Двойной укус - Алекса Райли

— Ты права, конфетка. Нам нужно кое с чем разобраться, — подтвердил Эрик то, что я итак знала.

— Нам нужно встретиться с Бишопом. Всем нам, — добавил Эзра с нотами гнева.

— Эзра? — я шагнула к нему, гадая, почему он сердился на Бишопа.

Ведь я не рассказала им ничего из того, что узнала о нем. Найдя меня накануне, они с тех пор едва позволяли мне сказать хоть слово. Сейчас вряд ли мне было дело до Бишопа, но, возможно, близнецы как-то пробрались в мои мысли и узнали, что я подумала о нем теперь, когда наша связь окрепла. Хотя после того как они привезли меня сюда и уложили в постель, я вообще мало о чем думала.

— Из-за него тебя похитили, — Эзра позволил себе проявить гнев. Обернувшись к Эрику, я увидела, что он тоже был взбешен, просто лучше сдерживался.

— В тот день я не впервые встретила своего похитителя, — я перевела взгляд с одного близнеца на другого. — На самом деле, он предостерегал меня. Сказал… — я затихла, не желая повторять его слова. В душе я знала, что Гордон мне врал. Ни за что на свете я бы не поверила, что Эзра и Эрик могли своими руками сотворить такое. Эти самые руки, боготворившие мое тело, не были способны сотворить то, в чем обвинял Гордон.

— Конфетка, ты можешь рассказать нам что угодно, — подцепив пальцем мой подбородок, Эра заставил меня поднять голову. — Мы не рассердимся. Конечно, ты испугалась, узнав о существовании вампиров. Было очень просто использовать твой страх против тебя.

— Я не испугалась, — призналась я, встретившись с ним взглядом. Хотя я должна была бояться. Я уверяла себя, что лишь хотела убедиться в отсутствии жертв, но на самом деле просто не могла держаться подальше. Близнецы манили меня, и теперь я знала, что нам было предначертано стать семьей. — Я приехала, чтобы увидеть вас двоих даже после того, как он рассказал мне…

— Обо всех мертвых женщинах, — закончил за меня Эзра, стиснув челюсти. От него исходил гнев. — Если мы не поедем, Бишоп явится сюда сам. Лучше переговорить всей семьей, ибо у меня нет никакого желания без крайней необходимости снова возвращаться к этой теме. Кроме того, я не хочу, чтобы жизнь нашей пары отравляло прошлое.

Я чувствовала, что в его словах крылась не только злость, но и боль. Эзра пошел к двери, но я потянулась и схватила его за руку. Мне нужно было к нему прикоснуться, и я знала, что могу принести ему облегчение. Он тут же остановился, и было удивительно чувствовать, как мое прикосновение успокоило его.

— Меня не отравит ничего, имеющее отношение к вам двоим. Вы должны это понять. Вместе мы проживем долгую жизнь, — я улыбнулась, и Эзра расслабился еще больше. Эрик встал позади меня и, обняв за талию, потерся подбородком о мою макушку. — Неважно, что будет потом, пока мы вместе. Я люблю вас обоих, и вместе нам все по силам.

— Мы тоже тебя любим, — Эзра подошел ближе, зажав меня между ними. — И всегда будем с тобой, — склонившись, он поцеловал меня, доказывая свои слова. Мог и не утруждаться, ведь мы думали одинаково, но раз Эзра хотел проворачивать свои трюки альфа-самца, я позволила ему наслаждаться каждой секундой.

— Давай сделаем это, — оторвался он от моего рта и взял меня за руку. Эрик подмигнул мне, безмолвно поблагодарив за то, что успокоила его брата. Впервые я не чувствовала, что они вели безмолвный диалог. Теперь я была включена в него.

Когда Эзра вывел нас из спальни, я поймала его за руку и остановила.

— Если я когда-нибудь захочу уехать…

— Ты никогда нас не бросишь, — отрезали оба, крепче схватив меня за руки.

— Дайте мне закончить, — рассмеялась я, но затем посерьезнела. Мне нужны были ответы. — Если я когда-нибудь захочу уехать и поселиться в другом месте, где будем только мы втроем, вы согласитесь?

— Конечно, мы расспросим тебя о причинах, ведь когда несчастлива ты, несчастливы и мы. Но если ради тебя нам придется переехать, тогда мы переедем, — легко заявил Эрик без малейших колебаний. Эзра закивал в знак согласия.

— Но здесь ваша семья, — напомнила я им. Даже не будучи кровными родственниками, члены ковена считали себя семьей.

— Они наша семья, но мы убедились на собственном опыте, что сами можем выбирать родных. И не обязательно тех, в чьем доме мы родились, — в тот же миг я поняла, что их детство не было счастливым.

Пускай я была странным ребенком, выросшим в морге со своим дедушкой, обо мне заботились и меня любили. Было печально думать о том, что я мечтала о родителях, в то время как близнецы, похоже, хотели бы никогда не знать своих. Возможно, иногда лучше самому создавать семью. Прежде у меня ее не было, за исключением дедушки.

Дойдя до нижней ступени, мы остановились возле кучи коробок на площадке. Только я собралась сказать, что мне нужна одежда, как Эзра с Эриком начали открывать коробки и вручать мне ее. Покачав головой, я скинула халат и заменила его штанами для йоги и свитером, спадавшим с одного плеча. Эзра и Эрик неотрывно наблюдали, как я переодевалась. Благодаря нашей связи они открывали для меня свой разум, и места для стеснительности не оставалось. Нет, учитывая, какие грязные и трогательные мысли приходили им в голову при виде моего голого тела. Вся моя неуверенность развеялась, и я чувствовала себя самой прекрасной женщиной в мире.

— Я заметила, что нет нижнего белья, — выгнула я бровь, надевая кроссовки. Эрик с Эзрой одинаково усмехнулись мне, прежде чем провести меня по дому и сопроводить вниз по лестнице. — Так я и знала! — закричала я, увидев подземный тоннель. — Вы передвигаетесь от дома к дому, не выходя наружу. Я знала, что вы живете по соседству, но у всех огромные владения, — я не могла перестать улыбаться, гордясь собой из-за подтвердившейся догадки. Я не считала ее вероятной, но все-таки оказалась права.

— Классно, да? — спросил Эрик, открыв для меня автомобильную дверь.

— Классно, — я осмотрелась. Вскоре я захотела попросить об экскурсии.

Заняв пассажирское сидение, Эзра устроил меня у себя на коленях, и Эрик пошел к месту водителя.

— Не уверена, что так ездить безопасно, — поддразнила я.

— Тут у нас нет никакого дорожного движения, — пошутил Эзра, укусив мою шею.

— Ты проголодался? — спросила