Жена-беглянка - Кира Калинина

Нарядная толпа втянулась вглубь холла, как пыль в раструб пылесоса. Мы с Элом оказались в шлейфе роя, впереди маячила подвижная изгородь спин и голов. Оратор стоял на возвышении, словно утёс среди волн, в перекрестье лучей, бьющих прямо из воздуха, и даже с тридцати шагов я отлично видела мощные плечи и крупное лицо с тяжёлым подбородком.

В списке первых семей Джеландии Даймеры шли седьмыми, и это всё, что я о них знала. Ещё имя главы концерна, часто мелькающее в газетах: Мерсер Даймер. Оратор был похож на его светописные снимки.

— Двести лет назад Майло Даймер, представитель белянской Северо-восточной промысловой компании, перешёл через Стену и встал во главе полуразрушенной фактории Утланд, в короткий срок превратив её в маленькую процветающую державу…

В Джеландии свои масштабы. На территории нынешнего кантона Утланд легко могли поместиться Татур, Чехар и половина Лазории.

— Мортимер Даймер, внук Майло, изобрёл способ непрерывный перегонки зла и внедрил его на утландских месторождениях, заложив основу предприятия, которое сегодня весь мир знает как концерн "Даймер"…

Каждый раз, как глава концерна произносил фамилию Даймер, я внутренне вздрагивала. Он говорил о братьях Миро и Ниро Даймерах, героях Великого стояния на Стене. О своём отце Мэйнере Даймере. Космический зонд, посланный им к Облаку Грёз тридцать лет назад, в прошлом году вернулся с образцами первозданных волшебных спор. Независимые исследования, проведённые в десяти крупнейших лабораториях мира, впервые с полной уверенностью подтвердили космическое происхождение субстанции…

Официальные речи и поздравления ещё звучали, когда Вик Паррет потащил Эла знакомиться с нужными людьми, и каждому меня представляли как уроженку Чуддвиля из рода первых поселенцев. Я не умерла со стыда только потому, что пребывала в рабочем режиме. Жаль, он плохо годился для светских бесед: меня всё время тянуло переводить чужие слова на татурский и совершенно не тянуло говорить что-то от себя. Впрочем, многого от "настоящей джеландской леди" и не требовалось: улыбайся, сетуй на дождь, восхищайся приёмом, будь любезной и загадочной.

В зале собралось, наверное, человек пятьсот. Мерсер Даймер сошёл с возвышения, и гости потянулись к нему, как звери к водопою.

Подпускали не всех. Было ясно, что у безвестного татурца, клепающего оси для детских колясок, пробиться к хозяину приёма шансов нет. Но новые знакомцы передавали нас с Элом из рук в руки, и меньше, чем через час мы уже стояли перед одним из тех, по чьей воле вращается мир.

Вблизи он ещё больше походил на могучий утёс. На голову выше остальных мужчин, лицо — гранитная глыба, вокруг ореол власти, такой плотный, что, казалось, можно потрогать руками. В душе чистый орк — чему удивляться?

Господина Даймера окружали члены семьи и приближённые.

Жена Белинда — интересно, которая по счёту? Изящная красавица с анимой эльфийки, на вид моложе его сына. А ещё говорят, что орки — однолюбы. Сын Эдмунд, примерно мой ровесник, заметно мельче отца, но атлетически сложен и наполнен здоровой мужской энергией.

Было в этом Эдмунде кое-что странное. Но я не стала присматриваться и поскорее отвернулась. Слишком высокомерным и наглым был взгляд чёрных глаз, нацеленный точнёхонько мне в вырез. Даже Эл не пялился так откровенно.

То есть сейчас он как раз пялился — на Мерсера Даймера.

Преданно заглядывал в лицо, горячо тряс руку, рассказывал, что у них с отцом тоже есть акции концерна, значит, и они причастны к великому делу.

— История вашей семьи — история Джеландии!

— Благодарю, господин Талхар. А ваша прелестная спутница?.. — густой голос Мерсера Даймера выжидательно замер, напоминая моему нанимателю о правилах хорошего тона.

— Мона, моя невеста, — живо откликнулся Эл. — Представьте себе, ваша однофамилица!

— Какое совпадение, — прозвучало за моей спиной.

Пол под ногами качнулся.

Я не должна была помнить этот голос. Две недели я запрещала себе даже думать о нём. Нет-нет-нет! Это ошибка, недоразумение. Он здесь по работе. Обеспечивает охрану. Или ловит кого-нибудь... Под прикрытием. Или... мало ли что! Святое Облако, сделай что-нибудь. Пошли мне молнию прямо в темя, устрой землетрясение, обвал, чтобы гранит под ногами раскололся и я провалилась в тартарары, или просто дай мне потерять сознание. Что угодно, лишь бы не оглядываться, не смотреть ему в глаза…

Уверена, мне удалось сохранить невозмутимый вид и обернуться не быстро и не медленно, а ровно так, как обернулась бы на голос незнакомца настоящая джеландская леди.

Может, потому что в груди тлела надежда, что я обманулась. Пусть он носит рубашки "Ариго" и часы "Кселор", запросто требует к столу веселье и фирменного осетра, это не может, не может быть...

— Мэт Даймер… мой сын, — произнёс глава концерна с некоторой заминкой. — Он не участвует в семейном деле.

— Лишь наблюдаю, — подтвердил мой оживший кошмар. — Со стороны многое видится в неожиданном свете. Не так ли, госпожа Даймер?

Он отлично выглядел — просто картинка с обложки, смокинг сидел на нём как влитой, улыбка не казалась натянутой, глаза не метали молнии. Лишь в голосе оттенок иронии, который легко принять за светскую игру.

Но я всей шкурой почувствовала, как меня ошпарили кипятком, выпороли розгами и поставили голышом у позорного столба.

— Госпожа Даймер, господин Талхар, — вмешался глава концерна, — был рад знакомству. А сейчас прошу нас извинить.

Мужчина и женщина, совсем не похожие на охранников, но действующие на диво ловко и слаженно, оттёрли нас с Элом в сторону.

Мой наниматель пробурчал пару слов на том же мелодичном языке, что я слышала из уст Виви, затем добавил по-татурски:

— Принесло же сынка, леший его дери!

— А что с ним не так? — решилась спросить я.

— Вышибли его за дверь, вот что. Так нет, припёрся — юбилей папаше портить!

— А…

Глаза Эла недобро сузились, и я проглотила рвущийся с языка вопрос.

Почему он затыкает мне рот? И какое ему дело до отношений в семье Даймеров? Джекки наверняка спросила бы. Любому на моём месте было бы любопытно!

— Короче, это дело надо перекурить, — Талхар резко выдохнул, будто сбросил с плеч груз. — Не скучай, детка!

И скрылся в проёме, помеченном табличкой "Курительная комната".

Первым моим порывом было бежать, скинув туфли… В пансион на окраине города, в леса Озёрного Края, всё равно куда.

К слову, туфли, подобранные Виви, оказались сущим наказанием. Смотрелись дорого, но левый жал в пальцах, правый тёр пятку, а главное, после двух