Как переспать с лучшим другом и не разрушить всё - Татьяна Тэя

Интересно, давно ли они начали спать вместе? — подумала я и осеклась. — Конечно, давно. Это же Честер и Пэгги, а у той, насколько я знала, не было идиотских страхов, связанных с сексом и беременностью. К тому же я не была уверена, что Честер стал бы просто гулять с ней за ручку столько времени.

Вопреки его мнению я знала, о чём шепчутся в женском туалете и спортивных раздевалках девчонки из школы. Имя моего друга постоянно вертелось на языке то у одной, то у другой, то у нескольких сразу. И почти никогда в невинном контексте. Что ж теперь я бы и сама могла присоединиться к ним и поделиться своим опытом. Я чуть не рассмеялась от подобной фигни, что лезла мне в голову.

Некоторые, особо нахальные, думали, если войдут в число моих подруг — это обеспечит им место в сердце или в постели Честера. Так что они пытались подобраться к Честу через меня, но я ловко увиливала от подобных попыток и уклонялась от их навязчивой, лживой симпатии.

Меня внезапно кольнуло неприятное чувство, которое я с ужасом определила, как ревность.

Да, что со мной такое творилось!

Честер — мой друг, ну, или был им до недавнего времени.

А люблю я Калеба, причём уже давно. И мы встречались с ним почти год, прежде чем я легла к нему в постель. Нет, ну мы, конечно, шалили с ним, как любые нормальные влюблённые, а он ждал, пока я созрею. А зрела я долго.

Тут же закралось подозрение: а был ли он мне верен всё то время, пока я готовилась перевести наши отношения с платонического на физический уровень? Может уже тогда он начал мне изменять?

Нет, — тут же откинула я эту мысль и даже потрясла головой. — Не может быть. Я бы узнала.

Такие новости в нашей школе не проходили мимо заинтересованной пары ушей.

— Мисс Айден? — Резко ворвался в мои мысли голос учителя.

Покраснев, я обвела взглядом класс, внимание всех присутствующих было устремлено в мою сторону. Меня о чём-то спросили, а я понятия не имела, о чём именно.

— Да, мистер Картер? — наконец, выдала я. — Я вас слушаю.

— Нет, мисс Айден, это я вас слушаю, — он обвёл рукою класс. — Мы все вас слушаем.

На лицах некоторых студентов уже расплывались злорадные, полные предвкушения чужого позора, улыбочки.

— О чём? — пискнула я.

— О кампании 1865 года. — Он посмотрел на меня поверх своих очков.

Мне было ужасно стыдно, но я вообще не понимала, о какой кампании идёт речь. Я ещё сильнее начала заливаться краской стыда. Вот ужас. Угораздило же меня так проколоться. И вообще единственная кампания, о которой я думала в последние дни, называлась: Как переспать со своим другом и пережить этот позор.

— Можно мне? — Слева от меня раздался голос того самого друга.

Чест сидел через пару рядов, почти в самом конце класса.

— Конечно, мистер Бейл, — переключился на него учитель, всё ещё бросая на меня неодобрительные взгляды.

— Первого февраля армия генерала Шермана покинула Саванну, чтобы примкнуть… — спокойно начал рассказывать Чест.

Я мысленно смахнула пот со лба. Друг он мне или не друг, но он спас меня из плачевного положения.

Честер в принципе любил и знал историю, но на уроках предпочитал отмалчиваться, хотя всегда писал прекрасные эссе, даже несколько раз за меня. А так академические успехи не особо заботили его, хотя опять же, на мой взгляд, приложи он больше стараний, мог бы на порядок улучшить свой табель.

Следующие два урока я старалась следить за собой и не погружаться в размышления. Всё-таки было чревато проблемами заниматься самокопанием в общественных местах, да и ещё за рулём.

Ни Калеба, ни Пэгги нигде не было видно. Скорее всего, они ушли с уроков. Я радовалась этой короткой передышке. Хотелось, как можно дальше оттянуть тот момент, когда мне предстоит заглянуть в глаза Калебу и прочитать по ним, что он всё знает. Хватит ли у меня сил вынести его презрение? Я уже целую неделю динамила его, и он наивно полагал, что всё моё игнорирование сводилось лишь к его ошибке, которую он не бросал надежды исправить.

К тому времени как все высыпали на школьную стоянку, чтобы разъехаться по домам, я была взвинчена, натянута и напряжена до предела. Машины Честера не было на месте. Значит, и он уже уехал.

Я забралась в свою малолитражку и покатила домой.

Хлопнув входной дверью, повела носом, не понимая, откуда исходил странный синтетический запах. Как оказалось, отец приехал за несколько минут до меня и сейчас занимался тем, что пытался разогреть какую-то бурду быстрого приготовления в микроволновке. Недовольно поцокав языком, я демонстративно вынула это месиво из микроволновки и вывернула содержимое тарелки в мусорное ведро. Туда ему дорога!

Все возражения отца я отмела одним единственным фирменным взглядом дочери шерифа.

— Пап, ты иди пока, телек что ли посмотри, а я сейчас что-нибудь приготовлю. Что-нибудь съедобное.

— Хорошо, Лилиан, я просто вернулся с дежурства пораньше.

— Да, что ты оправдываешься, — наклонив голову к плечу, я улыбнулась. — Моё любимое занятие — не дать умереть с голоду своему папочке.

Я чмокнула Грэга в щёку, и он расплылся в улыбке, довольный проявлением моей заботы. Который раз я с ужасом подумала, как он будет тут жить без меня, когда в следующем учебном году я укачу в колледж. Как жаль, что отец так и не устроил свою личную жизнь, хотя он всё ещё был хорош собой, подтянут и статен. Всё-таки работа откладывала на него свой отпечаток. Я искренне надеялась, что однажды он встретит кого-то себе по душе, пока же он предпочитал в перерывах между дежурствами расслабляться у телевизора, за просмотрами спортивных каналов, коих наша спутниковая антенна ловила великое множество, либо в гордом одиночестве покачиваться в лодке, забросив удочку по центру озера.

Посмеиваясь, отец направился в гостиную, а я уже высыпала на сковородку груду куриных крылышек. Вкусный аромат поджарки распространился по кухне. Грэг их обожал, а я знала, как угодить своему папочке.

Ровно в тот момент, когда я выложила на тарелку