Практическая магия - Дебора Смит

– Детка, – ее нежный голос звучал еле слышно, – иди ко мне и согрей меня. Все в порядке, не волнуйся.

– Сначала сделаю оладьи, – твердо повторила я.

– Не надо. Иди сюда, малышка.

Я сдалась и свернулась калачиком рядом с ней. Я гладила ее огромный живот, натянувший ночную рубашку. Мама удовлетворенно вздохнула и задремала. Между ее бровями залегла складка. Я положила руку ей на грудь, считая удары сердца. Мама казалась такой слабенькой по сравнению со мной. Когда солнце поднялось высоко, я тоже заснула.

Ее резкое движение разбудило меня. Потоки солнечного света заливали комнату, так что я спала не слишком долго. Мама тоже не спала. На ее лбу выступили капельки пота, она тяжело дышала, прикрыв глаза. Я вскочила с постели и увидела, что ее пальцы вцепились в одеяло.

– Мама? Мама! Я звоню доктору!

– Нет. – Она расслабилась. Ее взгляд остановился на мне. Ей удалось улыбнуться. – Со мной все в порядке. Я скажу тебе, что ты должна сделать. Иди и позвони мисс Мэпл. Ее телефон есть в справочнике. Я хочу, чтобы она пришла и посидела со мной.

Роберта Мэпл помогала мне появиться на свет. Папа ничего не говорил о том, что я должна ей звонить.

– Я… Я лучше позвоню папе. Папочка велел мне.

– Но я не больна. Разве я не сказала бы тебе об этом?

– Но, мама…

– Тс-с. Звони мисс Мэпл.

– Я думала, что она приходит только тогда, когда на свет появляются младенчики. Разве ты… – Я умолкла, напуганная этим предположением. – Мама?

– Сегодня у меня еще не будет ребенка, дорогая, – быстро проговорила мама, улыбаясь мне наигранно весело. – Наш малыш должен появиться к Рождеству. А теперь беги, позвони мисс Мэпл. Мне просто нужна компания.

Совершенно сбитая с толку столь противоречивой информацией, я спустилась вниз, влезла на табурет, чтобы дотянуться до телефона, и набрала номер Роберты Мэпл. Та пообещала прийти сразу. Я взяла листок с рабочим телефоном папы и долго разглядывала его, как будто цифры могли дать мне совет.

Я сунула листок в карман комбинезона, вернулась к маме и сидела с ней, пока не пришла миссис Мэпл. Это было худшее решение из тех, что я приняла в этот день.

От ужаса я окаменела. По приказанию миссис Мэпл и Сью Ти следующие три часа я безвылазно просидела в кухне, старательно прислушиваясь к тому, что происходило наверху. Услышав, как закричала мама, я немедленно влезла на табурет и набрала заветный номер. Мне ответил мужской голос.

– Передайте Тому Пауэллу, чтобы он немедленно ехал домой, – выпалила я и тут же бросила трубку.

Потом я достала с полки телефонный справочник Тайбервилла. У меня так тряслись руки, что я едва сумела найти нужную страницу с телефонами врачей.

Пусть мама злится на меня всю оставшуюся жизнь, мне уже все равно. Я набирала номер, когда Сью Ти Харпер вырвала трубку у меня из рук. Помощница миссис Мэпл была женщиной жилистой, зубы у нее выдавались вперед, как у зайца. В этот день она надела просторный коричневый брючный костюм. Сью Ти смотрела на мир суровыми глазами жительницы гор, давно лишившейся всяких иллюзий.

– Что ты делаешь?

– Я звоню доктору!

– Она звонит доктору! – Сью Ти передразнила меня высоким тонким голоском. – Господь всемогущий, девочка, у твоих родителей нет денег на доктора!

– Он все равно приедет!

– Ты будешь делать то, что тебе велено. Оставь телефон в покое. Господь позаботится о твоей маме. А ты сядь на крылечке и молись.

– Папа заработал деньги. Я звоню доктору.

– Ему никогда не заработать столько, сколько нужно заплатить врачу. – Сью Ти махнула рукой в сторону пастбища. – Он потратил столько денег на богомерзкое чудище в образе медведя. Если хочешь жаловаться, жалуйся на него, понятно? Твоей маме доктор не по карману, а ей сейчас он очень бы пригодился. Но бедняжка Виктория знает, что твой папочка выбросил докторские деньги на этого поганого идола.

Я чуть отступила, глядя на нее во все глаза. Чему верить? По лестнице прогрохотали тяжелые шаги. В кухню вошла миссис Мэпл, неся что-то в окровавленной простыне.

– Убери ее отсюда, – велела она Сью Ти.

Та схватила меня за руку, но я вцепилась рукой в толстую металлическую планку у мойки, куда вешали полотенца. Сделанная предками Фреда Вашингтона, она была такой же, как они – крепкой, черной, выносливой.

– Черт бы тебя побрал, девчонка! – крикнула Сью Ти, пытаясь оторвать меня от железки.

А я не сводила глаз с маленького неподвижного свертка, положенного миссис Мэпл на кухонный стол.

– Убери ее отсюда, я тебе сказала! Мне необходимо вернуться наверх!

Сью Ти крякнула, дернула посильнее, и я упала на пол. Пока я поднималась, она успела выволочь меня на улицу, выбросила мне пальто и заперла стеклянную дверь. Я прижалась лицом к неровному стеклу. Сью Ти подбежала к столу, отвернула уголок простыни. Я увидела крошечное, неподвижное личико. Когда женщина снова прикрыла его, я сначала удивилась, потом меня охватила ярость. Что она делает! Мамин малыш задохнется!

Выбрав полено из длинной поленницы у крыльца, я разбила стекло. Сью Ти развернулась и всплеснула руками, когда я просунула руку и открыла задвижку.

– Вон отсюда! Вон! – закричала она. – Что ты себе позволяешь?

Я ловко обогнула ее, но Сью Ти схватила меня за воротник пальто. Полено я по-прежнему держала в руках и ударила ее в подбородок. Женщина взвизгнула, выпустила меня, развернулась и в ярости указала на сверток.

– Хочешь влезть во все это? Да ради бога! Твой маленький братик мертв. Это его тельце лежит здесь! Ну что, теперь ты будешь меня слушаться и уйдешь наконец?

Я застыла на месте. Деревяшка выпала из моей руки. Я не могла собраться с мыслями, отказываясь слышать то, что мне говорили.

– Сью Ти! – крикнула сверху миссис Мэпл. – Ты мне нужна здесь!

– Я скоро вернусь, и для тебя будет лучше, если к моему возвращению тебя здесь не окажется, – с этими словами Сью Ти выбежала из комнаты.

Медленно переставляя ноги, я подошла к столу, протянула руку и отбросила простыню. Она упала. Передо мной лежал он, мой маленький братик, синевато-розовый, с закрытыми глазами. Его крошечное личико было неподвижным, как у спящего котенка. Я не видела мертвого ребенка. Я видела моего брата. Мой брат. Не мертвый. Только не этот. Он же нормального размера. Я не позволю ему умереть.

Подхватив тельце вместе с простыней, я выбежала из дома. Когда с птицефабрики Тайберов привозили маленьких цыплят, в общей куче всегда были задохнувшиеся. Папа брал их столько, сколько мог унести, и я ему помогала. Мы окунали их в холодную воду в корыте на скотном дворе. Иногда шок оживлял их, иногда нет. Но мы всегда пытались.

Туда же я и направилась с малышом. Он был совершенно безжизненный, вялый, но я бежала со всех ног. Я упала на колени и опустила его вместе с простыней в ледяную воду, подержала секунду, вынула, затем опустила снова.