Не будем о личном. Только секс - Валерия Иванова

И тут в дверь позвонили. От неожиданности я подпрыгнула на стуле. Кого там ещё принесло? Есть у меня дурная привычка — не смотреть в глазок. Вот зря не посмотрела. Надо было притвориться, что нет меня и когда буду — неизвестно.

Распахнула дверь и едва не вскрикнула. На пороге стоял начальник собственной неотразимой персоной. Какого чёрта припёрся, спрашивается? Ему, что, мало? Он вновь пришёл меня поиметь? Я и так еле хожу. Внутри начала зарождаться паника, но я быстро её погасила. Спокойно. Он после тяжелого рабочего дня, какой секс?

На нём был всё тот же костюм. Берестов без приглашения вошёл в мою квартиру и пошёл на кухню. Снова не разуваясь. Закрыла за ним дверь и пошлепала следом. Он сел на моё место и стал есть моё мороженое. Что за наглый тип?!

— Давид Вячеславович, какими судьбами? — мило спросила.

— Наедине называй меня Давид, — сказал и облизал ложку.

Я проследила за его языком, и мне пришлось сжать ноги вместе.

— Профессиональная привычка. Нелегко переключиться.

— А ты попробуй, — улыбается краешком губ.

Между нами воцаряется звенящая тишина. И она совершенно некомфортная. По телу бегают мурашки, и хочется поёжиться.

— Мне завтра рано вставать… — намекаю, чтобы ушёл быстрее.

— Ты купила таблетки?

— Какие таблетки? — не поняла я.

— Так я и подумал, — полез в карман и бросил что-то на стол.

Машинально взяла прямоугольную коробочку и увидела, что это противозачаточные таблетки. Моё лицо горит огнём. Он перестанет меня унижать или нет? Может, ещё будет выдавать каждый день таблетки?

— Я предпочитаю противозачаточную инъекцию, — говорю, как можно холодней.

— Тогда свяжись со своим врачом. Но таблетку выпей.

Так переживает, чтобы я не залетела, словно я только и мечтаю о детях от него.

— Что-то ещё?

— Да. Я хотел обсудить наш контракт.

А я бы хотела его прочитать.

— И какие именно пункты хотите обсудить… Давид? — специально сделала паузу, начальник усмехнулся.

— Все, Наталья, все.

17

— Тогда давайте обсуждать, — говорю и придвигаю мороженое к себе.

Давид Вячеславович ухмыляется. Он кажется совсем расслабленным. Неужели этого твердолобого ничем не пронять? Пришёл ко мне в квартиру и ведёт себя, как хозяин. Бесит! Рабочий день вообще-то закончился.

— Насколько я понял, ты вообще не читала контракт.

И столько снисхождения в голосе. А как я могла это сделать, если меня всячески отвлекали?! Я не привыкла к таким условиям.

— Насколько я знаю, — отзеркалила его же фразу. — У меня должен быть экземпляр договора на руках.

Берестов улыбнулся краешком губ.

— Должен. Но я решил тебе изложить всё устно.

— Прелестно, просто прелестно. Кто-то возомнил себя Кристианом Греем, — проворчала я.

Бровь начальника взмыла вверх. Он явно не понимал, о ком речь.

— Наталья, сегодня ты очень болтлива. Может, мне занять твой рот? Кухня как раз навевает приятные воспоминания.

Козёл!

Я захлопнула рот и зло посмотрела на этого ирода.

— Так я и думал. В контракте нет никаких подводных камней. Мы встречаемся в отеле или, если хочешь, здесь, трахаемся и расходимся.

— А на работе? — тут же спрашиваю.

— Если мне захочется, то и там.

— И часто Вам, Давид, будет хотеться?

— Давай на «ты», всё-таки мы уже знакомы достаточно близко, — отвечает и смотрит нагло.

А под его взглядом соски начинают твердеть. Тело предаёт меня. Оно услышало слово «контракт» и ведёт себя самым послушным образом. Ужас! А этот всё видит и сидит довольный.

Какой невыносимый босс, настоящий засранец.

— Я здоровый, молодой мужчина, Юницкая. А ты вызываешь во мне определённые физиологические потребности. Так что да, часто.

Именно этого я и боялась.

Я не могу похвастаться бурной половой жизнью. С Женей мы занимались сексом раз в десять дней, а то и две недели, с выключенным светом и в миссионерской позе. Думаю, Берестов более ненасытный и будет вертеть меня по-всякому.

— Понятно, — глухо произношу.

— Понятное дело, за время нашего соглашения ты не можешь ни с кем встречаться на стороне, это сразу аннулирует сделку, — продолжает мужчина.

— А Вы? То есть ты? — так необычно было ему «тыкать».

— Что я?

— Можешь встречаться на стороне? — смотрю в его серые глаза.

Сама не знаю, почему, но сердце замерло в ожидании ответа.

— А это тебя волновать не должно, — холодно отвечает.

Козёл.

— Когда мне переведут деньги? — решила побыть меркантильной сучкой.

— Через пару дней должны зайти на счет.

— А на сколько рассчитан наш контракт?

— На год, с момента подписания.

Год. Двенадцать месяцев в его абсолютной власти. Мне стало дурно.

Так, спокойно, ипотеку я платила бы дольше.

Вдох-выдох.

— Это всё? — холодно спрашиваю.

Я хочу, чтобы он скорее убрался из моей квартиры. Хочу побыть одна, собраться с мыслями. А когда начальник рядом — не выходит.

— Нет. Если мне понадобиться, то будешь сопровождать меня на званых ужинах и каких-то мероприятиях. Я не так часто их посещаю, но бывает.

Сопровождать… Как эскортница, коей я и являюсь. Реальность снова навалилась на меня тяжким грузом.

А потом в голове появилась догадка, от которой меня в холодный пот бросило.

— Но ведь тогда все догадаются, что я… Продалась! Или хочу повышение через постель!

— Бизнес и постель я не связываю, — отвечает Берестов.

А я скептически смотрю на него. А со мной он что делает?

— Я про то, что ты не получишь повышение, ублажая меня. А насчёт того, что нас увидят твои знакомые… Можешь не переживать. Мы вертимся в совершенно разных кругах, не думаю, что у нас есть общие знакомые.

Так завуалировано ещё никто не называл меня бедной.

— Но всё же. Вдруг там будут знакомые, что тогда?

— Плевать. Я не собираюсь ни перед кем отчитываться.

— Тебе легко говорить, ты мужчина. Все шишки будут падать на бедную-несчастную меня, — в голосе послышались нотки обиды.

Берестов посмотрел на меня так, словно раздумывал, а не разорвать ли контракт сейчас.

— Я что-нибудь придумаю, — быстро сказала, даже улыбнулась.

— Я в тебе не сомневаюсь. Ты так и не ответила.

— На что?

— Встречаться будем здесь или в отеле?

Я задумалась.