Второй шанс на счастье - Танна

***

Я нихрена не понимаю что происходит. Меня давно так не динамили, видать поэтому сорвался и нарушил свои же установки держаться подальше от Дианы. То, что она пытается делать вид, будто между нами ничего не происходит, заводит меня еще больше и заставляет делать всякую чушь.

Например, мне хочется ее позлить, вывести из равновесия. А еще хочется увалить ее на заднее сиденье машины и оторвать к чертям все пуговицы с ее блузки, чтоб ртом жадно исследовать скрытую от моего алчного взора грудь.

Мне кажется, я помешался.

Вот нахрена потащил ее с собой в ресторан? Сидела бы себе в офисе и готовила отчет.

А теперь, я должен буду вести беседу с потенциальным клиентом и не отвлекаться на ее грудь.

Нас проводили к заказанному столику. Здесь были мягкие диваны и пропустив ее вперед, уселся рядом, максимально близко. Она сидела напряженная, выпрямившись и уставившись в меню что нам подали.

Мой клиент еще не пришел, мы прибыли на пятнадцать минуть раньше.

— Пожалуй, я ничего не буду — вздохнув, она отложила меню в сторону.

— Почему? — спросил я, немного развернувшись к ней.

— Я нервничаю, а в таком состоянии я не смогу есть. — ответила она, сцепив пальцы в замок.

— Это всего лишь деловая встреча, не стоит переживать, все пройдет хорошо — я положил руку ей на колено и слегка сжал. Она вздрогнула и уставилась на меня своими глазищами. Черт, если она продолжит так на меня смотреть, то я не выдержу и перекинув ее через плечо, утащу в свою берлогу, где заставлю ее забыть обо всем.

Не знаю что она увидела в моем взгляде, но смущенно опустила глаза и слегка отодвинулась.

От неуместного влечения меня избавил клиент. Пока обсуждали заказ, Диана сидела тихо и вела запись. К кофе, заказанным мной даже не притронулась, как к собственно и другой еде.

Выходя, пропустил ее вперед. Назвав водителю адрес помощницы, велел ехать.

— Через неделю мы должны слетать в Питер. У меня там встреча и ты будешь нужна. Предупреди мать, что тебя не будет с пятницы до воскресенья.

— Хорошо — ответила она, смотря в окно.

Подвезя ее к дому, попрощался и поехал к себе. Нужно остыть и привести мысли в порядок.

***

Дома я рассказала маме о предстоящей поездке. Она сказала, чтоб я не волновалась, за внуком она присмотрит. Все же я переживала: ведь еще ни разу, я не оставляла сына. Всегда была рядом.

Неделя пролетела быстро. Несмотря на загруженность в работе, шеф продолжал меня смущать. Вот например, во вторник я решила разобрать документы, доставшиеся мне в наследство от бывшей помощницы.

Отсортировав их по датам, я решила убрать документы в нижние ящики своего шкафа. Мой начальник в то время отсутствовал. Но когда я складывала последние папки, почувствовала чей то жгучий взгляд спиной. Быстро задвинув ящик, я выпрямилась и обернулась. На пороге стоял он.

И просто пожирал меня взглядом. Я сильно смутилась и отдернула юбку. Он лишь хмыкнул, но так ничего и сказав, вышел. Сердце стучало как сумасшедшее. Я не знаю, как долго он здесь стоял, но вспоминая его плотоядный взгляд, я чувствовала себя неловко.

Когда просил меня принести кофе и прочитать отчет, всегда смотрел на мои губы. От неловкости, я сбивалась во время чтения, он же довольно улыбался.

Вообще, его отношение ко мне изменилось. Вместо хмурого и недовольного взгляда, стала ловить его заинтересованный. И этот его голос, вкрадчивый, доводящий до мурашек и бешеного биения сердца.

Я старалась не обращать на него внимание. Просто работа, ничего более. Но все чаще стала ловить себя на мысли, что мне нравится в нем многое. Его улыбка, смех, его тело…

Это был отдельный предмет моих тайных мечтаний. Я запрещала себе думать о нем, как о мужчине, но воображение не давало спокойно жить.

Тренировки проходили успешно. Тело становилось более упругим, медленно уходили лишние килограммы.

В среду я получила расчет на прошлой работе. Деньги были небольшие, но их можно было потратить, не боясь, что останусь без копейки.

После садика сводила сына в развлекательный центр, где он носился и играл целый час. Я же сидела за столиком в кафе сверху и могла видеть как развлекается мой ребенок.

Потом мы сходили в отдел игрушек и купили машинку на пульте и много разных пистолетов, мечей и всякого другого добра. Цены здесь были невысокие, поэтому покупки были сделаны с удовольствием.

В четверг я посетила салон красоты, где немного осветлила пряди и укоротила волосы. Собирать в хвост я их могла, но теперь не видела смысла. Волосы были ухоженными и красивыми.

Так, я немного освежила свой образ. Изменения были не особо заметными, но мне нравилось.

***

Всю неделю размышлял над своим состояние. У меня сформировалась какая — то зависимость от моей помощницы. Мне нужно было видеть ее. Я буквально засыпал с мыслями о ней, и видел яркие сны, в которых она позволяет мне творить с ней сумасшедшие вещи.

Просыпался с бешеным стояком, а потом долго дрочил в душе, представляя как трахаю ее сладкое тело.

Сознание мое взбудоражено: я беру ее с собой на выходные. Да, у меня есть тонкий расчет — я снял двухместный номер в отеле. Так она будет рядом. И возможно, если все сложится, я наконец утолю свою страсть.

Она пока не знает об этом. Я уже представляю ее смущение и снова завожусь. Ее смущенный вид действует на меня как афродизиак.

В пятницу я с предвкушением иду на работу, ведь веером у нас вылет. Билеты я заказал сам.

Диана приходит на работу с распущенными волосами, которые стали немного светлей. Но длину волос почти не состригла. Так и представляю, как будут раскиданы ее волосы по подушке, и она изгибается в порыве страсти…

— Доброе утро — тихо поздоровалась она, внося мне кофе. И этот ее голос сводит меня с ума.

— Доброе. Сегодня в шесть самолет, поэтому работаем до четырех, потом можешь сходить попрощаться с ребенком. В пол шестого заеду за тобой.

— Хорошо.

— Наконец — то ты распустила волосы — сказал я, когда она пошла к выходу. Диана ненадолго замерла на пороге, но потом вышла, не оборачиваясь. Опять смутилась, хмыкнул довольный я.

***

Все таки заметил — думала я, спешно покидая кабинет. До четырех оставалась еще куча времени и я приступила к работе. В обед он ушел, сказав что скоро вернется.