Оставьте меня на вторых ролях! - Маргарита Александровна Гришаева

Они всего лишь стояли и о чем-то разговаривали, без лишних улыбок и прикосновений. И это все равно выглядело как обложка любовного романа. Воображение против воли дорисовывало розовые кусты на задний фон и окружающее их сияние. Пресловутые бабочки и сердечки. Прямо фильтры Фотограмма. И эта аура высших существ подавляла всех окружающих, на какие бы ухищрения они не шли.

К счастью, эта разница для подруги тоже была вполне очевидна.

- Да, она красива! И что теперь, ей все можно? – обиженно дернулась подруга в моих руках. – Разве это делает ее лучше других?

- Конечно нет, - кивнула я вполне здравой мысли. – Но у нее есть кое-то более важное – самоуверенность и способность игнорировать окружающих. Посмотри внимательнее, - кивнула на толпу вокруг главной парочки. – Все леди бросают на нее ненавидящие взгляды. А ей все равно. Быть рядом с принцем это все время испытывать давление со стороны окружающих. Ты бы смогла так?

Софи замялась. Социализация никогда не была ее сильной частью.

- Ради принца смогла бы, - буркнула она пряча взгляд, - Он того стоит.

- Ты уверена? – серьезно уточнила у нее.- Откуда ты знаешь, что стоит? Что ты вообще о нем знаешь?

- Ты что?! – тут же возмущенно взглянула она на меня. – Конечно уверена! Он же самый лучший! Он такой...

- Красивый.. – прервала ее я.

- Да, - кивнули мне, чтобы вдохновенно продолжить. – И такой…

- Прекрасный… - подсказала ей.

- Да. А еще… - тут подруга задумалась.

- Мужественный? – предложила ей выход.

- Еще как! – обрадованно кивнула Софи.

- А какие-то качества, не связанные с его внешностью, можешь назвать? – хитро взглянула на подругу.

Вот тут ей пришлось задуматься. Общаться с принцем никому из нас не довелось.

- Понимаешь, в том то и проблема, - попыталась растолковать ей. – Он же совершенно незнаком нам.

- Но он же принц! Конечно он лучший, - с уверенностью заявила рыжая.

- Почему? – скептически глянула на нее. – Потому что родился в королевской семье? Потому что красив?

- Ну да, - как-о совсем растерялась Софи.

Я горько вздохнула. Придется перейти на какие-то более осязаемые примеры.

- Ты же сладкое любишь? – проникновенно взглянула на нее, не придумав лучшей аллегории.

- Очень, - непонимающе кивнула мне подруга.

- Вот представь – приходишь ты в любимую кондитерскую, а там на витрине умопомрачительный торт! Белоснежный замок из бисквита и крема, с вафельной черепицей, цветной карамелью вместо окон, марципановыми человечками и зефирным драконом на главной башне. Он прекрасен – это произведение искусства и его окружает нежный тонкий запах ванили и конфитюра.

Честно, у самой чуть слюнки не потекли.

- Ты бы захотела его попробовать?

- Да, - раздалось мечтательное рядом.

- Хорошо. Тебе отрезали кусочек этого чуда. Ты еще его не попробовала, но стоит только посмотреть на то, что осталось…Стекла на башенках покосились. Одна из башен вообще рухнула. Человечки помялись, а дракон слепился в один кусок.

Как бывший инженер заявляю, что нарушение целостности конструкции чаще всего ведет к ее разрушению. И тортов это тоже касается.

Описанная картинка подругу уже не так вдохновляла.

- Красота его разрушена и восстановлению не подлежит. И раз ты его взрезала, тебе не останется ничего другого, кроме как съесть его. Полностью, - продолжила убеждать я.

И это только неопытный сладкоежка обрадуется такой перспективе.

- Может он вкусный? – продолжила сопротивляться отрезвлению влюбленная девица.

- Может, - согласилась я. – И теперь тебе придется его есть. Все время. Очень вкусный и очень сладкий. А может он горчит. Но все равно придется есть. Или он приторно сладкий. Ты будешь давиться, запивать его чаем, и от сладости будет тошнить. Но деваться уже будет некуда. Потому что ты его взрезала. Красоты уже не осталось, но сам торт останется с тобой. Но это только в лучшем случае…

Да, восторг на лице подруги как-то утих. Похоже, мне удалось подобрать удачное сравнение. Прямо горжусь собой. Богатое воображение вообще страшная штука.

- Скорее всего, торт вообще окажется не настоящим. Кондитерская хотела приманить клиентов, а каждый раз творить свежее поражающее воображение дорогостоящее изделие им не выгодно. А вместо настоящей выпечки, так картонная основа, украшенная кремом и прочей дребеденью. Всего лишь красивая пустышка, - вздохнула я этой правде жизни. Немного пообщавшись с Эллой, я не исключала, что с принцем и правда может быть такая фигня. Хотя… я изначально по поводу его персонажа восторга не испытывала.

- И вот понимаешь, с этим тортом все так же, как и с принцем – пока он далекая и недосягаемая мечта – он восхищает и привлекает. Но стоит тебе узнать, что за начинка там скрывается, как часть очарования уже пропадет. Да и такие, как принц, для здоровья простых обывателей в большом количестве не слишком полезны, а то и вовсе опасны, - вздохнула я, припоминая, сколько опасностей и проблем навалилось на бедняжку Эллу в связи с высочайшим вниманием. А ведь это на всю жизнь. Придворные интриги и политические трения. Для всего этого нужно иметь определенный склад характера.

Софи таким, увы, не обладала.

К счастью, подруга мое сравнение поняла правильно. На лице ее застыло задумчивое выражение, но на принца она смотрела хоть и с грустью, но спокойно.

- И как же тогда быть? – подняла она на меня недоуменный взгляд. – Как выбрать правильно?

Ох, ну и задаешь ты мне вопросики… Если бы я сама знала… То не осталась бы в прошлой жизни одинокой кошатницей с библиотекой любовных романов.

- Я бы сказала, не гоняться за красотой и сладостью, - подумав, продолжила аллегорию с едой. – Не стоит торопится, выбирай вдумчиво то, что ты сможешь есть всегда. Но честно говоря, я и сама плохо понимаю, как выбирать лучше. Зато отлично осознаю, что выбирать не стоит, - подмигнула ей.

На лице подруги проявилась слабая улыбка.

Фух, кажется мне удалось избежать разрушение личности хорошего человека. Все-таки главные герои и правда пугают своим влиянием на окружающих. Но хоть кого-то мне удалось спасти. Какое-то время Софи еще задумчиво рассматривала теперь уже танцующих принца и Эллу, но уже без прежнего надрыва. А когда какой-то молодой лорд, пусть и