Как переспать с лучшим другом и не разрушить всё - Татьяна Тэя

Постепенно его слова достигли моего разума, и я застонала.

— Что такое? — ничего не понимая, спросил Чест.

Виновато посматривая на него, я не заметила, как принялась теребить край его куртки. Чёртова привычка. Выпустив материал из рук, я сделала шаг назад.

— Ну, если ты ни о чём не говорил Пэгги, — я тяжело сглотнула, прежде чем закончить фразу, — то это только что сделала я.

Глава 8. Затишье перед бурей

Лили Айден

Моё заявление о том, что я всё по собственной дурости выболтала Пэгги, повисло между нами в воздухе.

Мне казалось, Честер должен был рассердиться на меня, но он отнёсся ко всему философски, поэтому, просто пожав плечами, сказал:

— Это, конечно, хреново, но всё тайное рано или поздно становится явным.

Но не так же скоро! — подумала я.

Тем более тогда, когда я сама ещё во всём не до конца разобралась. Самое главное, как к этому относиться? Или как относиться к Честеру? Теперь, когда он смотрел на меня, в его взгляде появлялось что-то совершенно незнакомое для меня: одновременно и родное, и далёкое. Если раньше я могла предугадать его поведение, то сейчас иногда мне казалось, что я гляжу на абсолютно неизвестного мне человека. И это смущало.

Качая головой, я опустилась на капот машины рядом с Честом, думая о том, как по-крупному и совсем не в тему я оговорилась.

— Чёрт, она всё расскажет Калебу.

Мне практически стало больно от таких перспектив.

— Конечно, расскажет, — не стал меня успокаивать Честер. — Наверное, как раз сейчас этим и занимается. Пэгги сложно удержать язык за зубами, если дело касается её брата. Особенно после того, как ты сама сообщила ей такую пикантную новость.

Сжав пальцами виски, я потёрла их, пытаясь прогнать начинающуюся головную боль.

— Вот дерьмо.

Честер скрестил руки на груди и повернулся ко мне. Прищурившись, он внимательно посмотрел на меня.

— Насколько я понял, вы с му… эм… с Бёртом так и не помирились тогда, верно?

— Верно, — кивнула я.

— Что-то помешало?

Да, ты помешал, — хотелось сказать мне, но я промолчала. — И мешаешь до сих пор тем, что никак не выходишь у меня из головы.

— Уже не важно, — вместо этого ответила я. — Вернее, теперь не важно. Калеб узнает, что мы с тобой… ну… в общем, это всего лишь вопрос времени.

— Лили, тебе что, до сих пор не всё равно, что он о тебе подумает? — с лёгким раздражением в голосе спросил Честер.

— Конечно, нет, я же люблю его, — пробормотала я, уставившись на свои ботинки, на которые налип снег.

Почему-то это сейчас прозвучало как-то особенно лживо, даже для меня самой.

Боковым зрением я уловила, как резко Чест повернул голову в мою сторону. Он долго молча смотрел на меня, видимо, ожидая, что я подниму взгляд, но я упорно не двигалась, лишь лёгкая краска стыда постепенно заливала мои щёки.

— Если так, — растягивая слова, начал Честер, — тогда тебе стоило сразу же, не уходя из дома Бёрта простить его, дать пинка Даяне и предаться взаимной любви на той же самой кровати, где он трахал Стар за твоей спиной, а не приходить ко мне за тем же самым.

Его острые, колючие слова ранили больнее любого ножа, жгли насквозь. Я вскочила на ноги и возмущённо задышала.

— Ну, знаешь что… — начала я и не нашлась, чем возразить ему.

— Что? — Его губы растянулись в ироничной усмешке.

— Я пришла к тебе как к другу, а не для того, чтобы переспать.

— Тогда зачем начала целовать меня?

— А почему ты ответил? — выгнув бровь, я посмотрела на него.

— Потому что я так хотел. Но ты не остановила меня, когда я пошёл дальше.

— Значит, и я так хотела. — Я вызывающе вскинула подбородок.

— Но любишь ты Бёрта?

— Абсолютно точно.

— Какая же ты двуличная, Лили.

Я не стала защищать себя. В конце концов, отчасти он был прав. Это я не по поводу своей якобы двуличности. А насчёт непонятных, необъяснимых желаний, проснувшихся во мне по отношению к моему другу. Одна поправка — к экс-другу. На самом деле, его слова сильно задели меня. Но и он мог бы вести себя иначе, если бы, конечно, захотел. Но, как выяснилось, он хотел другого. Оно и странно.

— Думай, как хочешь, мой бывший друг, — приподняв брови, я пыталась сохранить нужное мне выражение лица, следя за тем, чтобы на нём не проступила детская обида, которую я лелеяла в себе все эти дни. — В конце концов, это не я сказала, что больше не хочу общаться.

Развернувшись, я уже было, занесла ногу для шага, когда в спину мне ударил его спокойный, выдержанный голос.

— А я и не говорил, что не хочу общаться. Я лишь сказал, что не могу быть твоим другом.

Я обернулась, пытаясь прочесть ответ на его лице, но там всё было так неопределённо.

— И как это понимать? — прищурившись, спросила я.

— Подумай хорошенько, ты же у нас такая умная.

Чест ответил мне каким-то таинственным взглядом, значение которого я так и не смогла уловить.

Оттолкнувшись от машины, он, не касаясь меня, прошёл мимо и направился к школе.

Глубоко вздохнув, я вошла в класс истории за пару минут до начала урока. Все уже были на своих местах. Все, кроме троих: меня, Калеба и Пэгги. С ужасом я ждала явления Бёрдов народу, но мистер Картер уже начал урок, а они так и не подошли.

Последние шаткие сомнения, что Пэгги промолчит, испарились.

Наверняка, она сейчас с братом, сообщает тому о моей тупой оговорке и о подробностях своего разрыва с Честом.

Боже. До меня только сейчас в полной мере дошло, что Честер порвал с Пэгги. Должно ли это что-то значить?

Наверное, да. Нет-нет! Без всяких, наверное. Мысль ещё полностью не оформилась в моей голове, а я уже пыталась запихнуть её подальше в своё подсознание. Те варианты развития дальнейших событий, что лезли мне в голову, были один другого кошмарнее. Моя жизнь перевернулась. И пока она не придёт в подобие равновесия, я не смогу принимать никаких глобальных решений. Но долго затягивать с этим не получится. Да, и неопределённость была хуже всего.

Судя по сегодняшнему разговору, я не могла бы сказать, что Честера гложет какое-то усиленное чувство вины по поводу нас. По крайней