Земная жена на экспорт - Ольга Шах

Вопросы сыпались один за другим. На большинство я честно отвечала, что не знаю. Теперь, после сомнений в своей уверенности в розыгрыше, я уже не знала, что и думать. Я рассказала и то, что на словах узнала от Кирена, Пирта, Илава. Даже то, что помнила последнее перед всей этой странной историей. Девочки помнили последнее то, что они открывают дверь своих номеров. Все.

И тут мой взгляд упал на сидящую в уголке притихшую, и несчастную Стефу и сразу вспомнила непонятки с ней:

-Стефа, скажи, пожалуйста, как тебя зовут на самом деле - Стефания или Алевтина? И сколько тебе лет? Дело в том, что в списке участниц конкурса у Кирена нет никакой Стефании, зато есть Алевтина.

Все замолчали и уставились на бедную девчонку. Она вначале смотрела на нас, набычившись, потом махнула рукой и с каким-то отчаянием выпалила:

-Да, я Стефания Меркулова, мой папа один из руководителей Госнефти, не гендир, конечно, но в Совете Директоров состоит. В списке меня нет, потому что мне только семнадцать лет, и я учусь в одиннадцатом классе закрытого лицея. А Алька, которая в списке, это дочка папиной секретарши. Я вовсе не хотела ни на какой конкурс ехать!

Девчонка уже почти плакала, потом, справившись с собой, продолжила:

-Представьте, каково жить в семье, где ты никому не нужен! Маменька улетела с любовником посмотреть карнавал в Рио, папенька или в бесконечных командировках или вывозит очередную "детку" на Бали. А мы с Руськой все время то с няньками, потом с гувернантками, сейчас с экономкой. Родители и вспоминают о нас, только когда надо дарить подарки к очередному празднику! И удивляются, как же мы выросли!

Хорошо Руське, он смог сбежать из дома, три года готовился тайком и поступил в Рязанское училище ВДВ. А от Кожугетыча даже с папенькиными связями хрен что отберешь! Так Руська сказал, когда в отпуск приезжал. Лицей мой из-за этого коронавируса перевели на дистанционку, мамы нет, папе срочно надо лететь в Лондон, экономка с коронавирусом в больнице. Оставить меня одну нельзя, вот он и отправил меня сюда вместо Альки. Ее, небось, в Лондон, с собой взял… а я... ну… вот…

Тут девочка совсем расплакалась. Сидящие рядом девушки кинулись ее успокаивать. Вот это тебе жизнь.

Глава 9

Высокая, чуть полноватая Надя из Ачинска, обняла ее, прижала к себе, слегка поглаживая ребенка по спине. Да, вот это история! Богатые тоже плачут!

Пытаясь переключить внимание девочки на что-то другое, Надя спросила:

-А Руська - это твой брат, наверное? И как ему удалось так хорошо скрывать от отца свою подготовку к поступлению?

-Ага, брат, старший. Ему охранники папины помогали, тренировали его. Они почти все бывшие ВДВешники. А когда потом папа орал и скакал, так их начальник пьяному папе по репе настучал - девчонка ещё шмыгала носом, но уже не ревела в три ручья - Руська всегда терпеть не мог мажорчиков из семей папиных друзей и мне не велел с ними общаться. Хотя они и так меня в свою тусу не принимали - на фига я им такая? Не курю, не пью, не колюсь, не нюхаю, с мужиками не трахаюсь. Вот и гнали меня все от себя. Мама сказала, что так даже лучше - ни ума, ни красоты, только папины деньги, вот и будет чем удивить жениха в первую ночь...

Она опять всхлипнула. А у нас от этих бесхитростных, почти детских признаний, мороз по коже прошел. Это же какими сволочами надо быть родителям, чтобы ребенок чувствовал себя ненужной вещью! И это вот дитё отдать в жены Петьке? Да ни за что! Мала она ещё! А Петро, за год жизни на Земле, явно по бабам потаскался, вон взгляд какой, блудливый! Вот и ещё одна тема для разговора с Киреном. Вопросы множились, и хотелось бы получить на них ответы. Я покашляла, обращая внимание на себя присутствующих.

-Девушки! В общем, ясно, что ни фига не понятно! Я рассказала вам все, что знала. Теперь сама не знаю, что думать. Моя версия рухнула, надо осознавать новую реальность. Давайте сейчас разойдемся, каждая обдумает все, что узнали и начнем задавать вопросы. Если верить словам этих... мм... людей, у нас будет другая жизнь и ее надо выстраивать по-своему, чтобы было удобно нам, а не только им!

-Наташа, а где мы будем жить эти дни? Ты останешься в каюте командира, а мы? Получается, что мы тоже предназначены кому-то в пару? И нас тоже сейчас поведут по чьим-то каютам? Как-то нехорошо это, не по-людски!

Это рассудительная блондинка Алеся с Мозырского НПЗ, из Беларуси. И она совершенно права. Нехорошо так. Словно почувствовав мои метания в помещение, предварительно постучавшись в дверь, заглянул Пирт:

-Девушки, сейчас сюда вам принесут воздушные кровати и белье, пару дней вам придется здесь пожить, нет у нас таких больших помещений. Может, кому-то нужны ваши личные вещи? Я принесу, только скажите!

После торопливого переглядывания и тихого совещания, вещи пожелали все. Пирт ушел, и сразу же следом вошли несколько мужчин в таких же комбинезонах. Один нес упаковку каких-то ярких пакетов, другие ещё упаковки несли, один нес пару шлангов на плече. Я осталась посмотреть, что будет дальше. Вежливо улыбаясь девушкам, мужчины споро освободили пол от сидячих мешков, мужик со шлангами подсоединил их к незаметной почти пипке в стене и достал первый пакет. Пара минут - и перед нами стоит надувная кровать!

Другие мужчины быстро расставляли их ровно, застилали бельем, подушки, одеяла - все было на месте. К моменту возвращения Пирта с длинной узкой платформой, бесшумно двигавшейся за ним, нагруженной чемоданами девчонок, все было готово. Кровати расставлены, бельем обеспечены. И мужики стояли у стеночки, ожидая Пирта, чтобы разнести чемоданы лично девушкам. А мы сгрудились на диване, разинув рты!

Вот это обслуживание, вот это сервис! У нас бы появился недовольный завхоз, велел бы идти за ним на склад, где получить кровати, стопы белья и ручную помпу. И чтобы сами все накачали! А тут... чемоданы были разнесены их хозяйкам и любезные хозяева, сияя улыбками, удалились. Лишь Петро немного задержался, сообщив:

-Дамы, большой санитарно-гигиенический блок рядом, буквально через несколько метров!