От любви - Асти Брамс

Полностью раздевшись, я откинул одеяло на свободной половине и, не заботясь о том, что могу разбудить свое новое соседство, улегся на кровать. Ровно на спину, вперившись в потолок. Попытался представить, что нет никого рядом, несмотря на то, что медовый запах буквально въелся в ноздри, и заставил себя закрыть глаза. Кажется, едва провалился в сон, как меня нагло из него выдернуло…

Хмуро вглядываясь в полумрак, понял, что что-то пристало к руке, и резко повернул голову. Но прежде чем разглядел, что это Мариям впивается в меня пальцами, услышал рваное дыхание. Она как будто плакала.

— Прошу, Адам…

Сердце скакануло и бешено забило по ребрам. Я даже не сразу сообразил, что она спит!

— Не поступай так… Нет, — разнеслось жалобное.

Тело будто током прошибло, зубы с силой сжались. Я упрямо вернул голову на подушку, чувствуя, как стремительно тяжелеет мое дыхание.

— Пожалуйста… Я люблю те…

— Замолчи! — внезапно вырвался из моего горла глухой рык.

Дал себе ровно три секунды, чтобы отрезветь. Рядом раздался новый всхлип, и я резко поднялся, решив с этим покончить. Склонившись над женой, одним движением убрал волосы с ее лица и сжал пальцами подбородок.

— Очнись, — громко приказал.

Мариям в ту же секунду распахнула глаза, испуганно вскрикнула, а в моей голове неожиданно пронеслась мысль. Мысль, которая упрямо впилась в мозг тонкой иглой, хотя и казалась ничем не оправданной.

Жена продолжала с силой стискивать мою руку до жжения на коже. Будто никак не могла прийти в себя, чего-то боялась. А я, даже когда она разжала пальцы, продолжал пристально вглядываться в ее лицо, в затуманенные глаза, чувствуя, что игла-догадка становится настойчивой.

Да нет, бред.

Не додумалась бы она до такого! Все выглядело слишком правдоподобно. И какой смысл Мариям изображать амнезию? Если только…

Если только жена решила, что сможет защититься от меня, прикинувшись жертвой.

11

Мариям

Мне кажется, что я спала очень чутко, но почему-то не услышала, как он ушел. Даже настороженно огляделась, проснувшись от стука в дверь.

— Мариям, это Луиза! — донеслось до меня как раз, когда я убедилась, что в комнате никого нет.

Стук повторился и, поспешив сползти с кровати, я неуверенно крикнула:

— Да! Подождите!..

Смущенно прикрываясь, как будто кто-то мог меня увидеть, я на носочках подбежала к банкетке и принялась торопливо надевать нижнее белье. Едва успела прикрыться ночнушкой, как дверь открылась и в спальню вплыла Луиза.

Уставившись на меня, как ни в чем не бывало, она сообщила:

— Время завтрака. Я помогу вам одеться.

— Я же просила подождать, — глухо заметила я, не справившись с вспышкой раздражения.

— Простите, — спокойно отозвалась женщина. — Адам Салихович просил не оставлять вас без внимания в его отсутствие.

Я успела открыть рот, чтобы бросить очередное возмущение, но упоминание его имени живо меня остудило. Воспоминания о том, что муж позволил себе вчера в ванной, о том, что он говорил мне — подействовали точно кнут.

Еще этот сон…

Он меня так обескуражил, что я всеми силами старалась не думать, отодвигать любые мысли о том, что увидела. Но кадр за кадром сон все равно крутился в голове. И все ощущения, связанные с ним преследовали меня, пока я умывалась, пока нехотя завтракала за одиноким столом в неуютной тишине, хотя вовсе не находилась в столовой одна.

Хотелось списать свое наваждение на все, что угодно, но только не на то, что это могли быть реальные воспоминания! Ведь как такое возможно? Во сне я испытывала острый спектр эмоций: панику, стыд и непомерно стойкое чувство вины. Все это бетонной плитой застыло внутри, и как бы я не сопротивлялась, главной причиной был мужчина из моего сна! Мужчина, которого я называла по имени, который выглядел как мой муж, но почему же наяву я совершенно ничего не ощущала? Абсолютно неузнаваемое лицо и никакого отклика внутри…

Мне нужно поговорить с Адиной.

Эта внезапная мысль стала единственно важной целью ознаменовавшей для меня этот день. И я обязательно должна была остаться одна!

Луиза, конечно, не спешила предоставлять мне такой роскоши… После завтрака была прогулка по саду, который находился на территории за домом. Он оказался большим, ухоженным, хотя и с голыми деревьями, довольно впечатляющим, но я практически не оценила этого. Потому что внутри закрепилось стойкое ощущение, что я в гостях. Причем в гостях у людей, которым не симпатизирую, и у которых вынуждена находиться.

Я все еще была слаба, к тому же быстро замерзала, поэтому прогулка долго не продлилась. Однако после меня, как по расписанию, ждали упражнения, а затем Луиза отправилась со мной в отдельную комнату, куда прибыла массажист. Крепкая молодая девушка по имени Ирина, которая оказалась самой приветливой в этом доме.

Честно говоря я даже растерялась… Не ожидала столько внимания к своей персоне. И мысль проскочила неохотная, что как бы там ни было, но хозяин этого дома заинтересован в моем выздоровлении.

Ирина мучила меня полтора часа — размяла всю от макушки до пяток! Кажется, я никогда прежде не делала массаж, потому что никак не могла расслабиться, лежа полуобнаженной под одеяльцем. Хотя Луиза не стала смущать меня своим присутствием. Просто мне было дико щекотно и даже больновато с непривычки. Зато после процедуры надзирательница, наконец, оставила меня одну в спальне.

Как только дверь за ней закрылась, я принялась искать свою сумку. Вчера даже не подумала о телефоне, который мне принесла в больницу Адина! Сегодня же в панике обнаружила, что его нигде нет.

Наверное, мама забрала, когда мы собирались. Она же думала, что везет меня домой…