Художник - Елена Викторовна Батуева

– Ничего не понимаю, – пожал плечами Философ, – что же теперь делать? Надо возвращаться к Миле.

Но Ведьма, которую все больше беспокоило исчезновение Лели, решила во что бы то ни стало вернуться домой.

– Возвращайтесь, я пойду одна, – упрямо сказала она.

– Ну что Вы, как можно, я Вас не оставлю! Раз Вы хотите вернуться домой, я Вас провожу! – он услужливо взял Ведьму под руку, и они направились в сторону дома.

Путь им предстоял неблизкий – Ведьма жила на окраине Города, а дом Купцовых находился в самом центре. К тому же их путешествие проходило в полной темноте, и если бы не фонарик, любезно одолженный Поэтом, неизвестно, чем бы оно вообще завершилось. Тоненький лучик света едва пробивал кромешную тьму, но все же позволял не сбиться с пути.

Между тем, погода портилась. Ветер дул все сильнее и сильнее, почти сбивал с ног. Через некоторое время тучи разразились снежным дождем. Мокрая крупа била в лицо, мелькала перед глазами, делая еще хуже и так плохую видимость. Философ несколько раз предлагал вернуться назад, но Ведьма, ничего не отвечая, шла дальше.

Когда они шли по мосту через Волгу, из-за туч внезапно выплыла луна, осветив тусклым светом одиноких путников, шагающих в кромешной темноте. Ведьма посмотрела вниз, на реку. По черной глади воды двигались две черные тени, неестественно вытянутые и менявшие очертания из-за ветра, штормившего реку. Она вновь взглянула на луну. Там, в ночном небе, плыли облака, принимавшие в лунном свете разные причудливые формы. Одно из них внезапно раздвоилось и стало похожим на двух людей, шагающих по небу. Но в отличие от теней, падающих на воду, облачные фигуры казались светлыми и пропорциональными. Одно облачко было похоже на маленькую девочку с развевающимися волосами, второе – на остроносого мужчину в длинном плаще и шляпе. В какой-то момент за спинами этих силуэтов проплыли две маленькие тучки, сделавшие фигуры похожими на крылатых ангелов. Это видение вдруг породило в голове у Ведьмы страшную догадку. Она ничего не сказала Философу, только сильнее закуталась в пальто и прибавила шагу.

Домой они добрались уже под утро. Философ довел Ведьму до подъезда, попрощался и направился к себе – он жил на соседней улице. Едва перешагнув порог квартиры, Ведьма бросилась в спальню к своему проектору. Но ее ждало разочарование – электричества не было и здесь, а потому проектор не работал. Она с отчаянием стукнула кулаком по столу и пошла в кухню, чтобы сделать себе кофе. Но и этого ей не удалось – в квартире стояла электрическая плита, и без электроэнергии она тоже не работала. Выпив холодной воды, Ведьма бросилась в кровать и заснула тревожным сном.

Утро не принесло ничего хорошего. Электричества по-прежнему не было, холодильник потек, продукты, лежавшие целую ночь в тепле, начали портиться. Ведьме пришлось довольствоваться водой и яблоком на завтрак. Но больше всего ее убивал вакуум информации – ни телевизор, ни радио, ни телефоны не работали. Чтобы хоть как-то разрядиться, она решила пойти к Философу.

Философ жил в старом студенческом общежитии, неподалеку от Ведьмы. В Город он приехал еще в советское время после окончания факультета философии МГУ по распределению преподавать философию в городском университете. Ему как молодому специалисту дали отдельную комнату в общежитии, которую ему удалось приватизировать в годы перестройки. Здесь он и жил со своей супругой. Она была на 10 лет его старше, и вела себя с ним больше как мама, нежели как жена. Ирина преподавала химию в одной из школ микрорайона, у нее за плечами был неудачный брак с алкоголиком, двое взрослых и самостоятельных детей, и Философа она считала подарком судьбы.

А он, поскольку был самым настоящим философом, которые презирают все материальное и не заботятся о бренном существовании в этом мире, вряд ли вообще когда-либо женился, если бы Ирина не взяла его в оборот.

Она относилась к нему снисходительно, закрывая глаза на его интрижки со студентками, будучи уверенной в своем превосходстве над ними и незаменимости в жизни Философа. Поэтому Философ совершенно спокойно приводил домой своих подруг сердца, зная, что жена не будет устраивать сцен ревности и окажет им гостеприимство. Ведьма тоже дружила с Ириной и частенько посещала Философа в его скромном жилище.

Но сегодня она была особенно рада тому, что пришла сюда. Ирина со свойственной ей домовитостью сумела состряпать на принесенной из школьной лаборатории спиртовке горячий завтрак – оладьи со сгущенным молоком. На этой же спиртовке она сварила чудесный кофе.

Позавтракав, Ведьма немного приободрилась и стала с интересом слушать Ирину, которая уже успела с утра пообщаться с соседками на предмет происходящих в Городе событий. Одна из ее знакомых в числе городских активистов атаковала сегодня утром городскую мэрию. Но осада ничем не закончилась: здание было заперто на замок, чиновников в нем не было. Успокоить народ или хотя бы объяснить происходящее никто не вышел.

– Может, они все уже в бомбоубежищах сидят? Или на Канары улетели предусмотрительно? Вдруг началась третья мировая война, а мы даже не предупреждены! – повторяла Ирина догадки, которые высказывались в толпе, – или может быть начинается конец света?

– Не думаю, что это именно конец света, – прервал ее Философ, – признаки не те. Скорее, какая-то техногенная катастрофа, причины которой пока не установлены, вот наши почтенные градоначальники и не рискуют появиться перед народом. Может, они сейчас в Москве на ковре у Президента получают инструкции как себя вести и завтра уже объявятся с готовым решением в руках.

– Лучше бы завтра они устранили эту техногенную катастрофу и восстановили мир и спокойствие в нашем Городе, – парировала Ирина.

Ведьма отстраненно слушала их, думая о чем-то своем. Но потом все-таки решилась высказаться:

– Можете надо мной смеяться, но это не техногенная катастрофа. Причина в мистическом стечении обстоятельств. Просто вчера столкнулись два мира, которые априори не должны были встретиться никогда, но они встретились, и энергия этой встречи вызвала столь мощный всплеск, что он дестабилизировал жизнь в Городе.

– О чем это Вы? – Философ приподнял очки и, наморщив лоб, смотрел на Ведьму.

– Пока это только догадка, но я должна ее проверить! – заявила Ведьма.

– Каким образом? Эмпирическим или умозрительным? – поинтересовался Философ.

– Ну конечно, эмпирическим, то есть я должна найти их, чтобы все встало на свои места.

– Кого их? О ком Вы говорите? – недоумевал Философ.

Но Ведьма не ответила