Я (не) буду твоей - Инна Инфинити

Тяжелые изнуряющие дни тянутся мучительно долго. Я разрываюсь между подготовкой к помолвке, защитой диплома и Витей, который полностью занял мои мысли.

Все из рук валится, все раздражает, все бесит. Психую, срываюсь на свадебных подрядчиков. А потом просто опускаюсь лицом в ладони и реву.

Витя меня игнорирует. Первый не пишет и не звонит, а на мои сообщения отвечает прохладно и через раз. Да, я понимаю, что он рассчитывал на что-то большее, но почему он не может со мной хотя бы просто дружить!? Я нашла Виктора в соцсетях, у него пятьсот подруг в друзьях, все его лайкают, пишут комменты, а он им охотно отвечает.

Я что, не могу стать для него пятьсот первой подругой!? Почему с ними он дружит, а со мной не хочет!?

Рыдания душат, тоска разъедает. Ничего не хочу, никого не хочу. Пытаюсь сама себе ответить на вопрос, почему мне так важна дружба с парнем, которого видела всего три раза, и не нахожу ответа. Просто интуитивно понимаю: Витя мне нужен. Очень нужен.

Хотя логика и здравый смысл подкидывают вопросы вроде: «А как ты, Даша, объяснишь присутствие в твоей жизни друга Виктора мужу Марату?». Не знаю, как. Не хочу сейчас об этом думать. Как-нибудь объясню.

Тем более что Марат разрешил мне иметь друзей. Правда, в работе отказал. В тот же вечер после неудачного свидания с Витей я спросила у папы насчёт трудоустройства на наши заводы. Он пожал плечами и сказал, чтобы я обсудила это с Маратом.

Я позвонила жениху. Сначала он долго не брал трубку, потом ответил сонным голосом, что было удивительно. Разница во времени с Лондоном — три часа. Если у нас было 17:00, то там 14:00. Марат спал в два часа дня. Сразу возник вопрос, а чем он занимался всю ночь. Но я, конечно, стала спрашивать.

— Привет, извини, что разбудила, — сказала первой.

— Все нормально, — зевнул. — Что-то срочное?

— Я хотела поговорить насчёт работы. Я же закончила учиться, мне пора куда-нибудь устраиваться. Я подумала, что будет логично, если я начну работать на наших предприятиях. Папа сказал, обсудить это с тобой.

На том конце провода повисло молчание.

— Я окончила факультет международных экономических отношений МГИМО, — напомнила на всякий случай, вдруг забыл.

— Я знаю, где ты училась. Но не думаю, что это хорошая идея.

— В смысле? — не поняла его последний комментарий. — Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что тебе не следует работать.

— На наших предприятиях? — все еще не понимала. — Или вообще?

— Вообще.

Теперь уже я замолчала в ступоре.

— Подожди, не понимаю ничего… — пробормотала растерянно.

— Я не хочу, чтобы ты работала, — в его тоне послышались стальные категоричные нотки, которых я раньше не замечала. — Так понятно?

— Но почему?

— Потому что в мои представления о семье не укладывается где-то пропадающая целыми днями жена.

— Почему «где-то пропадающая»? — все еще не понимала. — Работа — это не «где-то».

— Даша, давай ты не будешь со мной спорить? — снова послышалась сталь в голосе.

Я аж начала задыхаться.

— И чем мне заниматься целыми днями, когда ты сам будешь на работе?

— Следить за порядком в нашем доме и воспитывать наших детей.

Я потеряла дар речи. Нет, делать уборку и готовить для меня не проблема, хоть я и выросла в окружении многочисленной прислуги. Но это же не значит, что я с утра до вечера должна сидеть дома и намывать полы.

— И еще для меня важно, чтобы ты всегда хорошо выглядела, — продолжил. — Я не хочу, чтобы однажды ты превратилась в клушу в халате. Так что вместо работы ходи лучше в салоны красоты.

— Странно, что мы не обсудили модель нашей будущей семьи ранее. Ты не мог все это озвучить несколько лет назад?

— А что-то бы изменилось? Ты бы отказалась за меня выходить?

Эти вопросы пробирают меня на смех. Истеричный смех. Они звучат с очевидной издевкой. С большим и жирным намеком на безвыходное положение моей семьи.

— Нет, не отказалась бы, — ответила, отсмеявшись. — А друзей мне можно иметь? Куда-нибудь ходить? Видеться с подругами?

— Не в ущерб семье можно.

— Спасибо.

— Даша, ты своей злостью портишь нервы только себе, — обратил внимание на сарказм в моем голосе. — Мы сможем хорошо и счастливо жить, если не будет никаких протестов и истерик с твоей стороны. Я не тиран и не диктатор, но в моей семье всегда будет патриархальный уклад, нравится тебе это или нет. Занимайся детьми и домом, встречай меня с работы, не лезь с лишними вопросами — и все у нас будет в порядке.

Эту длинную речь Марат мог бы сократить до одной фразы: «Знай свое место».

— Почему ты захотел на мне жениться? — задала последний вопрос. — Почему именно я?

На несколько секунд воцарилась тишина.