя сочтут безнадежно беззащитной. Но дружеские узы, связывавшие ее с Нико, были еще крепче. Когда-то, в трудную минуту, когда у Виктории не хватало денег на производство очередной коллекции, Нико одолжила ей сорок тысяч долларов. Виктория не просила и даже не думала об этом, но однажды вечером Нико появилась в ее мастерской, словно фея-крестная.

— У меня есть необходимые тебе деньги, — заявила она, выписывая чек. — И не волнуйся, что не сможешь отдать. Я знаю: сможешь.

В людях интересно то, думала Виктория, что никогда не постигнешь их до конца, особенно таких, как Нико О'Нилли. Познакомившись с ней, она не представляла, что именно Нико научит ее дружбе, что за внешней отчужденностью этой женщины скрывается глубокая преданность. Если бы только официант догадывался, какой потрясающий человек Нико! Виктория с улыбкой посмотрела на официанта, нерешительно протягивающего меню. Нико отмахнулась от него.

— Не надо, я уже знаю, чего хочу.

Ее слова прозвучали вполне безобидно, но у официанта был такой вид, будто его ударили. Подобно многим мужчинам, сталкивающимся с женщинами, которые не желают соблюдать общепринятые правила, официант, вероятно, решил, что Нико стерва.

Однако она, невосприимчивая к мнению о себе большинства людей, возбужденно наклонилась через стол к Виктории. Нико была необычно взвинченна. Встреча в «Хаккабис» прошла чрезвычайно успешно: Питер Борш в основном игнорировал Майка Харнесса… а потом, на волне своего триумфа, она сделала то, чего и сама от себя не ожидала — позвонила Кирби Этвуду и договорилась о встрече после ленча.

— Я только что совершила ужаснейший поступок, — гордо заявила она, словно совсем не считая его таковым. — Сегодня утром я так разозлилась на Майка Харнесса…

— Уверена, он заслужил это…

— Ну вообще-то это не имеет никакого отношения к работе. — Нико откинулась на стуле и опустила глаза, поправляя салфетку на коленях. — Я осознала, что заперла себя в башне. Я — неприкосновенна и поэтому сделала нечто ужасное…

Виктория засмеялась:

— Милая, ты никогда не делаешь ничего ужасного. Особенно в светском смысле. Ты всегда совершенна.

— Но это не так. Ну или, во всяком случае, я не всегда хочу быть такой. И поэтому я… — Нико умолкла и, оглянувшись, убедилась, что их никто не слышит.

В этот момент женщин заметила Сьюзен Эрроу и, облокотившись на стол, прокаркала, как старая ворона:

— Здравствуйте, девочки.

Нико тут же снова превратилась в профессионала.

— Дорогая, мы можем поговорить о вашем клиенте, Тэннере Коуле? — спросила она.

Тэннер Коул, кинозвезда, должен был украсить обложку ноябрьского номера «Фейерверка». Он настаивал на том, чтобы предварительно одобрить фотографию. Чтобы ублажить его, понадобилось три фотосессии, а потом Коул напугал ассистентку, предложив ей сделать ему минет в туалете.

— Милая, этот человек вырос в хлеву. В буквальном смысле слова. Он совершенно не воспитан, — отозвалась Сьюзен.

— Кто? — насторожилась Карла Эндрюс, прикладывая ладонь к уху. Карла сидела по другую сторону стола и не могла допустить, чтобы что-то прошло мимо нее… Многие предполагали, что в частности и по этой причине она так долго удержалась на своей работе, когда более молодых женщин уже давно выбросили на свалку.

— Тэннер Коул. Кинозвезда, — пренебрежительно уточнила Маффи Уильямс. Несмотря на роман индустрии моды с Голливудом, Маффи упрямо придерживалась старомодного взгляда на актеров, заключавшегося в том, что они — избалованные дети, которым изрядно переплачивают, и относиться к ним следует соответствующим образом.

— Я знаю, что он киноактер. — Карла наградила Маффи надменным взглядом. — Да одна я девять раз брала у него интервью. Я интервьюировала Коула, когда он был почти младенцем.

— Ты уверена, что хочешь обнародовать эту информацию? — Маффи приложила к губам салфетку.

— Мне плевать, кто и что знает. Я ничего не боюсь! — отрезала Карла.

— Виктория, — не обращая на Карлу и Маффи внимания, позвала Сьюзен, — Лайну Беннету удалось связаться с вами?

Вот, значит, как он получил номер, подумала Виктория и кивнула:

— Он звонил мне сегодня утром.

— Я надеялась, вы не будете против, — сказала Сьюзен. — Я никогда не даю чужих номеров, но Лайн терзал меня последние три недели. Со дня вашего показа. Я все говорила, что сначала должна спросить у вас, но Лайн, он такой… если что возьмет себе в голову. Он звонил мне пять раз, утверждая, что должен познакомиться с вами…

Господи, содрогнулась Виктория, теперь весь ресторан узнает, что Лайн Беннет пригласил ее на свидание. Но ничего страшного — едва она появится с ним на публике, как все и так все узнают.

— Но я уже знакома с ним, — ответила Виктория, озадаченная поведением Лайна. — Мы раз десять встречались.

— Вы, может, и сто раз встречались, — фыркнула Сьюзен, — но Лайн ничего не помнит. У него дырявая голова. Пару лет назад он встретил на банкете своего первого делового партнера и не узнал его.